Чтение онлайн

…Гольц и успел, и сумел, но это уже не имело ни малейшего значения. Он, Галай, Оганесян и Медынцев почти одновременно получили сообщение: к месту боя приближается российская императорская эскадра из сорока пяти больших артиллерийских кораблей и целого роя легких сил. Ведет ее с самыми серьезными намерениями наследник престола цесаревич Пантелеймон Даниилович.

Разумеется, Гольц отвернул и второго столкновения не произошло. Женевская эскадра покидала терранский сектор, стремясь к воссоединению с основными силами. По дороге ей попался рейдер, отставший от флотилии Медынцева и почти потерявший ход. Его разнесли в щепы с дальней дистанции, даже не предложив сдаться: торопились…

Галай и Оганесян объединились. Терранские ударные силы и эскадра цесаревича преследовали отходящих женевцев, рассчитывая навязать им крайне невыгодный арьергардный бой.

Но этому не суждено было сбыться. Новогоднему сражению положил конец Виктор Сомов. Придя в себя, он осведомился о последних новостях. И пока адъютант скакал по маршам «Изабеллы» к медотсеку, главком тупо рассматривал потолок и печалился. Ему было очень больно, возможно, обломанная кость ущемила или порвала плоть. Хорошо хоть перелом – закрытый, а не открытый. Ощупав руку, Сомов пришел к выводу, что до открытого ему оставалось совсем немного.

Боль открыла дорогу для странных мыслей.

«Господи Иисусе Христе сыне Божий! Как тут тесно… Куда не сунешься – везде чужие локти. Господи, отчего мы все время толкаемся друг с другом? Господи, как я устал! Прости меня, Господи»… – помимо руки, у него ужасно болела голова, а к горлу упрямыми толчками подступала тошнота, – «Господи, как видно, у нас две судьбы… Либо так и будем толкаться в Лабиринте до Страшного Суда… Толкаться будем и истреблять друг друга… Надо попросить у медика что-нибудь от головной боли… Или выйдем из Лабиринта и сами научимся летать к звездам. Либо – либо… Может, чертово сотрясение мозга? Я знаю, Господи, почему Ты показал нам: вот, есть ОП на Терру-10… Я знаю, Господи, ты просто нас пожалел. Дал нам, несчастным дуракам, передышку… Господи, нам нужно выбраться отсюда, чтобы не убивать за каждый клочок земли».

Новости.

В секторе Поднебесной между китайским флотом и женевской эскадрой идут вялые затяжные бои.

Галай преследует Гольца.

Цесаревич преследует Гольца.

Аравийцы спалили в своем секторе разведывательный крейсер новых евреев.

Из сектора Нью-Скотленда главкому аравийцев отправлено сверхсекретное сообщение. Зашифрованное почти до потери смысла. И только что расшифрованное терранскими специалистами. Удивительно! Новые шотландцы приглашали к себе в сектор наблюдательную флотилию аравийцев… Подобной щедрости не видало еще Внеземелье!

– Дайте что-нибудь от головной боли… У меня что, сотрясение мозга?

– Господин вице-адмирал, с головой все в порядке. Ушиб. Шишка. Вот и все. Никаких сотрясений.

– Ручаетесь?

– Господин вице-адмирал! Это я как профессионал говорю.

– То есть ручаетесь… Отчего ж мне так худо?

– Примите вот это.

– Меня еще и тошнит.

– Тогда не принимайте, будет тошнить сильнее… Я сейчас подыщу что-нибудь другое. Простите, одну минуту господин вице-адмирал…

Голова трещала, как под прессом. И какая-то упущенная малость мешала Сомову сосредоточиться на боли и успокоить ее. Какая-то малость, но важная…

…Еще новости. Адмирал Львов выслал в терранский сектор штабного офицера, чтобы договориться о новой разграничительной линии.

«Дружба-дружбой, а три процента – подай на стол»…

Разведка усмотрела в китайском секторе признаки междуусобного противостояния.

– Мятеж?

– Пока трудно сказать со всей определенностью, но…

И тут Сомова как громом поразило.

Боль исчезла моментально.

– Отбой, доктор.

Адьютанту:

– Связь с отрядом контр-адмирала Вяликова. Срочно!

И пока ему отстраивали канал с рубкой мгновенной связи, а потом рубка устанавливала контакт с Вяликовым – долго, долго, очень долго, – разъяренный главком матерился последними словами. Ведь все было под самым носом, а – проморгал! Проморгал, дубина, ошибка природы, турбина копченая, амеба тупорылая… и, кстати, надо поворачивать Галая. А поворачивать ли цесаревича? А? Ведь свои же они, свои, черт их дери…

Ну, Господи, спаси и помилуй. Началось. Понеслось мочало по арене.

– …Виктор Максимович… – начал было Вяликов.

– Отставить, – перебил его Сомов, – Даниил Дмитриевич, в секторе новых шотландцев найден ОП. Расположение неизвестно. В ближайшие часы начнется вывод поискового контингента Нью-Скотленда в систему Терры-10. Вы должны быть в двух шагах от них. Вы понимаете, в двух шагах! А лучше – в шаге! Если у вас там сложится крайняя ситуация при недостатке времени разрешаю вам… начать план «Тандем» без моей санкции. Как поняли?

И Вяликов, человек военный до мозга костей, кратко повторил поставленные ему задачи. Только потом он счел возможным поинтересоваться:

– Виктор Максимович, если позволите, а откуда известно об открытии Объекта Перехода? Мой перехват не дает оснований для…

– Нет времени объяснять, Даниил Дмитриевич. К вам направляются все ударные, десантные и вспомогательные силы контингента. И отряд Пряникова заодно. Но еще до нас в сектор Нью-Скотленда прибудет половина Внеземелья. Корабли беречь, в бои не встревать. Действовать по обстоятельствам. Отбой.

Теперь Галай.

Голограммка красавца-мужчины, двухметрового белоруса с роскошными вислыми усами. Волосы цвета соломы, высокий лоб, предательски проступающие залысины, внимательный, цепкий взгляд. Холеные руки. Не напрасно Галаю дали на флоте прозвище «шляхтич»…

– Господин вице-адмирал…

– Отставить, Андрей Янович. – Сомов в двух словах обрисовал ситуацию. – Вам надлежит закончить преследование противника, развернуться и идти на соединение с нами. Координаты точки, где мы должны встретиться…

Сомов назвал координаты. Он еще не договорил, но уже понял, как ему не нравится лицо контр-адмирала Галая. А ведь он, пожалуй, полезет с вопросами…

Галай обошелся без вопросов. Он сделал нечто худшее: принялся спорить.

– Но победа у нас в кармане! Виктор Максимович, нам нужно всего-то несколько часов. Распушим этого Гольца так, что перья полетят!

– Вы слышали приказ, Андрей Янович?

– Слышал, Виктор Максимович… Но, может быть, мы все-таки всыпем сначала этим канальям? Уходят подранки, надо бы добить.

В голосе его звучала смертная обида: «Ты, гад, вчерашний командоришко, отбираешь у меня законную победу…»

– Раз слышали, выполняйте немедленно, господин контр-адмирал. Как поняли?

– Понял хорошо. Приступаю к выполнению, господин вице-адмирал…

– Отлично.

Подумав, Виктор добавил: