Чтение онлайн

Он снова взял телефон. На этот раз его пальцы не дрожали.

«Я в аэропорту. Вылетаю через час. Мне все равно, хочешь ты меня видеть или нет. Я буду под твоими окнами всю ночь, если понадобится. Нам нужно поговорить.»

Он отправил сообщение и тут же позвонил пилоту, чтобы подготовить самолет. Дела, встречи, контракты — все это могло подождать. Сейчас для него существовало только одно — добраться до нее. Объяснить. Попросить прощения. Сделать все, что угодно, лишь бы вернуть ее.

Алиса, сидя на кухне, увидела сообщение. Сердце заколотилось с новой силой. Она прочитала его раз, потом еще раз. «Мне все равно, хочешь ты меня видеть или нет». Это было не извинение. Это было заявление. Требование. И в нем была та самая решимость, которая так привлекала ее в нем с самого начала.

Она не ответила. Но встала, подошла к зеркалу и посмотрела на свое отражение — уставшее, с темными кругами под глазами, но с искоркой надежды, которая снова зажглась в глубине души.

Она не знала, что будет, когда он приедет. Не знала, смогут ли они все исправить. Но она знала одно — она хочет дать им этот шанс. Потому что то, что они имели, стоило того, чтобы бороться. Даже если это будет больно. Даже если это будет сложно.

Она налила себе свежего чая и села у окна, глядя на темную улицу.

Глава 30. Примирение

Полночь. Алиса сидела у окна в темноте, прислушиваясь к каждому звуку на улице. Чай в ее кружке давно остыл, но она не замечала этого. Все ее существо было напряжено в ожидании. Сообщение Марка висело в телефоне как приговор — или как обещание. Она все еще злилась на него, все еще чувствовала боль от его слов, но под этим всем жила глупая, упрямая надежда.

Такси остановилось у ее дома ровно в половине первого. Из машины вышел Марк — без чемодана, в том же костюме, в котором, вероятно, был в офисе. Он посмотрел наверх, на ее освещенное окно, и его плечи напряглись. Алиса видела, как он глубоко вздохнул, прежде чем исчезнуть в подъезде.

Сердце заколотилось у нее в груди. Она встала, поправила свитер, потом волосы — бессмысленные движения, пытающиеся скрыть нервную дрожь.

Стук в дверь прозвучал тихо, но отозвался гулким эхом в ее душе. Она медленно подошла и открыла.

Он стоял на пороге — бледный, уставший, с тенью щетины на щеках. Его глаза, темные и глубокие, смотрели на нее с такой смесью надежды и страха, что у нее перехватило дыхание.

— Я... — он начал и замолчал, словно все заранее приготовленные слова вдруг показались ему неуместными.

— Заходи, — тихо сказала она, отступая.

Он вошел, и дверь закрылась. Они стояли в прихожей, в нескольких шагах друг от друга, и напряжение между ними было почти осязаемым.

— Я не знаю, с чего начать, — наконец проговорил он, его голос был хриплым от усталости. — «Прости» кажется таким... недостаточным.

— Попробуй, — сказала Алиса, скрестив руки на груди. Защитная поза.

— Прости, — выдохнул он. — Я был ослом. Эгоистичным, слепым, ревнивым ослом. Мои слова... то, что я сказал о своем мире... — он провел рукой по лицу. — Это была неправда. Самая большая неправда в моей жизни.

Он сделал шаг вперед, но она не отступила.

— Почему? — спросила она, и ее голос дрогнул. — Почему ты так сказал?

— Потому что я испугался, — признался он просто. — Испугался, что ты увидишь, насколько пустым и поверхностным является мой мир на самом деле. Что ты поймешь, что за деньгами и статусом скрывается человек, который забыл, как быть просто... человеком. И что ты предпочтешь ему кого-то вроде Юры — настоящего, творческого, свободного.

Алиса смотрела на него, и ее защитная стена начала давать трещины.

— Ты и есть настоящий, — тихо сказала она. — Когда позволяешь себе быть собой. А не тем, кем, как тебе кажется, ты должен быть.

— С тобой я хочу быть только собой, — он снова шагнул вперед, и теперь они стояли совсем близко. — Но это страшно, Алиса. Страшнее, чем любая бизнес-война. Потому что в бизнесе я знаю правила. А здесь... здесь я совершенно беззащитен.

Его рука медленно поднялась, и он коснулся ее щеки. Прикосновение было легким, почти невесомым, но оно пробудило в ней бурю эмоций.

— Я не хочу терять тебя, — прошептал он. — Я готов на все. Научиться доверять. Перестать контролировать. Знакомить тебя со своими друзьями, водить к себе домой... Все, что угодно. Просто... дай нам еще один шанс.

Слезы, которые она сдерживала все эти дни, наконец вырвались наружу. Они текли по ее лицу беззвучно, смывая остатки гнева и обиды.

— Я тоже была не права, — призналась она, ее голос прерывался. — Я знала, что ты ревнуешь, и дразнила тебя. Это было жестоко.

— Ты имеешь право дразнить меня, — он улыбнулся, и в его глазах появились знакомые искорки. — Это часть тебя. И я люблю каждую часть тебя. Даже ту, что сводит меня с ума.

Он обнял ее, и она прижалась к его груди, слушая стук его сердца. Оно билось так же быстро, как ее собственное.

— Я скучала по тебе, — прошептала она в его пиджак.

— Я умирал без тебя, — ответил он, целуя ее волосы. — Я хочу, чтобы ты стала частью моего мира, Алиса. Настоящей частью. Со всеми его сложностями и недостатками. И я хочу быть частью твоего мира. Со всеми твоими друзьями-художниками, переводами и острыми шутками.

— Это непросто, — предупредила она.

Когда они разомкнули объятия, в воздухе повисло новое напряжение — электрическое, плотное.

Его взгляд упал на ее губы, и она почувствовала, как по всему телу пробежали мурашки.

— Алиса... — его голос стал низким, хриплым.

Она ничего не сказала. Вместо этого она взяла его за руку и повела в спальню. Лунный свет серебрил края мебели, отбрасывая длинные тени на стены.

У кровати он остановил ее, повернул к себе и обнял. Она почувствовала, как в его груди сердце билось учащенно и громко.

— Я так по тебе скучал, — прошептал он, и его губы нашли ее губы.

Этот поцелуй был нежным, но полным нетерпения. Голодным. Его руки скользнули под ее свитер, коснулись горячей кожи спины. Она вскрикнула от неожиданности, ее пальцы впились в его волосы, притягивая ближе.

Они упали на кровать, не разрывая поцелуя. Дыхание сплелось в едином ритме.

Он покрывал ее лицо, шею, плечи поцелуями. Его руки исследовали каждую линию ее тела с благоговением, которое заставляло ее трепетать.

— Ты так прекрасна, — прошептал он, глядя на нее в лунном свете. — Я не могу поверить, что почти потерял тебя.

— Не теряй, — просто сказала она, притягивая его к себе.

Когда он вошел в нее, они оба замерли на мгновение, глядя друг другу в глаза.

Она чувствовала, как нарастает напряжение, волна за волной, пока все ее тело не содрогнулось в мощном оргазме. Его имя сорвалось с ее губ, когда она достигла пика. Через мгновение он последовал за ней, его собственный стон заглушился в ее шее.