Чтение онлайн

— Люблю. И я хотел уехать подальше от замка. Спруты, как только находят Морское Ухо, так бьют в ухо. И вообще, они очень не любят нас, потому что мы разоблачаем их козни.

— Ну хорошо, оставайся. Ты хочешь что-то сказать?

— Да. За нами гонится Лупибей. Беглецы онемели.

— На чем он гонится? И Далеко ли?

— Он едет в громадной карете из раковины Тридакна. Вместе с ним еще пять Спрутов. В упряжке самые быстрые Меч-рыбы. Сейчас я послушаю еще и скажу, Далеко ли погоня.

Наступила тишина. Потом Морское Ухо сказало:

— Они остановились над «заболтанными» Медузами. Лупибей ругает медуз, но те не шевелятся… Вот он снова сел в карету, крикнул «Вперед!». Меч-рыбы со страшной скоростью мчатся за нами.

Беглецы переглянулись.

— Если нас задержат Крабы или Акулы… — проговорил Звездочет-Клоун. — А вот уже и поселок дозорных раков Альфеусов!

— Возьмите, возьмите кто-нибудь меня в рот, иначе я навсегда перестану слышать! — закричало Морское Ухо. — Скорее!

Звездочет-Клоун раскрыл рот — Морского Уха как не бывало. В это время первый рак, увидевший, что на Крылатках только знак советчика, поднял вверх толстую уродливую клешню и сильно щелкнул ею. Гулкий звук пронесся над морским дном. И тотчас множество Альфеусов выскочило из укрытий и защелкало своими клешнями. Казалось, тысячи камней оглушительно стучат друг о друга. В ушах у беглецов зазвенело и загудело.

Из-за угрюмых скал, быстро работая клешнями, стали подниматься Крабы-Стригуны. Они всплывали один за другим на равном расстоянии, словно привязанные, и образовали сплошную завесу, усеянную острыми клешнями, готовыми схватить каждого, кто попытается проникнуть сквозь нее.

— Откуда они взялись? — закричала Смешинка. — Ведь их не было, когда мы ехали в замок!

— Завеса поднимается только по сигналу раков Альфеусов, — объяснил Звездочет-Клоун. — А тогда Альфеусы молчали…

По дну к завесе ползли другие Крабы, надеясь поживиться тем, кто упадет на дно, сраженный острыми клешнями Стригунов.

Крылатки, подгоняемые Храбрым Ершом, смело мчались к завесе. Уже совсем близко смертоносные цепкие клешни, ясно видны красноватые неподвижные глаза Стригунов. Еще немного, еще…

Но вот Крылатки круто повернули перед самой завесой, и Храбрый Ерш, приподнявшись, швырнул прямо в Крабов мягкий комок, что подарили Смешинке в подземелье. Он был такой крошечный, этот комочек, по сравнению с необозримой Завесой, что беглецы слабо верили, будто он принесет какую-то пользу.

Ближайший Стригун быстро схватил комочек, который сразу же расплылся в темное облачко, и Краб беспомощно забарахтался в нем. На выручку ему бросились другие — в Крабовой Завесе не должно быть ни малейшей бреши. Но и они, попав в тонкую, едва заметную глазу сеть, немедленно запутывались клешнями и ногами. Биссусная пить оказалась необычайно прочной. Все новые и новые пленники попадали в сеть — под их тяжестью она стала постепенно опускаться на дно, захватывая с собой и тех, кто всплывал снизу на помощь попавшим в беду.

И вот перед беглецами снова чистая вода! А внизу на скалах шевелилась гора запутавшихся в сети Крабов, и каждый спешивший на помощь вояка оставался здесь. О том, чтобы задержать карету, никто и не помышлял: не до того было…

Звездочет-Клоун открыл рот и выпустил Морское Ухо.

— Теперь слушай, — сказал он.

— Лупибей находится в полосе чернил, — сообщило Морское Ухо. — Он уже догадался, в чем дело, и изо всех сил понукает свою упряжку. Вот он выбрался на чистую воду… Он совсем недалеко. Я слышу, как режут воду своими рылами Меч-рыбы.

— Даже если нас Акулы не задержат, то скоро настигнет Лупибей, — грустно сказала Смешинка.

— Тогда постараемся, чтобы Акулы задержали нас, — глубокомысленно заметил Звездочет-Клоун, поглядывая на губку, которую держала в руке девочка. Та удивилась:

— Зачем?

Но мудрец не ответил на ее вопрос:

— Как тебе сказали, в этой губке собраны запахи всех кушаний. Смешинка, смотри на меня: как только я махну тебе первый раз — ты чуть стисни губку, во второй раз — вполсилы, а в третий — дави что есть силы!

Акулы кровожадно зарычали, заметив, что на упряжке нет пропуска Великого Треххвоста. И Крылатки разом остановились перед их сердитыми мордами.

— Как смеете вы путешествовать без пропуска? — рявкнула Тигровая Акула, оскалив зубы. А лицемерный Морской Ангел вздохнул:

— Придется прервать вашу приятную прогулку…

— Пожалуйста, не задерживайте нас, — попросил Звездочет-Клоун плаксивым жалобным голосом. — За нами гонится Лупибей…

— Что он говорит! — загудели Акулы. — За ними гонится начальник стражи? Да мы просто обязаны задержать вас!

— Что ты наделал? — шепнула Сабира. — Пусть бы мы лучше погибли в их зубах, чем под пытками Лупибея…

Но Звездочет-Клоун тихонько погладил ее, успокаивая.

— О несчастные! — вперед пробилась Китовая Акула. — Вы посмели убежать от Лупибея?

— А что же нам было делать? — жалобно спросил мудрец. При этом он подал незаметно сигнал, и Смешинка послушно сдавила губку. Акулы сразу же заволновались.

— Какие запахи! Откуда эти чудесные запахи?

— Что нам оставалось делать? — повторил Звездочет-Клоун. — Если мы не убежим от Лупибея, то погибнем.

— Ага! Погибнете!

— Мы просто лопнем, — Звездочет-Клоун икнул. — Мы невероятно… объелись!

— Где вы объелись и чем? — глаза Акул заблестели. — Расскажи!

— На пиру, который устроил владыка. Лупибею взбрело в голову самому готовить кушанья. Он сказал, что все мы от его блюд будем в восторге. Действительно кушанья получились вкусные, и все гости объелись. Но Лупибей все-таки продолжал всех кормить. «Что ж, пропадать таким блюдам?» — кричал он. Чтобы не погибнуть, мы потихоньку сели в карету и кинулись бежать. До сих пор не можем прийти в себя после такого обеда и вон как отдуваемся, — тут Звездочет-Клоун снова сделал знак, и девочка посильнее сжала губку.

Акулы застонали:

— О, какие прекрасные яства приготовил Лупибей! Даже их запахи сводят с ума!

— Эти запахи несутся из кареты Лупибея, — продолжал мудрец, — он набил всю ее разнообразными яствами и поклялся, что, как только поймает нас, заставит все съесть. Но ведь там столько снеди, что даже Акулы с ней не справятся!

— Не говори так! — сердито закричали Акулы. — Мы можем съесть все, что можно есть.

— И еще столько же! — рявкнула Китовая Акула. В это время Морское Ухо сказало: