Чтение онлайн

— Ты заметила, что в этой квартире — ни одного прямого угла? — раздается за спиной голос Лео.

Я резко оглядываюсь, будто меня застали врасплох. И тотчас же отворачиваюсь к окну: Лео стоит лишь в полотенце, обернутом вокруг бедер, и вытирает волосы. Смотрю на двор за стеклом — а вижу рельефные мышцы Лео. ЗОЖ, черт бы его побрал! Перевожу взгляд на стол с аккуратными стопками книг и документов, но боковое зрение вылавливает отражение Лео на экране ноута с заставкой звездного неба.

— А... зачем тебе столько остро заточенных карандашей?

Отличный вопрос. Ведь именно он сейчас волнует меня больше всего.

Я дотрагиваюсь до кончика одного из них, стоящих в банке, и отдергиваю палец.

— Мне нравится их точить. Это успокаивает.

— Похоже, работа у тебя нервная, — но нервно теперь улыбаюсь я. — Так чем ты занимаешься после того, как принимаешь душ? — я оборачиваюсь и смотрю прямо Лео в глаза.

— Завтракаю. Составишь компанию? — как ни в чем не бывало предлагает он.

На кухню Лео приходит уже в майке (такой же, как собирался выдать мне) и парусиновых штанах. У него влажные волосы, в выемке на шее под затылком еще не высохли капли. Наверное, пахнет он сейчас потрясающе.

— Что за браслет из ниток у тебя на запястье? — спрашиваю я, отвлекая свое пристальное, почти неприличное, внимание к телу Лео.

К счастью, сам он этого не замечает: стоит ко мне спиной, копается в баночках с заваркой.

— Год назад, когда я путешествовал по Непалу, мне повязал его один буддистский монах. Сказал, что, когда браслет порвется, сбудется мое желание.

— Красивая история.

Мы впервые остались наедине в таком крохотном пространстве. Мне мало места. Кажется, Лео касается меня, даже когда проходит мимо на расстоянии метра. Но, на самом деле, он ведет себя крайне сдержанно: избегает случайных прикосновений, не склоняется надо мной, чтобы взять заварник, который стоит у меня за спиной, а обходит стол.

Его деликатность одновременно и расслабляет, и распаляет меня.

Тогда я делаю это: примеряю на себя его поцелуй.

Допустим, Лео не обходит стол, а все же склоняется надо мной. В одной руке — кухонное полотенце. В другой — заварник. Обманчивая беззащитность.

Он выпрямляется. Касается меня бедром. Не отходит, а я не гоню его, потому что мы оба чувствуем это волнующее притяжение.

Я приподнимаю голову, но ладонями все еще держусь за край стола — обещание, но не действие. Лео чуть склоняется ко мне. Я тянусь к нему — и наши губы соприкасаются. Всего на миг.

Губы Лео прохладные после душа, но я чувствую жар, который исходит от его тела. Следующий наш поцелуй стремительный, глубокий и чувственный. Лео резко отставляет заварник — почти бросает его. Звякает стекло, но этот звук я уже слышу словно издалека. Мои руки обвивают его шею. Притягиваю Лео к себе, углубляя поцелуй. Развожу колени, подпуская его еще ближе…

–…с сахаром? — судя по тону голоса, переспрашивает Лео.

Я сглатываю комок в горле. Сердце колотится.

— Да.

— Сколько ложек?

— Пожалуй, я тоже приму душ, — бормочу я, удирая из кухни.

— А ложек-то сколько сыпать?..

Я бегу в ванную, запираю дверь и прислоняюсь к ней спиной.

«Эту игру воображения нужно прекращать!» — вопит мой жизненный опыт. Но она кажется такой невинной… Я же ни словом, ни жестом себя не выдаю. Просто фантазия. Ее никто не услышит, не прочитает, она никому не навредит. В своей голове я вольна думать, о чем захочу. Тогда почему нет?

Потому что — нет!

Никаких интрижек. Никаких фантазий, от которых захлебывается сердце. У меня нет для этого ни возможностей, ни сил, ни времени. Это всегда начинается одинаково и заканчивается одинаково, так было даже до замужества, до детей. А теперь все только усложнилось. Я всегда начеку, избегаю любых знакомств, которые могут доставить мне неприятности. Даже близко к таким людям не подхожу. Может быть, потом, позже, когда дети подрастут и я выберусь из этих крысиных бегов...

Просто Лео застал меня врасплох. Он появился в моей жизни как консультант, как мужчина, от которого хочется избавиться. Я не была готова, что меня захлестнут фантазии.

Спохватываюсь — и включаю воду. Все еще подпирая дверь, раскладываю свои ощущения по полочкам: откуда они взялись, к чему могут привести.

Откуда взялись — понятно. Лео — привлекательный, молодой, неженатый парень, который постоянно крутится вокруг меня, искренне, пусть и за деньги, добавляя в мою жизнь немного счастья и удовольствия. Кофе перед началом рабочего дня, цветы, вечер на берегу моря, пикник, игры с моими детьми... Он давит на все кнопки — и это работает.

К чему мои фантазии могут привести? К сожалению, тут тоже все ясно: чем лучше мне сейчас, тем хуже будет потом. Чем больше я себе позволю, тем больнее станет. Пусть сейчас происходящее кажется игрой, но уже меньше чем через три месяца, когда Лео соберет чемодан и вернется в Лондон, переживать я буду по-настоящему. Мне это ни к чему. Не нужно!

Вот, это правильная установка!

Затем я и в самом деле принимаю душ. Выхожу из ванной с причесанными мыслями.

Лео — консультант. Я — его работа.

Майка длинная: полностью скрывает шорты. Я направляюсь на кухню, вытирая влажные волосы полотенцем.

Застыв в дверном проеме, Лео не сразу «отдирает» от меня взгляд.

— Впервые вижу вас с распущенными волосами. Вам очень идет. То есть с поднятыми тоже красиво, но так... — он обрывает фразу и протягивает мне серо-голубой галстук — под цвет его глаз. — Держите.

От удивления я перестаю вытирать волосы.

— Мне что, надеть его?

— Нет, — еще больше ошарашивает меня Лео.

— Тогда что?

— Завяжите себе глаза.

— Зачем?!

Похоже, Лео надоедает моя нерешительность. Он делает шаг ко мне и сам завязывает мне глаза галстуком.

Пахнет Лео и в самом деле потрясающе... Я прикусываю губу. Меня волнует осознание того, что сейчас я пахну так же.

— Не слишком крепко? — приглушенным голосом шепчет он мне на ухо. И этот звук, оттенки которого сейчас я так отчетливо различаю, будоражит меня до внутреннего звона.

Лео — консультант. Я — его работа...

Ему приходится повторить вопрос, прежде чем я отвечаю, что все в порядке.

— И что теперь? — шепчу я. Возможно, ему в губы.

— Твое следующее практическое задание.

Он берет меня за руку — как же чувствительно все воспринимается с завязанными глазами! — и проводит в кухню. Затем отпускает мою руку — это действие я тоже переживаю остро.

— Садитесь, — Лео мягко надавливает мне на плечи.

Я каждый день сижу на стульях, но только сейчас понимаю, что при этом чувствую. У этого стула плетеное сидение и жесткая деревянная спинка. А я даже не обратила на него внимания, когда осматривала кухню.