Чтение онлайн

Очень скоро пещера огласилась обычными для битвы звуками: звоном клинков, криками ярости, воплями боли да хрустом костей. Сэр Ролан не стоял в стороне от битвы - сражая ловкими выпадами шпагой сперва одного, затем второго и третьего головорезов. Спиной к спине держался рядом с ним телохранитель Крогер, отмахивавшийся мечом от наседавших разбойников с ножами и дубинками.

Ардал все рассчитал верно - доспехов их сегодняшние противники не носили. А значит, по большому счету были беззащитны против облаченных в доспехи воинов, причем умелых да прилично вооруженных.

Собственно, предводитель наемного отряда за время схватки попал в поле зрения сэра Ролана дважды. Держа по легкому мечу в каждой руке, он буквально врезался в скопища врагов, разя направо и налево.

"Вы запомните этот день, - крикнул Ардал еще, - когда вам оказал честь, скрестив с вами клинки, сам Ардал Медвежья Лапа! Хотя... чтобы запомнить, вам придется выжить, а это уже вряд ли".

Как видно, даже наемник, корыстный и прожженный, не лишен был геройских замашек.

Разумеется, схватка со столь многочисленным противником, каким оказалась разбойничья банда, не обошлась без потерь и для атакующей стороны. Не могла обойтись. Помимо наемника, подстреленного в самом начале штурма, на земляном полу пещеры осталось лежать еще два его товарища. Лицо одного было залито кровью так, что узнать беднягу не представлялось возможным. Другого воина удачи сразу несколько разбойников изловчились повалить наземь, а затем порядком изувечить. Отрубив одну из рук и обе ноги.

И все-таки мало-помалу исход боя становился очевиден. Частота и ожесточенность атак со стороны защитников пещеры с каждой минутой снижалась. Звон оружия становился все тише, звучал все реже. А в самой пещере делалось как-то просторнее. Как-то непривычно свободно. Без толкотни, неизбежной при скоплении множества людей в ограниченном пространстве.

Так что постепенно для Ролана, Крогера и примкнувших к ним наемников сражение перешло в добивание еще уцелевших головорезов. Что уже не заняло много времени.

Опустив шпагу, конфидент вытер левой рукой пот со лба и осмотрелся в поисках оставшихся противников. То же самое сделали Крогер, Ардал, и другие наемники, пережившие схватку.

Новых атак не последовало. Зато...

– Эй, вы!
– донесся голос из глубины пещеры. Звучал он грубо, басовито, но с теми нотками, что позволяют всегда отличить женский голос от мужского.

Следом из мрака пещеры вышла и обладательница голоса. Могучего сложения и уже не молодая баба с круглым, как луна, одутловатым лицом и копной спутанных грязных волос. Глядя на это создание, бывшее, по всей видимости, пресловутою Беспутной Бетти, Ролан еще подумал, что в своих предположениях о причинах ухода племянничка в банду старик-трактирщик попал пальцем в небо. Влюбиться в предводительницу лесной банды, неопрятную и мужеподобную, смог бы разве что моряк, едва вернувшийся из многолетнего путешествия.

Из всей банды Бетти оказалась единственной, у кого имелось хотя бы некоторое подобие доспеха. Кожаная куртка с заклепками - вроде той, что носили Ардал сотоварищи, когда Ролан только встретил их в трактире. И хотя от участия в давешнем сражении Беспутная Бетти, похоже, предпочла воздержаться... благодаря чему, собственно, и сохранила себе жизнь, оружие было при ней. Боевой нож длиною в полруки и с чуть загнутым клинком. Но хуже всего было то, что лезвие этого ножа оказалось приставленным к горлу Гая. Вторая же рука держала бывшего разбойника за волосы.

– Попробуете напасть - и этот сопливый предатель умрет, - сообщила Беспутная Бетти, - так что... предлагаю переговоры.

– Я... раз...бойн-нник, - отозвался Гай сдавленным дрожащим голосом. Прозвучавшим не менее жалко, чем смотрелся сам племянник трактирщика рядом с предводительницей уже перебитой банды. А был он ниже на целую голову и с совсем узенькими плечами.

– Ты молокосос, - рявкнула Беспутная Бетти, - удрал раз... так и сидел бы дальше за дядюшкиной задницей. Блевотину бы вытирал... за постояльцами в его трактире. Чего приперся-то?.. Ну, так что же?

Последний вопрос был адресован уже Ролану, Крогеру и наемникам.

– Как по мне, - с подчеркнутым презрением в голосе отвечал конфидент, - делай с ним, что хочешь. Все, что этот паренек мог сделать полезного... для меня - он уже сделал.

От этих слов не только удивленно вытаращил глаза Гай. Еще и Беспутная Бетти опешила. А Ролан добавил, вскидывая шпагу, точно салютуя:

– Но вот поговорить с тобой мне и самому хотелось бы. И особенно насчет графа местного расспросить.

– Лады, - Беспутная Бетти на это обреченно вздохнула и отпустила Гая, отводя лезвие, - куда деваться-то теперь уж...

А уже в следующий миг племянник хозяина "Белого оленя" отскочил от нее, как от зачумленной. Мгновение - и он стоял рядом с остальными участниками атаки.

* * *

История Беспутной Бетти... нельзя сказать, чтобы она отличалась оригинальностью. Но уж во всяком случае, у кого-то она наверняка могла вызвать хоть толику сочувствия.

Настоящее имя разбойной предводительницы было Беата. И ее связь со здешним графом оказалась в некотором роде теснее, чем мог предположить тот же сэр Ролан. Та, которую нынче знали, как Беспутная Бетти, приходилась... дочерью Карею. Правда, дочерью внебрачной или, как еще принято говорить среди дворян - побочной. Бастардом, проще говоря. Только женского пола.

В молодые годы граф вполне еще слыл вменяемым и не чурался многих радостей жизни. Не упустил он и случая развлечься с какой-то крестьянкой из местных. Причем никакого насилия тогда себе не позволил, все вроде как произошло по обоюдному согласию и к общей радости. Если, конечно, мать Бетти-Беаты не солгала, щадя душу маленькой дочки.

Более того! Молодой граф оказался не чужд и кое-каких проблесков совести, чувства долга. Потому что про случай тот не забыл даже спустя годы. И от дочери, даром что побочной, отрекаться не собирался.

Возможно, мать Беаты была не единственной простолюдинкой, удостоившейся свиданию с Кареем. И кто знает, сколько еще людей в округе могли назвать своим отцом ныне нелюдимого графа. Однако признавать в них родную кровь его сиятельство и не подумал.

Но как бы то ни было, а факт оставался фактом: будущая Беспутная Бетти запомнила визит к ним с матерью домой большого человека, одетого совсем не по-крестьянски. Большого человека, явившегося ее, в ту пору четырехлетнюю девочку - забрать. Дабы обеспечить, по собственному разумению, лучшую долю.

Мать не возражала. Не посмела, наверное. А может, и впрямь поверила, что жизнь Беаты будет и сытней, и спокойней все-таки в графском замке, а не в крестьянской хижине. Не говоря уж о том, что супруг крестьянки не очень-то жаловал падчерицу. Бить не бил, однако не скупился на ругань, в лучшем случае - на сетования. Причем повод годился любой. Наверняка, узнав о визите настоящего отца девочки, он не мог не обрадоваться. Ну да пес с ним, думала теперь Беспутная Бетти, вспоминая. От радости нелюбящего, нелюбимого и чужого, в общем-то, человека, ей ни холодно ни жарко не было.