Чтение онлайн

Спустя час после начала штурма под контролем Империума находилась уже половина города. А затем и внутренние космические доки были захвачены второй, куда более неожиданной волной десанта. Таким образом у легиона появились опорные пункты по всему периметру города.

И тогда пришел черед Терионской Когорты.

В ангар, обращенный к солнцу, с ревом плазменных двигателей влетел легкий десантный корабль, взметнув облако обломков, оставшийся после штурма доков. Корабль приземлился около разбитой топливной вышки, посадочные рампы с грохотом обрушились на залитую прометием поверхность и союзники Гвардии Ворона поспешили наружу. Четыре отряда людей–штурмовиков в полном снаряжении рассредоточились по ангару, занимая защитное построение.

Префектор Кай Валерий предпочитал командовать Когортой непосредственно на поле боя. Не успела последняя из абордажных команд покинуть корабль, как подошвы сапог префектора коснулись изувеченной палубы. Каждый раз, когда доверенные помощники не настаивали на том, чтобы префектор остался на орбите, он лично возглавлял первую волну.

Валерий остановился посреди палубы. Солдаты, вышедшие из его посадочного шаттла, ровными рядами выстроились вокруг своих командиров.

Большая часть посадочных площадок была завалена обломками вражеских пустотных кораблей. Повсюду валялись тела, большая часть которых была жестоко изувечена волкитными лучами. Едко пахло раскаленным металлом. Стены были покрыты дырами, и по каждой дыре можно было понять, какое оружие ее проделало — выстрелы мельта–пушек оставляли потоки расплавленного металла, лаз–пушки пробивали изящные мелкие дырочки, окруженные следами углеродных вспышек. Там, куда угодили маленькие пылающие солнца, выпущенные плазма–пушками, зияли круглые отверстия, а в тех местах, где плазма прошлась потоком, оставались длинные борозды.

В ангар ворвался второй посадочный шаттл. Он пролетел над заваленной обломками посадочной площадкой и осторожно опустился на вывороченные отбойные щитки и кучу искрящихся кабелей, взметнув облако обрывков изоляционного волокна и лоскутов утеплителя.

Вдоль всего ангара тянулась обзорная площадка, предназначенная для наблюдения за скоростным режимом. Ее окна начинались от выхода в космос и продолжались до самой внутренней стены. Защитные заслонки на некоторых окнах были опущены, на других подняты. За стеклом, покрытым трещинами от выстрелов, двигались огромные бронированные фигуры. Интерьеры служебных помещений были рассчитаны на людей, и темные силуэты на их фоне казались еще крупнее. Пара окон была выбита, на стенах вокруг осела гарь.

— Милонтий! — крикнул Кай своему слуге. — За мной!

— Да, префектор! — по посадочной рампе сбежал невысокий мужчина. Он был одет в униформу офицера, но без единого знака различий. Он нес на плече два лазгана, а на правой руке у него висел большой мешок с пожитками префектора.

— Легион ждет нас. Вот–вот придут приказы для Когорты. Ты идешь со мной.

— Да, префектор, — ответил Милонтий и поспешил следом за префектом по покореженному палубному покрытию.

У открытых дверей на часах стоял одинокий легионер. Он жестом велел Каю и Милонтию зайти внутрь. За дверями оказалась лестница, ведущая вверх, на наблюдательную площадку.

Наблюдательная палуба оказалась повреждена гораздо сильнее, чем казалось снаружи. Половина люменов была разбита, полумертвое оборудование отхаркивало последние искры, а на полу лежал убитый легионер — ворот его доспеха и нагрудник был вскрыт редуктором. Его броня была густо истыкана иглами, но за потерю этого Гвардейца Ворона дюжина каринейцев заплатила жизнью. Большинство уничтожили фраг–гранаты, остальных настигли болт–снаряды, и их тела валялись вокруг, раскинув тощие руки, раскрыв рты и широко распахнув глаза. Взрывная волна уничтожила и большую часть техники, и здесь, на палубе, к запаху раскаленного металла примешивался болезненный запах разорванных кишок и высыхающей крови. Кай закашлялся в кулак. Он бы с радостью натянул ребризер, но ему не хотелось показывать слабость на глазах у собственных людей, поэтому он просто осторожно задышал через рот.

В служебном помещении находилось трое легионеров, и несмотря на то, что палуба была достаточно просторной, они то и дело задевали столы и оборудование для наблюдений. Пространство, в котором обитали каринейцы, имело странные пропорции, высокое, но узкое, и зазоры между пультами управления были небольшими. При каждом движении доспехи космических десантников обо что–то ударялись.

— Капитан, — обратился Кай к их командиру.

— Вы — представитель префектора? — спросил тот.

Кай не узнал его голоса. Капитаны приходили, сражались, умирали, и на их место приходили другие, к тому же в легионе их было много.

— Я — префектор, — ответил Кай, расправляя плечи. Учитывая схожесть иерархий легиона и Когорты, он был старше по званию, чем этот легионер.

— Прошу прощения, — ответил капитан. Так и не представившись, он сразу перешел к инструкциям:

— Теперь, когда вы прибыли, моя рота может идти вперед. — начал он, и Каю подумалось, что капитан, должно быть, получил свою должность совсем недавно. Иначе бы он не позволял себе говорить с префектором таким тоном.

— В течение тридцати шести минут прибудут первые гражданские, эвакуированные из района девять–ноль–три, — сообщил капитан. — В том секторе идут тяжелые бои.

У того сектора наверняка было местное название. Все планеты, города и базы, захваченные за время Великого Крестового похода, имели собственные имена. У терранских войск не было времени учить их все. Имперские владения разрастались так быстро, что порядковых номеров было достаточно.

— На нижних этажах находятся складские помещения. Я рекомендую использовать их для размещения гражданского населения, пока бои продолжаются. Этот ангар и боковые хранилища расположены отдельно от остальных. Здесь только одни погрузочные ворота, и удерживать гражданских внутри достаточно легко. Необходимо составить список, чтобы отсеять чиновников, военных и всех, у кого есть хоть какое–то влияние. Подготовьте периметр и затем начинайте проверку документов у беженцев.

Эти слова окончательно уверили префектора в правильности догадки. Капитан был новичком. Каю было семьдесят лет, и он уже много раз выполнял эти процедуры. Некстати вспомнились терионские поговорки об уважении к старшим, и отборнейшие ругательства.

— Я знаю, как это делается, капитан.

— Конечно, — уловив раздражение Кая, капитан изменил тон. — Я уверен, что вы справитесь.

— Безусловно. Как много человек должно прибыть сюда? Сколько еды и воды мне приготовить?

— Несколько тысяч, я думаю. Здесь неподалеку есть резервуар с водой, а вот еды им придется подождать. С помощью примарха эта битва окончится быстро, и они смогут вернуться домой. Скажите им об этом.

— Сердца и разумы, — кивнул Кай.

— Мы завоюем и то, и другое, — согласился капитан. — Минимальные потери. Хорошее обращение с пленниками.

Каю показалось, что он напоминает об этом самому себе.

— Где примарх? — спросил префектор.

— Ты давно его знаешь? — вопросом на вопрос ответил капитан.

— С тех пор, как Терионская Когорта встала под его знамена. Да, давно.

«Куда дольше, чем ты», добавил про себя префектор.

— Тогда тебе не нужно спрашивать. Он там, где и всегда. На охоте.

Коракс уходил все дальше в город. Он держался впереди собственной армии, нырял из тени в тень, проносился мимо охранных систем, отключая те, от которых не удавалось спрятаться.

Человеческие глаза было легко обмануть. Среди множества чудесных способностей, которыми Император наградил Коракса, был и дар отводить глаза. Некая врожденная способность, психическая, как считал сам примарх, скрывала его присутствие от разумов людей и многих видов ксеносов. Стоило ему сконцентрироваться, и он исчезал с чужих глаз, пока не становился полностью невидимым. Он обнаружил в себе эту силу еще в ранней юности, в лабиринтах тюрем Ликея. Поначалу ему было сложно удерживать концентрацию, но со временем получалось все лучше и лучше. А теперь он мог пользоваться своим даром, чтобы убивать ничего не подозревающих врагов. Они не видели его даже тогда, когда он оказывался у них прямо перед глазами и разрывал их на части.