Чтение онлайн

"Боже, как мне все это надоело! Может, подняться к сыну? Нет не надо, не стоит его будить, не стоит его беспокоить, ведь и так в последнее время он капризничает, а сон его некрепок". Она взяла со стола светильник, долго смотрела на колеблющийся огонек, а потом медленно двинулась через анфилады комнат, отворяя одну дверь за другой, в свою спальню.

"Как здесь пусто! Какое здесь царит смертельное уныние! И почему ничто не радует мою душу?"

Она сама задавала себе вопросы и тут же отвечала на них. Вдруг она услышала какой-то странный шорох, похожий на тяжелый вздох. Женщина замерла, светильник Дрогнул в ее руке. Но затем Констанция преодолела свой страх и уже более решительно двинулась вперед.

Ее длинная тень двинулась по старым обоям, по раскачивающимся тяжелым шторам. Перед входом в свою комнату Констанция замерла, как бы предчувствуя что-то недоброе, какую-то скрытую угрозу. Она помедлила перед дверью, не решаясь положить ладонь на холодную, начищенную до блеска ручку.

"Ерунда, это все нервы... Нервы расшалились", - успокоила себя женщина, нажимая на ручку и переступая порог.

Свет вырвал из темноты знакомые вещи: кресло, диван, клавесин, картины в тяжелых резных рамах, на которых тускло поблескивала позолота. С этих картин на Констанцию смотрели незнакомые ей люди - это были предки графов де Бодуэнов. Мрачные лица, неприятные женщины с какими-то тяжелыми взглядами.

"Эти предки де Бодуэнов очень похожи на графиню, она такая же желчная, сварливая и вечно чем-то недовольна. Ей все не так, она всех готова осуждать, о любом сплетничать. Вообще, она несноснаясварливая женщина". Вдруг Констанция напряглась. Ей показалось, что в соседней комнате кто-то есть. Она немного опустила светильник, дрожащий в ее руке, прислушалась.

"Да нет же, нет, мне показалось, это ветер где-то стучит в ставни, а может, тяжелая штора раскачивается сквозняком и шуршит. Нет-нет, там никого не может быть". Но сердце сжимал какой-то странный холодок. И вдруг из-за колонны, отбрасывая длинную тень, вышел мужчина в тяжелых охотничьих сапогах и черном камзоле. Сверкали золоченые пуговицы, сверкали глаза, отражая зыбкий светсветильника.
– Это я, - вдруг произнес мужчина, и Констанция вздрогнула, едва не выронив светильник.

Она отпрянула в сторону, прижалась к стене, но тут же спохватилась. Она низко склонила в поклоне голову, ведь перед ней всего в нескольких шагах стоял сам король Пьемонта Витторио. Констанция как ни старалась, не смогла рассмотреть выражение лица короля. Единственное, что она видела - это сверкающие глаза.

– Вы вынудили меня, графиня, прокрасться сюда.

– Я?!
– изумленно прошептала Констанция.

– Да-да, вы, графиня, заставляете меня вести себя так, будто я мелкий воришка. Но ведь я король!

– Ваше величество...
– Констанция, произнеся начало фразы, не знала, что скажет.

– Говорите, говорите, графиня, - король улыбнулся. Констанция заметила, как сверкнули его зубы.

– Ваше величество, вы здесь, в моем доме в столь поздний час?

– Не беспокойтесь, графиня, меня никто не видел, я пробрался в ваш дом тайно.

– Слуги? Старая графиня?
– испуг появился на лице Констанции, ее грудь тяжело вздымалась, а дыхание было тяжелым и прерывистым.

– Неужели вы, графиня, не видите, неужели вы не знаете, что со мной происходит?!

– А что я должна видеть и что должна знать?

– Не прикидывайтесь и не притворяйтесь, графиня, вы меня губите.

– Я - вас?..
– каким-то странным молящим голосом произнесла Констанция.

– Да, вы, графиня, - как-то равнодушно и даже буднично ответил король, - вы и только вы, ведь во всем моем королевстве нет ни одной женщины, которую я так страстно желал бы.

– Ваше величество, не говорите так, не надо...

– Я чувствую, графиня, я знаю, моя душа разрывается на части, будто ее терзает страшный зверь.

– Ваше величество...
– прошептала Констанция.

– Да, да, как будто этот страшный дикий зверь пробрался в мою душу и терзает меня изнутри, впиваясь в мое сердце своими острыми когтями. Я постоянно думаю о вас, Констанция, вижу вас во сне. Стоит мне только закрыть глаза, как ваше лицо появляется рядом, я пытаюсь прикоснуться к щекам, но тут же осознаю, что это всего лишь сон, всего лишь страшное видение.

Констанция грустно улыбнулась.

– Я сказал что-то смешное, графиня?
– обиженно осведомился король Витторио.

– Нет-нет, ваше величество, - поспешила успокоить короля графиня.

– У меня никогда не было любовниц, никогда, решительно сказал король, будто бы произнося словаприговора.

– И теперь не будет. Нет, не буду я вашей любовницей!
– бросила прямо в лицо королю Констанция.

Король будто бы что-то преодолел в себе, будто бы разрубил нить, которая-удерживала его и двинулся к Констанции. Его тяжелые шаги гулко отдавались под тяжелым сводом, даже пламя в светильнике затрепетало. Констанция прижалась к стене, ощущая холод мраморных плит.

– Да, я король, король Пьемонта, зовут меня Витторио. Но даже несмотря на то, что я король, у меня манеры простого крестьянина.

Мужчина приблизился к женщине почти вплотную, между ними был только светильник, и Констанция прикрывалась им как оружием. Ее грудь прерывисто вздымалась, тонкая жилка на шее трепетала, а огромная жемчужина фамильного медальона становилась то розовой, то золотистой. Король как загипнотизированный смотрел на эту жемчужину, которая находилась как раз в ложбинке между высоких грудей. Жемчужина подрагивала, и король жадно облизал пересохшие губы.

– Вы, графиня, единственная женщина, вообще единственный человек в королевстве, который не боится меня. Король приподнял руку, пытаясь прикоснуться к сверкающей жемчужине. Констанция от испуга дрогнула и выронила светильник. Он опрокинулся, масло пролилось и тут же вспыхнули язычки пламени. Они заплясали прямо у ног женщины, прямо у подола ее сверкающего шелкового платья.

А король смотрел в испуганные глаза Констанции, даже не обратив внимания на то, что у его ног разгорается пламя.

– Мне надо было поехать в Мадрид, ваше величество.

– Вам?

– Да-да, мне, или Арману не надо было туда ехать, ведь он там ничего не делает, - с мольбой взглянула Констанция на короля.

Тот улыбнулся в ответ краешком губ, как бы понимая, о чем сейчас думает женщина.

– Это мог сделать любой, любой из ваших придворных, вы могли послать маркиза Лоренцетти или барона Леграна. Да вообще, любого, ваше величество.

– Нет, нет, - прошептал король, - вы, графиня, замечательная женщина и во всем королевстве нет равной вам.