Чтение онлайн

Я сказал, что от меня это совсем не зависит.

– Еще как зависит! Вы сделаете такой проект, чтобы всем было видно: вот какой будет Мелитополь, куда лучше Запорожья. И свяжите Вознесенку и Константиновку с Мелитополем в одно целое. Чему вы смеетесь?

– Извините, это я своим мыслям. Я отвлекся.

А мысль такая: ну, чем не Нью-Васюки?

Из Мелитополя вернулся на несколько дней раньше отпущенного мне срока, привез схему, согласованную с горисполкомом, которую совсем не помню, и – с базара – знаменитую мелитопольскую черешню.

С готовой схемой генерального плана приехали Дмитриевская и Ярославский. Приехали из Киева: Гипроград был уже там. Евстафьев болел, и Кривобоков занялся устройством жилья и питания. Лидия Николаевна шепнула:

– Вариант один, расскажу потом. А где Григорий Георгиевич?

– Уехал, расскажу потом.

Схема повторяла довоенный генплан с корректировками, которые я знал. Поразило: многоэтажная застройка только по проспекту Ленина, далее – малоэтажная, за ней – усадебная.

– Пороху не хватает, – объяснила Дмитриевская. – Перспективная численность населения – 420 тысяч.

– Всего? Это по расчетам?

– По расчетам порядка шестисот пятидесяти, – ответил Ярославский. – Госплан уменьшил.

– Как уменьшил?!.. Без расчетов?

– С расчетами или без расчетов – не знаю. Орган – директивный, с ним не поспоришь. Уменьшают всем, и не только на Украине. Мы подсчитали – примерно, в полтора раза.

– Они как-нибудь это объясняют?

– Объясняют. Во-первых, тем, что министерства еще не начинали заниматься перспективным планированием, а где начали – не учитывают предстоящей механизации и повышения производительности труда и, кроме того, на всякий случай завышают необходимое им количество рабочей силы. Во-вторых, в городах с большой концентрацией промышленности новые предприятия размещаться не будут. Это относится и к Запорожью.

– Плохо наше дело. С расчетным сроком жизнь не кончится, город будет расти, многоэтажные дома будем строить на окраинах, а территорию центрального района разбазарим под малоэтажную и индивидуальную застройку. Черт знает что!

– Не знаю, как там будет с механизацией и производительностью труда, Павел Андреевич, судить не берусь, но и новых предприятий вам не избежать. Министерства стараются размещать их именно в промышленных городах: готовые инженерные сети, дороги, есть какой-то жилой фонд, население, значит, можно на этом сэкономить.

– Но ведь генеральный план будет утвержден Советом Министров, значит...

– Ничего не значит. Извините, я вас перебила. Генеральный план Запорожья будет утвержден Советом Министров Украины, а промышленные министерства – союзного подчинения, всегда найдут способ его обойти, и их всегда поддержат местные власти – они заинтересованы в развитии своих городов.

– Так что же делать? Лидия Николаевна, может быть, многоэтажное строительство вести по всему фронту Вознесенки, а остальную ее часть оставить на потом? А малоэтажные и индивидуальные – в других районах?

– Мы об этом думали. Не пройдет. Такой генплан не утвердят. Никто не согласится, чтобы в центре оставалась огромная незастроенная территория, а город расширялся.

– Не пройдет, – подтвердил Ярославский. – Освоение новых территорий обходится очень дорого: сети, дороги, транспорт. А в центре – слабозастроенный пустырь?

– Кстати, об инженерных коммуникациях и сооружениях, – сказал Кривобоков. – Если перспективная численность населения занижена, то дело не только в разбазаривании, как сказал Павел Андреевич, ценной территории, а еще и в том, что мощности этого оборудования и пропускная способность городских сетей окажутся недостаточными.

– Возможно, – ответил Ярославский. – Но не обязательно.

– Как так? – удивился Кривобоков и засмеялся. – Это же элементарно.

– Не берусь судить, – сказал Ярославский, – что будет раньше: город достигнет перспективной численности, или его инженерное оборудование и сети отслужат свой срок и потребуют замены. Ведь не станем же мы предлагать диаметр какого-нибудь коллектора из расчета на пятьдесят лет?

– Это, пожалуй, верно. А вы не сопоставляли сроки амортизации оборудования и сетей с расчетным сроком развития города?

– Это задача проектирования конкретных объектов.

– Лидия Николаевна! – Я снова обратился к ней. – А долю многоэтажного строительства увеличить нельзя?

– Мы взяли максимальный процент для городов такой категории. Правда, это – наши внутренние, нигде не утвержденные нормы, но их везде придерживаются, и отклоняться от них не разрешают.

– Так поменяйте ваши внутренние нормы! Они же ваши!

– Эти нормы разрабатывались, исходя из возможностей строительных организаций по данным Госплана, и с ним согласованы, – сказал Ярославский. – Они разработаны до войны. Если мы сейчас возьмемся их корректировать, то, уверяю вас, доля многоэтажного строительства уменьшится.

– Да вы не переживайте, – улыбаясь, сказала Дмитриевская. – Жизнь откорректирует эту схему, обязательно откорректирует. Никто не станет сносить жилой дом, каким бы малоценным он ни был, под малоэтажное и индивидуальное строительство. Только здесь есть свободная от застройки территория. – Она показала на плане: у железной дороги, ниже проспекта Ленина. – Только здесь и возможно малоэтажное строительство. А вот здесь, ниже этой площадки, почти до Днепра, редкие хаты с огромными участками. Только здесь и возможно индивидуальное строительство за счет разукрупнения усадьб – это же город, а не колхоз. А дальше – картина иная: там снос осуществим только под многоэтажное строительство.

– Дальше тоже есть огромные пустыри и редкая застройка... Ах, да, это – в самом центре.

– Вот то-то! В центре может быть только многоэтажная застройка. События будут развиваться так. После освоения этой свободной площадки, малоэтажное и усадебное строительство неизбежно уйдут в другие районы – там свободных территорий хватает. Вы будете вести многоэтажное строительство сначала в кварталах по проспекту Ленина, а потом, когда ваши строительные организации окрепнут, и на всей территории. Несмотря, – она взглянула на Ярославского, – на принятое соотношение этажности. Это я вам не в упрек.

– Дело в том, – сказал Ярославский, – что это соотношение обязательно только при разработке генеральных планов. А в жизни оно зависит от возможностей строительных организаций. Многоэтажная застройка – самая экономная, никто возражать не станет.

– Генеральный план придется откорректировать, – сказала Дмитриевская. – Ну и что? Откорректируем. А может быть... Вот утвердим схему, начнем генеральный план, может быть, к тому времени и удастся решить его нормально. А если не осилите увеличение многоэтажного строительства, значит, застройка Вознесенки останется, как вы говорите, на потом. Так что, Павел Андреевич, спите спокойно, разбазаривания территории не произойдет, вот только здесь. Но без каких-то жертв ничего у нас не бывает.