Чтение онлайн

Вуди."

Глаза Фрэнка бегали по письму, а черты его лица изображали ужас.

— Ужасная война. Уж лучше сдаться, чем быть расстрелянным… — вырвалось у Фрэнка.

— Потому мы и уезжаем отсюда. Мы бежим туда, где будет безопаснее. А дальше подумаем об эмиграции. Говорят, в Анте сейчас спокойней, чем здесь.

Тем временем они приблизились к вокзалу. Его окружало большое ограждение, которое постоянно патрулировали солдаты. Пройти можно было лишь через пункт регистрации, куда тянулась длиннющая очередь. Повозка подъехала к воротам, где был устроен КПП.

Из сторожки вышел толстенький чиновник в сопровождении двух солдат, вооруженных винтовками. Он направился прямо к повозке, а солдаты встали по обе стороны от неё.

— Куда направляетесь, господин хороший? — противным басом, растягивая слова, проговорил чиновник.

— Так это, тут у меня, значит — са, повозочка… Патроны, говорят, привезли, ну меня этот, полковник Аккерман сюда и направил… Для ставки боеприпас обеспечить.

— Документы покажите, и разрешение заодно.

— Вот, держите — с, — вытянув из карманов своих штанов необходимые бумаги, подвозчик протянул их чиновнику.

— Вижу, вижу… А вы кто, а? — обратился он к сидящим позади Фрэнку, его жене и брату.

Едва Фрэнк собирался ответить, как моментально, тут же, его брат ответил:

— Я капитан республиканской армии Джордан Гоцеллин, это мой брат, Фрэнк Гоцеллин, и его жена, Эллен Гоцеллин. Мы направляемся на границу по приказу генерала Гана, дабы обеспечить там порядок.

— Хорошо… Документы, пожалуйста, — не поменявшись в лице ни на секунду, ответил чиновник.

Фрэнк достал свои с женой документы, а его брат показал офицерскую карту, дающую доступ в оккупированные армией помещения и территории. Чиновник даже не разглядывал их, а тут же, соблюдая регламент, но, не избавляясь от своей дрянной ухмылки, процедил:

— Проезжайте.

У нашего героя отлегло от сердца. Вот оно, последнее препятствие преодолено. Сейчас они сядут в вагон и уедут из осаждённой столицы. Для Фрэнка даже воздух стал другим. Несмотря на пропитанность дурманящими травами, он дышал спокойно. Неужели это всё, что нужно свободному человеку?

Они распрощались с перевозчиком патронов и направились к поезду. Сейчас туда как раз проходили люди, которых пропускали на погрузку. Однако лишь у немногих получалось пройти.

Фрэнк разглядывал окружение, пытаясь увидеть хоть какого — то булочника, которые обычно ходили по станции и предлагали людям отведать домашней выпечки. Но никого не было. Наоборот, все люди, подозрительные и серые, словно они были под прицелом снайпера, направлялись к вагонам.

Джордан нашёл своего адъютанта. Они сравняли друг друга взглядами, и тот передал своему офицеру необходимые билеты. После чего направился прочь, ибо, ради безопасности, Джордан решил отпустить его.

Наши герои направились к вагону, где как раз стоял контролёр и проверял билеты. Вместе с ними стояли преимущественно богато одетые люди. Хотя лица и руки у них были, как у работников консервного завода. Война ни к кому не бывает милосердной.

— Хорошо, что нас пропустили. Говорят, недавно тут расстреливали беглых офицеров… слыхали, что у Ставки случилось? Молва ходит, что там бунтовщики пытались генерала и полковника Аккермана убить.

До Фрэнка доносились лишь обрывки фраз, ибо эта компания чуть ли не перешептывалась. Но при взгляде на своего брата, он увидел молчаливый, еле заметный ужас на его лице.

Когда пришла очередь показывать документы с билетами, к вагону, где стояли наши герои, подошёл взвод вооруженных винтовками солдат. Их вёл молодой офицер с крайне подлым выражением лица, а по правую руку от него стоял знакомый нам чиновник.

— Господа! Прошу вас продемонстрировать свои документы, — воскликнул офицер своим ласковым голосом, обращаясь к толпе. В это время сопровождающие его войска выстроились в шеренгу.

Все повернулись к ним, с документами в руках. Фрэнк оглянулся, и понял: если сейчас что — то пойдёт не так, бежать некуда.

Чиновник с офицером начали ходить и проверять документы. Они лишь останавливались и показывали на кого — то пальцем, приказывая остаться на местах. Джордан и Фрэнк были последними. Осмотрев их документы, он скорчил улыбку, и, обращаясь к ним, отрезал:

— Вы остаётесь. Женщина может идти, — проговорил он, уже приказав солдатам вести за собой выбранных им мужчин.

— Объяснитесь! — командным голосом воскликнул Джордан, — вы кто таков?

— Я лейтенант Логан, республиканская жандармерия. А Вы кто? — мгновенно поменявшись в голосе, отрезал офицер.

— Я капитан республиканской армии Джордан Гоцеллин, отправляюсь вместе со своей семьей на границу по приказу генерала Гана. По какому праву Вы задерживаете наш отъезд?

— По приказу особо уполномоченного генерала, министра военного времени при правительстве Моргана, любой мужчина, пытающийся покинуть город, должен быть отправлен на фронт. Беглые солдаты и их члены семьи мужского пола подлежат расстрелу, — с каждым словом ярость Логана уходила, и он уже говорил полностью спокойно.

— Я действую по приказу генерала Гана и отправляюсь на границу. Меня не имеют права задерживать, — поникнув на мгновение, ответил Джордан.

— Имеют. Следуйте за мной, капитан Гоцеллин. И Вы, Фрэнк Гоцеллин, тоже, — затем он повернулся к чиновнику и в приказной форме обратился к тому, — немедленно отправьте конвоем задержанных людей на фронт. С беглыми солдатами я разберусь.

— Как прикажете! — покорно ответил чиновник.

— Следуйте за мной, кому говорю! И вы тоже, — указал он на трёх человек, прижавшихся к вагону.

Фрэнк схватил Эллен за руку и не двинулся с места. Джордан так же оставался на месте.

— Я думаю, вы не поняли моего приказа. Взять их силой, — спокойно проговорил лейтенант.

— Не бывать этому! — Джордан выхватил свой револьвер и нацелился на лейтенанта, — я капитан Джордан Гоцеллин, и я не позволю, чтобы меня и моего брата Фрэнка расстреливали за дезертирство! Я приказываю отпустить нас!

Солдаты направили свои винтовки на взбунтовавшегося Джордана, а лейтенант стоял на месте. Наконец, его уста расплылись в ещё большей улыбке.

— Замечательно… Расстрелять!

— Джордан, опусти оружие! Пусть не делают этого при Эллен! Мы сдаёмся, — он повернулся к своей жене, и посмотрел в её глаза. В сложившейся ситуации, единственное, что ему оставалось, это насладиться её взглядом. Ведь больше он её никогда не увидит. Её лицо было искажено ужасом и болью, а по щекам стекали бесконечным потоком слёзы. Фрэнк, молча, её поцеловал и прошептал на ухо: "Ступай. Я тебя найду".

Эллен не хотела отпускать Фрэнка, потому солдатам пришлось силой вырывать его из её рук. Их повели к краю платформы, где всё ещё был прекрасный вид на степь. Ибо платформа была на склоне холма, поросшего колючими травами. Вокзал, построенный на холме. И стены не нужно: тела просто падают вниз. Никакой возни, никаких могил. Всё ужасно просто. Это была их судьба, закончить жизнь здесь…