Чтение онлайн

— Как вам будет угодно, Ваше сиятельство, я весь в вашем распоряжении, — искренне обрадовался я.

— Тогда пройдёмте за нами, машина уже ждёт.

Машина действительно уже ждала, и ею оказался дорогой эфиромобиль, хоть и не самый новый. На мой взгляд, по нынешним временам ему не помешало бы бронирование, ведь Женевьева обладала довольно редким даром, с его помощью массу автомобиля можно существенно облегчить, но свои мысли я предпочёл оставить при себе и молча уселся на заднее сиденье.

Графиня расположилась рядом с водителем, Женевьева за ней, я слева от Женевьевы на заднем диване, а посередине оказалось пустое пространство, как раз не позволявшее мне почувствовать близость моей любви. К тому же, графиня легко контролировала через салонное зеркало всё, что происходило позади, что по большому счёту было излишне.

Автомобиль мягко заурчал мотором и тронулся с места. Мимо быстро промелькнули выездные ворота, тут же закрывшиеся за нами, и, выехав на дорогу, мы помчались вперёд. Вся поездка мне запомнилась чередой самых разных городских достопримечательностей: от собора, название которого быстро вылетело у меня из головы, до старой-престарой крепостной стены, по которой мы прогулялись все вместе. С Женевьевой толком так и не получилось поговорить, лишь переброситься парой фраз, и всё, что меня очень расстроило.

Не знаю причину такой плотной опеки Женевьевы, но мне оставалось только смириться и получать удовольствие от прекрасных видов достопримечательностей города. Прогулка закончилась обратной поездкой в городской особняк, где обед прошёл в тёплой, но не сказать, что совсем уж дружественной атмосфере.

Графиня молчала, иногда задавая мне ненавязчивые и бесцельные вопросы, Женевьева откровенно злилась, но не пыталась сама чего-то спрашивать, а я просто играл по чужим правилам, точнее, молчал или отвечал на редкие вопросы графини, ну и наслаждался едой. Раз дочерью мне наслаждаться не дали, вернее, разговорами с ней, то пусть еда заменит всё остальное. А вот после обеда события понеслись прямо вскачь.

Сначала позвонил граф и предупредил графиню, что за мной отправлена служебная машина, которая вскоре приехала, я уселся в неё, и меня повезли в резиденцию генерал-губернатора. Встретил меня какой-то чиновник и, уточнив кто я, проверил документы и повёл куда-то внутрь здания. Миновав череду коридоров, мы оказались в небольшом помещении, где меня и оставили. Я уж думал, что и не увижу графа, но он пришёл непосредственно перед моим выступлением.

— Барон Дегтярёв!

— Ваше светлость!

— Рад вас видеть, барон, вы готовы показать произошедшие в Кроншлоте события?

— Готов.

— Ну, что же, я не настаиваю на долгом показе с ненужными подробностями, но уверен, что вы сможете это сделать информативно и максимально эффектно. А после окончания я хотел бы с вами поговорить.

— Слушаюсь, Ваша светлость! Я очень рад, что оказался вам полезен, и вы уделяете мне своё время.

— Хорошо, может всё действительно к лучшему… — непонятно выразился граф и продолжил, — сейчас придёт мой помощник и отведёт вас в конференц-зал, где и следует продемонстрировать картину взятия Кроншлота, хорошо?

— Да, конечно, — кивнул я, и граф ушёл.

Помощник пришёл буквально через минуту и проводил меня в относительно небольшой конференц-зал, сейчас до отказа заполненный чиновниками. Наскоро оглядев его, я увидел устремлённые на меня, полные любопытства взгляды, мысленно пожав плечами и не теряя времени, я задействовал свой дар и начал демонстрировать в очередной раз штурм Кроншлота.

Показ прошел штатно, длился он минут пять, в которые я уложил практически все виденные мною события, скромно упустив свою роль при выносе центральных ворот в крепость. Не знаю, почему я так сделал, просто не захотелось выпячивать себя, ведь такой задачи мне не ставили, а сам я её не преследовал.

После окончания просмотра все зашумели, бурно обсуждая увиденное, а я, не задерживаясь, чтобы не выслушивать прямые вопросы, ответы на которые меня никто не уполномочивал высказывать, тут же покинул конференц-зал и вернулся в ту же комнату, из которой и пришёл.

Здесь меня уже ждал небольшой стол, накрытый синей скатертью, на котором стоял средних размеров самовар, две кружки, маленький фарфоровой чайник со свежезаваренным чаем, а также располагались тарелки с кусками сахара и различными пирожными. Увидев выставленное великолепие, я понял, что всё это поставили специально для меня, искренне обрадовался и приступил к чаепитию, за которым меня и застал граф. Он зашёл минут через двадцать, когда я уже почти закончил наслаждаться сладким крепким чаем.

— Я смотрю, барон, вы даром время не теряете! Это похвально, ваш показ удался на славу, мне пришлось ещё долго отвечать на различные вопросы, в том числе и откровенное дикие, увы, люди склонны не верить собственным глазам. А кроме этого, я вновь убедился, что мне придётся просить вас продемонстрировать эту картину ещё раз, но уже в моём особняке, для высшего дворянства губернии. Увидеть происходившие события, что называется, вживую, приедут многие, ибо есть на что посмотреть.

— Я согласен, пусть это станет моей платой за ваше гостеприимство.

— Ну-ну, барон, моё гостеприимство для вас абсолютно бесплатно, а это просто маленькая просьба, к тому, же вам уже пора заводить полезные знакомства, уж простите за тавтологию, но это действительно так.

— Я понимаю… и спасибо!

— Благодарить должен я вас за спасение дочери, и думаю, сейчас самое время о ней поговорить. Надеюсь, что вы готовы к разговору, у нас есть минут пятнадцать. Машина скоро будет у крыльца, и мы с вами вернёмся в мой дом, и вместе же и поужинаем. Для меня ужин скорее дань традиции, а вот вам он после показа очень необходим.

Я напрягся, даже можно сказать, испугался, мне стало сильно не по себе. Кровь мгновенно прилила к моему лицу, что не укрылось от глаз графа. Ну да, трудно не заметить тот лихорадочный румянец, что заплясал на моих щеках, а более всего меня в этом выдавал старый шрам. Однако тема, которую граф решил затронуть в разговоре, касалась моего будущего напрямую, если не сказать больше, тут поневоле заволнуешься.

— Да, я готов, что вы хотели бы от меня узнать?

— Это очень хорошо, что вы всегда готовы к сложному разговору и не стараетесь увиливать от ответственности. Я хотел бы узнать ваши мотивы в отношении моей дочери, признаюсь, у меня состоялся разговор с ней о вас, и он оставил смешанные чувства. Да, вы, несомненно, благородный юноша и готовы прийти на помощь любой попавшей в беду девушке, об этом я тоже знаю. А вызволить из беды графиню не только важно, но и почётно, я бы даже сказал, престижно, но… — прервал он мой протестующий жест, — но… у вас помимо этих целей есть и личные мотивы, о которых я бы и хотел услышать от вас.

Граф пристально посмотрел на меня, потом совершенно неожиданно улыбнулся и, потянувшись к самовару, налил из него в кружку оставшийся кипяток, взял в руки одно из пирожных, откусил от него и стал пить чай, внимательно глядя на меня.

Думал я совсем недолго, ведь подобный вопрос напрашивался сам собой уже давно, и мысли о том, как ответить лучше, меня часто не отпускали, заставляя раз за разом задумываться о собственном будущем. Однако и торопиться с ответом не стоило, хоть и время ограничено. Но сколько ни тяни, а ответ давать нужно, и как только граф доел пирожное, я ответил.