Контур забвения
Шрифт:
Сборщик рванулся за мной — неуклюже, тяжело, но чертовски быстро для такой махины. Металлический пол под ним скрежетал, клешни с гудением рассекали воздух.
Я отскочил за балку, а в следующий миг пила сорвалась с манипулятора, пронеслась мимо и врезалась в бетонный пилон, прорезав его, как пенопласт. Осколки взвились пылью.
— Серьёзно?! — выдохнул я. — Ты вообще инструктаж по технике безопасности проходил?!
Робот не ответил.
Балку, за которой я прятался, согнуло от мощного удара, я отскочил, чудом разминулся с огромной клешней, крутнулся в сторону…
Слева раздался глухой гул. Я дернулся — и вовремя.
Горелка, которая до этого тлела дежурным огоньком, вспыхнула, как огнемет. Сноп пламени прошел в сантиметрах от головы. Воздух на мгновение стал стеклянным, щеку рвануло болью. За спиной шипело — горелка расплавила поручень, и раскаленный металл со свистящим звуком капал на пол.
Я прыгнул в сторону, перекатился и вскинул деструктор. Давай-ка, дружок, сделай шажок…
Робот оказался в рассчетной точке, и я выстрелил.
Стрела грузового крана под потолком потеряла опору и тяжело рухнула прямо на, мать его, рециклера. Робот качнулся, зашатался и упал на колено. Ага, ну что, сука, нравится?
Но радоваться было рано.
Одним движением отбросив стрелу крана, весившую не меньше тонны, рециклер прыгнул вперед разьяренным буйволом. Я снова покатился в сторону, уходя от удара. Силища у него колоссальная… Пока что меня спасало лишь то, что я был быстрее… И, пожалуй что умнее. Хоть пока никак это и не проявил. В целом, если бы он не загораживал мне путь к лифту, я бы, наверное, смог бы рискнуть…
Рев, вой сервоприводов — и мне пришлось уворачиваться от запущенного в меня контейнера. Я выстрелил несколько раз, но все так же безрезультатно, только запас деструктора потратил. Твою мать, да как этот шагающий танк вообще остановить?
Танк?
Я длинно и заковыристо выругался, костеря себя, на чем свет стоит, и рванул клапан подсумка. Цилиндр плазменной гранаты лег в ладонь убтено и привычно, как будто я такие уже сотни раз в руках держал. А может и держал, кто его знает? Крутнув кольцо замедлителя, я снова покатился по полу, уходя от атаки и едва не потеряв деструктор, отскочил в сторону, примерился, и катнул гранату прямо под ноги роботу.
— Ложись! — рявкнулд вдруг Симба, да так, что я исполнил команду на одних лишь рефлексах. Идеально, лицом в пол, ногами к вспвышке, все, как учили. Позади грохнуло.
Яркий свет ударил по глазам, ослепляя даже сквозь крепко сжатые веки. Позади послышался вой и скрежет, как будто стадо бронированных тиранозавтров играло в футбол гигантской жестяной банкой. Перекатившись, я вскочил на ноги и посмотрел на робота.
Рециклер лежал на спине, безрезультатно пытаясь подняться. Взрывом ему оторвало одну ногу и пару верхних конечностей, но мозг механической твари был еще жив.
Впрочем, это мы постараемся исправить.
Подбежав к роботу, я поднырнул под взметнувшимся манипулятором, вспрыгнул на туловище, и в три шага оказался у полупрозрасного купола сенсорной маски. Вскинул деструктор, намереваясь поставить жирную точку в этом акте, и обмер.
За полупрозрачным стеклом виднелось лицо. Человеческое.
Мужчина, средних лет, обритый наголо. В глазах — боль и ужас. Из висков, змеясь, тянутся куда-то вглубь механизма толстые кабели. Рот искривлен в немом крике.
— Твою ж мать… — выдохнул я, на миг забыв где я нахожусь и что собираюсь делать.
Наши взгляды встретились, и губы мужчины шевельнулись. Раз, другой…
«Добей».
Дерьмо!
Вжав приклад деструктора в плечо, я тщательно прицелился и утопил спуск. Стекло сенсорной маски лопнуло, пропуская внутрь сгусток энергии, робот дернулся и затих.
Робот… Да не, не робот. Машина, управляемая человеком.
Охренеть можно.
Рециклер затих окончательно. Пилы остановились, горелка потухла, манипуляторы обвисли, будто лапы дохлого паука. Под заляпанным кровю и мозгами стеклом виднелось человеческое лицо. Ну, то, что от него осталось после выстрела из деструктора. Я медленно опустил оружие.
— Симба… — хрипло проговорил я. — Это… Это что, человек?
— Ответ утвердительный. Основа рециклера — человеческий мозг. Контроль, вероятно, обеспечивался посредством нейрошунтов и внешнего управляющего массива.
— То есть он всё это время был жив?!
— Нет. — Голос Симбы оставался бесстрастным. Как и положено голосу цифрового помощника. — Фактически, этот человек был мертв еще до вашего выстрела. Жизненные функции поддерживались на минимальном уровне для обеспечения связи с управляющим контуром, когнитивная деятельность подавлена. По сути, это был не более, чем интерфейс.
— Интерфейс… — я произнес это слово, будто выплюнул. — Ну, спасибо, родной. Теперь мне определенно стало легче.
Я вздохнул.
— Какому больному ублюдку вообще пришло в голову этим заниматься? Вживлять людей в механизмы?
— Это стандартная практика в условиях нехватки специализированных ИИ-матриц. Человеческий мозг способен адаптироваться к управлению сложными системами при минимальных ресурсах. Внедрение цифровых процессоров позволяет использовать его, как поддерживающий биоконтур.
— То есть — живой процессор?
— Утверждениме корректно.
Я промолчал.
Не знаю, что именно меня потрясло больше — сама идея или то, с какой спокойной уверенностью Симба это объяснял.
Стандартная практика. Нормально. В порядке вещей.
Охренеть у них тут порядок!
Я выдохнул, отступил от трупа — я теперь не мог воспринимать рециклера, как робота, и обвел взглядом цех. Все вокруг — манипуляторы, конвейеры, консоли — продолжало шуметь, мигать, двигаться. Машина без оператора, но с заданной программой.
«Цель достигнута. Путь к ядру свободен», — напомнил Симба.
— Очень этому рад, — пробурчал я.
Сев на пол, я снял рюкзак, достал флягу, открутил пробку и сделал большой глоток. Спирт обжег слизистые, чтобы через секунду пройти теплой волной по пищеводу.
Я посмотрел на лифтовую шахту и вздохнул.
Сейчас — вниз. Туда, где на техническом этаже находится инкапсулированное резервное ядро Эдема. Мне предстоит пробудить его и синхронизировать, чтобы станция перешла под контроль искусственного интеллекта, нейросети, основная задача которой — спасти человечество.
Вот только все, что я видел до сих пор, говорило о том, что решение для этой задачи цифровая хреновина нашла… Несколько необычное.
Так стоит ли ей помогать?
Я сделал еще глоток, убрал флягу в рюкзак и невесело усмехнулся.