Чтение онлайн

Я застыл, прижавшись щекой к ребристой плоскости и стараясь даже не дышать. Прошла, наверное, минута, прежде чем источник звука показался в поле зрения. И увидев его, я с трудом сдержался, чтоб не присвистнуть.

По коридору неспешно шел геллхаунд. Но не обычный, а… черт побери…

Бронированный.

Массивный нагрудный щиток, шипованные наплечники, череп тоже скрыт в металле. Правая глазница светится тревожным светом оптического сенсора. Ух ты ж мать твою… Это уже не просто собака-убийца. Это боевая платформа, заточенная под патрулирование и штурм. Видать, Эдем знал, что охранять.

Я задержал дыхание. Надеюсь, у него нет каких-нибудь детекторов биомассы или чего подобного, иначе… Но нет, пронесло. Пес прошел не поднимая головы. Только чуть задержался на секунду, будто понюхал воздух. Потом продолжил путь, практически бесшумно растворяясь в полумраке.

Так. Кажется, здесь мы спускаться не будем.

Я выдохнул сквозь зубы:

— Ну и не очень-то и хотелось, — полежал немного, дожидаясь, чтобы бронированный страж убрался подальше и снова пополз.

Прошло еще минут пять. Или десять. Или вечность. Я потерял счёт времени, и как раз когда собрался мысленно выругать Симбу за молчание, тот вдруг нарисовался у меня в голове.

— Обнаружено совпадение. Вентиляционная шахта идентифицирована.

— Что, нашел схему? — прошептал я. Мог бы и просто «громко подумать». но так было проще. Звуки собственного голоса хоть немного снижали тревожность.

— Ответ утвердительный. Есть возможность выхода непосредственно в инженерный блок уровня.

Я слегка улыбнулся.

— Ну, наконец-то хорошие новости. Веди, железяка. Ты не представляешь себе, как я хочу выбраться отсюда…

— Я не могу действовать на уровне абстракций. Только анализ и прогноз, основанный на поступающих данных.

Я даже завис на секунду, пока не понял, что это он к моему «даже не представляешь» прицепился. Тьфу, блин!

— Да я и не надеялся, — буркнул я. — Но спасибо, что подтвердил мои ожидания.

В углу интерфейса возникла схема. Я присмотрелся, сверился… Угу, годится. Не так много осталось. Всего-то метров двести. Твою мать, как же я ненавижу эту металлическую кишку! Ладно, поехали. Раньше сядем — раньше выйдем. Ну, то есть раньше начнем движение — раньше выберемся.

Я помассировал затекшгую шею и продолжил движение вперед — теперь чуть быстрее и бодрее, предвкушая, как скоро, наконец-то, разогнусь и выпрямлюсь.

Если нигде не застряну по дороге.

К моему удивлению, вентиляционный люк над инженерным блоком оказался не заварен, не залит эпоксидкой и даже не охранялся парой геллхаундов. Все, что отделяло меня от помещения внизу — четыре винта, удерживающие решетку. Я достал нож, аккуратно вставил в паз, повернул. Один… второй… металл скрипел, но пока держался. Третий — с натяжкой. Четвертый пришлось надломить — шляпку срезало, но решетка все равно поддалась. Я придержал ее одной рукой, снял и медленно положил в трубу тоннеля.

Внизу было тихо.

Я прислушался, присмотрелся — никого. Ладно. Пойдем посмотрим на этот их инженерный блок…

Спустив ноги в люк, я мягко опустился, повис. на руках и, повисев секунду, спрыгнул. Пол мягко ткнулся в ноги, я замер на полусогнутых, сжимая в руке топор, быстро огляделся…

Помещение оказалось меньше, чем я ожидал. Клетушка четыре на пять метров, практически полностью забитая оборудованием. У одной стены — стойка с размеренно гудящими серверами, у второй — длинный стол с двумя мониторами, заливающими помещение мертвенно-бледным светом. Рядом — кресло на колесиках, наполовину выкаченное из-за стола. Приглядевшись, я напрягся.

Здесь кто-то был. Совсем недавно. И этот кто-то явно был человеком.

На столе стояла кружка. Не армейская фляга, не тюбик с протеиновым гелем, а самая обычная, фарфоровая кружка с отбитыми краями. Внутри — засохший пакетик чая.

Рядом — пепельница, полная пожелтевших окурков. Рыжий ежик, топырящийся фильтрами-иголками во все стороны. Кто-то провел здесь немало времени… Я провел взглядом вдоль стола, перевел его на серверы — и вздрогнул.

Вплотную у стены, полускрытый за серверной стойкой, лежал человек. Лицом вниз, правая рука вытянута вперед, левая подогнута под тело. Серый форменный комбинезон. На поясе — ремень с кучей подсумков и креплений. Все заляпано темным.

Я шагнул ближе, осторожно, присмотрелся. Труп был достаточно свежим, и даже еще не успел как следует начать разлагаться, в противном случае я бы тут даже находиться не смог. Да, здесь, как и. в любой уважающей себя серверной, работали кондиционеры, воздух достаточно свежий, и температура для тела была, скажем так, благоприятной. Тем не менее, даже с поправкой на все эти факторы, я бы дал телу не больше трех суток. В целом — ничего выдающегося, я уже знал, что здесь все еще есть выжившие, и почему бы какому-нибудь психу не влдезть на станцию Эдема в надежде поживиться чем-нибудь интересным? Вот только был один нюанс. До этого момента ни трупы, ни выжившие в подобной одежде мне не встречались.

Через всю спину по форменной куртке шла желтая надпись. И хотя оплавленная дыра в спине инженера (а кто бы это еще мог быть?), перекрывала две буквы, слово, которое начинается на «Г», а заканчивается на «ТЕК» я угадаю с первой попытки.

ГенТек.

Интересно, интересно…

Получается, у нас тут инженер, работающий на корпорацию, создавшую Эдем. На станции, принадлежащей Эдему. То есть… Так, стоп!

До недавнего момента я считал, что Эдем — нейросеть, суперкомпьютер, искусственный интеллект, назвать можно, как угодно, — функционирует в автономном режиме. Что выжившие — полуодичавшие горе-сталкеры, прячущиеся по руинам. Или мутанты с двумя головами и тремя руками. Что не осталось никакой власти, иерархии и структуры. А здесь у нас человек, который до недавних пор работал на корпорацию. Можно, конечно, допустить, что это случайный бедолага просто прибарахлился, но…

Я в это не верю.

Чем дальше — тем интереснее. Очень много я бы дал, чтобы поговорить с этим товарищем. Но, к сожалению (или к счастью), способностями медиума я не обладаю совершенно точно. И разговорить мертвеца уже не получится.

Хм. Или…

Я присел над телом и аккуратно принялся досматривать подсумки. М-м-м, интересно. Мультитул, какие-то хитрые пассатижи, как для обжимки проводов, инженерный планшет — такой же безнадежно мертвый, как и его хозяин, личный коммуникатор — оплавившийся и превратившийся в бесполезный кусок металла, стекла и пластика… Это чем же этого бедолагу приложили? Нет, ничего, пусто.

Я бросил взгляд на вытянутую руку трупа, проследил в направлении, в котором она была обращена… И сделал над телом стойку, как археолог над тушей вымершего ящера.

В углу тускло поблескивал металлом шар инфодампа.

Видимо, перед смертью инженер как раз что-то записывал. В него выстрелили, он упал, шар выпал из руки и покатился к стене. А те, кто убили бедолагу, либо не обратили на это внимания…

Либо для них это не имело никакого значения.

Я медленно поднялся, сделал два шага к стене и поднял шар. Внимательно посмотрел на него, зачем-то протер об одежду, и, вернувшись к столу, уселся в кресло.