Чтение онлайн

– Что же мы передадим генералу Гробзу?
– спросил Рыбников.

– Ничего, - ответил Солнцев.
– Да и передачи наши кончились.

Рыбников повозился с аппаратом и развел руками:

– Действительно, кончились... Что случилось?

– "Светолета" больше нет. Кабина падает на землю.

– Конец, что ли, Левушка?
– спросил Рыбников.

– Нет, в тропосфере пойдем под парашютом.

Через несколько секунд кабину встряхнуло. Она как будто перестала двигаться.

– Ну вот, сработал автомат, - сказал Лев.
– Раскрылся наш парашют.

Лишь через четверть часа кабина мягко ударилась о лед. Еще одно движение рычага - и она прочно укрепилась на выдвижных подпорках.

– Приключение, одним словом, - сказал Рыбников, качая головой.
– Тут безусловно не обошлось без фашистской взрывчатки...

– Не обошлось без нашего прекраснодушия!
– поправил его Солнцев.
– Меня судить надо!

– Левушка, полно!
– Рыбников погладил Солнцева по плечу.
– Зачем такие слова? Машина погибла. Но мы-то живы! Как-нибудь доберемся.

– Нет, мы никуда не пойдем, - ответил Лев.

– Не говори глупостей! Надо идти, пока есть кое-какие запасы, пока есть силы...

Иринин поддержал Рыбникова. Но Солнцев решительно повторил:

– Мы никуда не пойдем!

– Ничего не понимаю!
– развел руками Иринин.

– И понимать нечего, - коротко ответил Лев.
– Прежде всего нам следует приготовиться к встрече гостей!

– Начинаю понимать, - сказал Рыбников.
– Похоже на это.

– Ого, я тоже понимаю, - сказал Гарри, засучив рукава комбинезона.
– О, я беру их всех на себя... Я буду угощать, ого!
– Он потряс кулаком, не отличающимся по виду от пудовой кувалды.

– Как это я не сообразил?
– воскликнул Иринин.
– Действительно, рассчитывать, что эти молодчики оставят нас в покое, откажутся от легкой наживы, да еще в таких условиях, - по меньшей мере наивно.

– Пусть только подойдут!
– воскликнул Гарри, потрясая кулаком.
– Я им покажу!

Надя опустила в карман своего комбинезона электронный пистолет.

– О, - взмолился Гарри, - прошу вас, не надо стрелять! У них оружия нет. Я ведь сам утопил все их автоматы. И я хочу без оружия.

– Но ведь их же два десятка!
– воскликнула Надя.

– Это не так уж и много, - ответил, еще больше распаляясь, Гарри.
– Мне чем больше, тем лучше.

– Что же мы все-таки будем делать?
– спросил Иринин.
– Мне не ясен ваш план, Лев Леонидович. Ведь не для того же мы сюда прилетели, чтобы боксировать с бандитами? И вообще положение наше...

– Будем продолжать начатое дело, - спокойно ответил Лев; он уже вполне овладел собою.
– Поедем к Полярному Робинзону, вместе с ним исследуем остров...

Иринин поглядел на Льва не то со страхом, не то с сожалением.

– Да что вы говорите, Лев Леонидович? А на чем же мы поедем? "Светолета" больше нет, радиосвязи тоже...

Солнцев поглядел на часы и, улыбаясь, сказал:

– Товарищ правительственный комиссар! Я вынужден принести свои извинения. Я не все сообщил комиссии об оборудовании "Светолета". В день моего доклада еще не были закончены испытания стратоцикла. И я считал, что говорить о нем рано. Сегодня мы им воспользуемся, и вы впоследствии удостоверите его качество.

– Хм... Да вы, - я вижу, молодой человек, взялись всерьез удивлять нас. Что за стратоцикл?

– Сейчас увидите, - ответил Лев.
– Прошу всех на лед.

Солнцев вышел из кабины с небольшим легким ящиком, поставил его посредине площадки и стал вынимать одну диковинную деталь за другой. Ловко пользуясь особыми затворами, он соединял эти детали, и вскоре перед кабиной появилась металлическая стрекоза, с хрупким на вид, членистым телом, с огромной прозрачной головой и ажурными крыльями. Стрекоза эта опиралась на две лапки-сошки. Сверяясь с таблицами и секстантом, Лев нацелил аппарат на солнце.

– На Москву, - сказал он, улыбаясь.
– Прилетишь, Надя, прямо к нам во двор.

Надя надела маску, укрепила на спине кислородный аппарат. Солнцев вставил в приемник машины баллон с зарядом электронита.

– Можно лететь!
– скомандовал он.
– Счастливого пути, Надюша!

Лев обнял жену, захлопнул за ней дверцу прозрачной кабины. Надя махнула рукой, нажала педаль... Стрекоза неожиданно взмыла ввысь - и исчезла. Только космы замерзшего пара извивались высоко в небе...

Солнцев перевел бинокль влево и пробормотал:

– Вот они.

Приближалась толпа. В бинокль можно было разглядеть знакомые лица монийских бандитов.

– Лев Леонидович, разрешите мне пойти навстречу. Не надо, чтобы здесь. Пусть они не знают, что мы спаслись. Я один...

– А, пожалуй, Гарри прав, - сказал Иринин.
– Раз он так уверен в себе, пусть встретит их подальше от нас. Они и не догадаются, что пойманы на месте преступления.
– Он протянул Льву резиновую чашу.
– Вот присос для миниатюрного патрона с очень сильным взрывчатым веществом. Я его снял с обломка "Светолета". Этим они и взорвали его.

– Значит, все в порядке!
– радостно воскликнул Гарри.
– Я могу идти.

– Идите, Гарри, - сказал Лев, - но помните: без убитых. Передали по радио - девятнадцать, так девятнадцать и должно быть.

Рыбников на всякий случай приготовил свое оружие.

Увидев Гарри, молодчики сначала остановились, потом разделились на три группы: одна продолжала двигаться вперед, будто не заметив Гарри, другая повернула вправо, третья - влево. Они хотели окружить первую свою жертву по всем правилам разбойничьей тактики.

Гарри тоже притворился, что никого не видит. Он шел открыто, напрямик, как человек, занятый каким-то важным делом. Бандиты, прячась за льдины, перебегали от одного укрытия к другому. Группы, отправившиеся на окружение, вскоре показались у Гарри в тылу. Теперь они торопливо шли во весь рост.

Пятеро бандитов преградили путь Гарри. Он стоял перед ними неподвижно, а они замахивались на него, толкали...

Лев не понимал, почему Гарри медлит. Ведь бить по отдельным группам легче, чем всех вместе. Чего же он не начинает?