Чтение онлайн

– А теперь поговорим с тобой,- Храбрый Ерш остановился у прозрачной стены.

Все смотрели удивленно: насколько решительный и неустрашимый вид был у Храброго Ерша, настолько растеряннным и испуганным казался владыка. Он чуть слышно проборнмотал:

– О чем... поговорим?

– О многом! Прежде всего о притеснениях в твоих вландениях.

– Я... никого не притеснял! Клянусь!
– заголосило чундище, дрожа тремя хвостами.

И странное дело: глядя на это трясущееся существо, нинкто уже не испытывал не только страха, но даже почтения, которое ранее внушал своими размерами и грозным видом владыка. Всем было противно и тяжело.

– Да, сап ты, возможно, и не притеснял никого,- сказал Храбрый Ерш,но по твоим приказам подчиненные угнетали и обижали жителей подземелья, чинили произвол в Коралнловом городе.

– Я ничего не знаю!
– завопил владыка.- Я не приказывал! Это делал Лупибей. Я только искал высшую справедливость...

– Знаем мы твою справедливость,- сказала Смешинка.

– Будем тебя судить!
– решил Храбрый Ерш.

– II еще один вопрос,- выступил вперед Капелька.- По твоему приказу меня похитили у родного отца, - он указал на Каппу пруда Тарусава, - и опоили ядовитым зельем. Сканжи, зачем ты это сделал?

Великий Треххвост долго молчал.

– Я не верил Лупибею, - наконец выдавил он.
– Мне нунжен был верный помощник, который служил бы не за страх, а за совесть... Поэтому я назвал тебя своим сыном.

– А почему меня? Почему не какого-нибудь Ерша или Палтуса?

– Потому что Ерш или Палтус имеют слишком обычный вид. Никто из жителей моря не поверил бы в их царское пронисхождение. О твоей тайне не знал никто.

– Кроме Лупибея?
– вмешался Звездочет-Клоун.
– Конторый знал также и твою тайну...

– Нет, нет!
– испуганно забормотал владыка.
– У меня нет никакой тайны... Я весь на виду!

– Тогда выйди из-за прозрачной стены.

– Не могу!

– Почему?

– Мне... вредно быть в обычной воде, сюда подают чистую воду подземных родников.

– Неправда!
– гневно прервал его Звездочет-Клоун.- Ты...

Но тут под ликующие крики толпы появились носильщики Бентозавры. Они медленно несли какой-то мешок, и хотя меншок был очень большим, казалось, что носильщикам совсем не тяжело.

– Сокровище! Главное сокровище Великого Треххвонста!
– кричали сопровождающие их убиральщики Топырщики, мусорщики Бобыри, поварята Ошибни.

Мешок водрузили посреди зала, и один из Бентозавров стал рассказывать:

– Однажды глубокой ночью нас поднял Лупибей и принказал перенести этот мешок от ворот замка в самый глубокий и тайный грот, а потом завалить его камнями. "И если кто из вас проговорится о главном сокровище Великого Треххвоста,- пригрозил Лупибей, когда мы закончили работу,- мои Лапншевники сразу же узнают, и тогда всех Бентозавров я отправнлю в морские пещеры!" Мы молчали до сегодняшнего дня. Но теперь нет над нами ни Спрутов, ни власти Великого Треххвоста. Девочка Смешинка и ее друзья принесли нам желаннную свободу. И мы дарим это сокровище нашим избавителям.

– Правильно! Правильно!
– закричали вокруг.
– Нет,- раздался вдруг голос, и все замолчали. Это говонрил Звездочет-Клоун.- Нет, друзья! Свободу вы завоевали санми. Это сокровище принадлежит вам по праву.

Среди присутствующих начался спор. Одни говорили, что нужно отдать мешок Смешинке и ее друзьям, другие предлангали разделить его содержимое поровну между всеми жителя

слушаться... А потом и мне захотелось командовать. Лупибей страшно злился. Только он ничего не мог поделать. Если бы разоблачил меня, то и его никто не стал бы слушаться. Вот он и терпел... До сегодняшнего дня.

– Но как ты, Звездочет-Клоун, узнал о тайне Великого Трех... тьфу! Этого прохвоста?
– удивился Храбрый Ерш.- Ведь все видели его - и не догадывались...

Звездочет-Клоун улыбнулся.

– Я очень внимательно рассматривал Великого Треххвонста и меня удивило его сходство с обыкновенной Свистулькой. Потом я увидел на его обеденном столе гигантскую недоеденнную креветку и спросил повара Тунца, есть ли на кухне больншие креветки. Он сказал, что нет и не было. Владыка ел обыкнновенные, даже мелкие креветки. Итак, сказал я себе, на столе рядом с Великим Треххвостом тоже лежала мелкая креветка, но казалась гигантской, значит, и сам владыка только казалнся, но не был таким громадным. И тогда я понял, что увелинчивает его прозрачная выпуклая стена.

– Почему же ты нам не сказал ничего?
– спросила Сменшинка.

– Если бы я высказал тогда свою догадку, Лапшевники тотчас донесли бы Лупибею и он моментально уничтожил бы меня, чтобы скрыть тайну. Я не открыл ее даже Сабире. Минлая, самоотверженная Сабира! Ты спасла меня от смерти, а сама погибла...

– Я жива!
– послышался тоненький голосок.
– Я жива! Я жива! словно эхо раздавалось с разных сторон.

Все расступились и увидели, что из лучей выросло ненсколько Звезд разного цвета.

– Вот это да! А где же среди вас моя подруга, та, единнственная Сабира? '

– Я! Я! Я!
– закричали одновременно все Звезды.- Я та самая, единственная Сабира. Я твоя подруга.

– Здорово!
– обрадовался мудрец.- Теперь у меня ненсколько подруг вместо одной. А что будем делать со Свиснтулькой?

– Судить ее!
– закричали все вокруг.

– Не нужно меня судить!
– взвизгнула Свистулька.- Я буду вам служить... Я никогда не буду делать зла!

– Потому что не сможешь,- сказал Звездочет-Клоун. А Храбрый Ерш веско добавил:

– И не позволим!

ПРОЩАНИЕ

Вот и пришло время Смешинке, Капельке и его отцу Каппе пруда Тарусава расставаться с Коралловым городом. Вместе с ними отправлялся старый аист Остроклюв. Да, да. Остронклюв, который наконец принял свой облик и перестал превранщаться то в Мичмана-в-отставке, то в Звездочета-Клоуна - таких диковинных непонятных существ.

– Почему ты не хотел быть самим собой?
– спросила его Смешинка.

– Если бы я был самим собой в этом царстве насилия, то нашел бы верную гибель. Меня, признаться, смерть не страншила, но я не мог допустить, чтобы погибла ты, Смешинка:

ведь мы должны были вернуть радость людям и помочь жителям Кораллового города.

– Но как ты переставал быть самим собой?

– С помощью волшебного "галстука гостя". Капелька сказал, что я, имея его, могу по своему желанию принимать любой облик. Вот я этим и воспользовался.

А в это время морские жители высыпали на улицы города провожать своих избавителей. Так же, как и в первый приезд Смешинки, здесь гремела музыка, били барабаны. Но теперь это была радостная музыка. И жители весело улыбались и громко смеялись своим собственным смехом - их научила этому Смешинка.