Чтение онлайн

— Это гражданская – заметил Жданов. Это страна в заднице будет. И мы все со страной вместе. На такое идти нельзя. А что у нас с армией?

Буденный покрутил усы и мрачно сказал:

— Сложно с армией. Докладываю: связь НКО мы сможем контролировать, кавалерия пойдет за нами. В генштабе никак, Шапошников хороший человек, но в наши дела не полезет, а его замы – все дружки Якира.

— Флот поддержит – бросил Уншлихт. И свое управление гарантирую.

— Твое хорошо – рассудительно ответил Буденный. А флот, чего флот? В Москву-реку крейсер введешь? По округам: Московский – полностью косиоровский, если только с комдивами работать, но это опасно. Харьковский и Ленинградский – считай, тоже, но там с командирами корпусов связь есть. В остальных если что, справимся. В Киевском вот, разве, заминка. Тимошенко, замкомандующего, наш, да других ребят своих много, но ведь округ-то Якира. Не просто там будет.

— С Уборевичем как? — поинтересовался Жданов.

— Нормально с Уборевичем – отмахнулся Буденный. Да толку-то? Он с Дальвоста войска в Москву тянуть будет? Или, колчаковщину с ДВР повторить хотите?

— Голову надо убирать – мягко произнес Уншлихт. В Польше мы хорошо в конце двадцатых работали.

— Теракт? — заинтересовался Заковский. Это ж, сколько их одновременно надо? Считай: Косиор, Агранов, Якир, Гамарник, Чубарь… да еще помельче есть.

— Егорова забыл – буркнул Буденный. Он сейчас с Гамарником только что не в обнимку ходит.

— Ничего не забыл – ответил Уншлихт. Если их всех в одном месте собрать, одной мины хватит. В Белоруссии для партизан такие готовили. И с радиоуправлением, и нажимным, и временным – сейчас в Испании применяем, здорово получается.

— А собрать их тоже не вопрос – добавил заинтересовавшийся Жданов. Седьмое ноября, праздник. В президиуме наших не будет, косиоровцы все займут.

— Я, на всякий случай, из Испании спеца отозвал – ошарашил всех Уншлихт. Хороший минер, чего хочешь, соберет. И легенда есть – испытания мины для покушения на Франко. Мину сделаем, человек пока на закрытой даче посидит. Потом видно будет.

— А кто установит? — скептически спросил Буденный. И где они соберутся все? Это ведь какой взрыв должен быть? Там и мы, небось, присутствовать будем, хоть не в президиуме.

— Нет, сама идея неплохая – подвел итог Жданов. Мину готовьте.

Лев Михайлович – обратился он к Заковскому, — у Дагина уточните, какие мероприятия планируются.

— Мысль продумать надо – Буденный взрыва рядом с собой все же опасался.

— Нормально все будет – заверил его начальник разведки. Операцию как назовем?

Жданов вспомнил самый первый разговор на даче в Сухуми:

"— … Так как, говоришь, операцию называли? — переспросил тогда Буденный.

— Пер – сказал Мануильский. Это Гамарник вроде придумал.

— Перс? — не расслышал Берия – какие они, к черту, персы? Так… персики".

— Персик – сказал он.

— Чего персик? — не понял Заковский.

— Операцию так назовем – тоже вспомнил разговор Буденный. Хорошее название, значащее…

Уншлихт поставил отозванному из Испании бригкомиссару Салныню, советнику 14 партизанского корпуса Испании, замначальника спецотделения "А" Разведупра, задачу по разработке мины для ликвидации руководства фалангистов. Мину по легенде предполагалось заложить в трибуну либо рядом с трибуной, на съезде фаланги. Салнынь действительно был специалистом. Образец мины он изготовил к первому ноября.

Первого же, Вышинский возбудил уголовное дело по факту совершения террористического акта в отношении Сталина и государственного переворота, и принял его к своему производству. В деле собрали материалы, дающие возможность предъявить обвинение всей группе Косиора-Якира. Как полученные от Мануильского, так и наработанные спецгруппой Заковского. Компромат получился убийственным, оставалось грамотно им распорядиться.

В тот же день, Дагин, сообщил о собрании в честь седьмого ноября. Собрание должно было пройти в Большом театре, стало известно, что планируется присутствие всего Политбюро, руководителей ЦК, ЦИК, армии, НКВД…

Мину установил Салнынь. Уншлихт, имеющий собственный, дореволюционный еще опыт подобных мероприятий, лично привез его в театр шестого ноября, днем, когда все уже было готово к празднику. С помощью Дагина провел взрывника в зал. Салныню была поставлена задача, заложить мину "в учебных целях". Начальника бригкомиссар не заподозрил, приехав из Испании, вариант с покушением на Франко он рассматривал как вполне логичный, сложности работы там понимал, и с необходимостью проверки не спорил. Мину он вмонтировал в пол под трибуной, вставил радиовзрыватель…

Назад, на спецдачу военной разведки, диверсанта везли люди из спецгруппы Заковского, и до дачи он не доехал.

В президиуме собрания посвященного празднованию двадцатилетия октябрьской революции, действительно собрались только сторонники новой власти.

— Косиор, Чубарь, Петровский, Якир, Гамарник, Егоров, Зеленский, Бауман, Агранов, Дубовой – перечислял Уншлихту выскочивший в коридор из зала Дагин.

— Как выйдет Федько, звони Лонгве – приказал шеф военной разведки. Лучшего шанса не будет.

Отчет начался…

После начала доклада Федько, Дагин набрал прямой номер начальника Управления связи РККА:

— Я на праздник персиков купил – сообщил он. Собираемся, как договорились.

Через десять минут мина сработала, Лонгва с узла военной связи дал радиосигнал на подрыв. Салнынь был отличным специалистом – невредимых в президиуме не осталось, а уже в первом ряду от взрыва не пострадал никто.

— Косиор, Гамарник, Егоров, Федько и Агранов – погибли. Чубарь, Якир, Петровский, Зеленский, Бауман и Дубовой – ранены, некоторые тяжело. Сейчас их перевяжут и увезут в госпиталь – доложил после взрыва в фойе Жданову и Буденному первые результаты Заковский. Пора начинать.

— Начинаем – согласился Андрей Андреевич, и пошел к выходу.

Жданов немедленно овладел ситуацией, ведь отличие от растерянных и лишенных лидеров сторонников Косиора, он уже начал драку. Но оправиться противники должны были быстро, и заговорщики действовали решительно.

Прямо из театра, всех членов Политбюро, Совнаркома и руководства ЦИК охрана увезла в Кремль. На становящееся традиционным инструментом передачи власти расширенное заседание. От армии присутствовал единственный оставшийся в стране маршал и старший по должности в наркомате Буденный, от НКВД замнаркома Заковский.

На заседании Жданов уверенно занял председательствующее место. Оспорить его действия оказалось некому, большинство оставшихся членов и кандидатов Политбюро принадлежали к заговорщикам. Литвинов, Рудзутак и несориентировавшийся вовремя в обстановке Эйхе были, естественно, против. Но, сделав ставку на Косиора, теперь, после смерти и ранения практически всей верхушки их группы, они не имели кандидатов в вожди и поддержки среди присутствующих. А других "косиоровцев" в кремлевском зале не было. Часть возможных преемников сейчас оперировали в госпитале, часть – остывала в спецморге.