Чтение онлайн

— Ты и это умеешь? — мудрец и Смешинка переглянулись в сильнейшем удивлении. — Скажи, как ты это делаешь?

— Хорошо. Пока я ухожу, есть время. У нас, Звезд, есть такая способность выращивать оторванные ноги. Если у Звезды оторвут ногу, то она приказывает себе вырастить новую. И через некоторое время у нее появляется новая нога.

— Да, да, я знаю это!

— А когда меня нашел ты, я решила вырастить говорящий рот и видящий глаз.

— Тогда прочитай, пожалуйста, надпись! — И Звездочет-Клоун протянул ей перстень.

— Ну, что ж, я ухожу, есть еще время, — Сабира пристально вгляделась в надпись и с усилием прочла: — «Смеясь… будь… мудрым». А ниже: «Досточтимому и любимому сыну моему Капельке, Каппа пруда Тарусава». Все.

— Все? — с горечью воскликнул Звездочет-Клоун. — Но надпись не стала яснее.

— По-моему, здесь все ясно, — возразила Сабира. — «Смеясь, будь мудрым». Не мешало бы кое-кому усвоить эту истину.

— Согласен, — мудрец не намерен был сейчас спорить. — Но кто такой Каппа и где находится пруд Тарусава? Я повидал много прудов за свою жизнь… — тут он спохватился и посмотрел на девочку Смешинку, но она была погружена в какие-то свои мысли и ничего не заметила. — Где же находится пруд Тарусава? И кто такой Каппа? — еще раз повторил он.

— Язык мой может описать Каппу, хотя я сама никогда не видела его, — сказала Сабира.

— Знаешь, а ты бы лучше не уходила, — улыбнулся Звездочет-Клоун.

— Нет! Я быстро иду к выходу. Но пока я ухожу, есть еще время… Каппа живет обычно в прудах и озерах. У него большие глаза, широкий рот, есть руки и ноги с перепонками между пальцами.

— Это же лягушка! — оживился Звездочет-Клоун.

— Что ты! Лягушку я тоже никогда не видела, но могу описать ее. Это отвратительное скользкое существо с выпученными глазами и прожорливой пастью. А Каппа прекрасен и трогателен. Его рот постоянно улыбается, но в выразительных глазах скользит грусть, легкая скорбь или тоска. Он маленький, но никто не смеет обидеть его, ибо все поднимаются на его защиту, и сам он вооружен оружием, которое называется юмор. Говорят, что злые бегут от него без оглядки, а добрые собираются вокруг Каппы и подолгу слушают веселые и поучительные рассказы, на которые он никогда не скупится. Они готовы слушать еще и еще, но приходит ночь, и Каппа тихо, без всплеска погружается в воду, направляясь к себе домой, где он отдыхает и раздумывает о том, что происходит на свете.

— Гм… — вздохнул Звездочет-Клоун. — Ты так описала Каппу, что мне очень захотелось познакомиться с ним. Но как найти пруд Тарусава?

— Этого я не знаю, — ответила Сабира.

— А может быть, ты вырастишь у себя еще один язык, который расскажет, как добраться до пруда Тарусава? Ведь пока ты уходишь, есть еще время.

Но Сабира опять надолго замолчала.

Утомленная событиями дня, девочка Смешинка вскоре заснула.

В открытую дверцу осторожно и бесшумно скользнули три тени. Они крались вдоль решетки — там, где потемнее, но когда оказались под ночесветкой, в тусклом свете что-то блеснуло. Передний держал гимнотиду! Вот они подкрались к кровати Смешинки…

— А вот и гости, — раздался из угла спокойный голос Звездочета-Клоуна, и три темные фигуры застыли от неожиданности. — Вы, кажется, испугались хозяев, гости?

— Не дождешься, чтобы мы испугались, — процедил один из гостей, многозначительно помахивая гимнотидой. — Выкладывай, что тебе надо.

— Видишь ли, тот, кто держит в руках кож, почему-то чувствует себя более уверенным перед тем, у кого ножа нет. Поэтому разговор между ними обычно какой-то неискренний, не задушевный.

— Ага! Может быть, ты хочешь сказать, что я трус? Так возьми нож, чтобы чувствовать себя уверенно.

Звездочет-Клоун небрежно принял от злоумышленника гимнотиду и, удобно расположившись в кресле, принялся подравнивать ею свои плавники.

— Но может быть, мы сначала разбудим хозяйку? — заметил он. — А то как-то неудобно… Вдруг она проснется и увидит, что здесь ведется беседа? И она захочет принять в ней участие.

— Нам не о чем с ней разговаривать!

— А мне показалось, что вы направлялись именно к ее постели.

— Да, направлялся! Но не для разговора.

— А зачем?

— Нам нужны ключи от клетки Храброго Ерша. И мы не уйдем без них!

— Тем более хозяйку надо разбудить, — невозмутимо продолжал Звездочет-Клоун. — Ведь нельзя брать что-то без ее разрешения.

И он, наклонившись, потормошил девочку. Она тотчас села, протирая глаза.

— Это же Бекасик, Барабулька и Бычок-цуцик! Здравствуйте, какое приятное пробуждение!

— Оно было бы не таким приятным, если бы я замешкался, — пробормотал Звездочет-Клоун. И громко сказал: — Эти приятные знакомцы пришли за ключами.

— От клетки Храброго Ерша? Но у меня нет этих ключей.

— Что?! — крикнул Бычок-цуцик. — Не хочешь отдать ключи?

— Но если их действительно нет! — Смешинка так искренне развела руками, что Бычок-цуцик растерялся. — Ведь я повесила на клетку узников старый замок, ключ от которого давно затерялся.

Бекасик, Барабулька и Бычок-цуцик переглянулись: они были в недоумении.

— Это… правда?

— Я подумала, что ночью Крылаткам или Храброму Ершу захочется, может быть, погулять по замку, и в клетке будет скучно. Вот и повесила такой замок. Они могут в любой момент открыть клетку и выйти наружу. Если не побоятся Сторожевых Скатов.

Друзья заулыбались. Они бросились к девочке Смешинке и принялись ее благодарить.

— Как вы попали в замок? — спросила Смешинка.

— А очень просто, — затараторила Барабулька, — по Темной трубе. Когда мы захватили город, то многие стали удирать по трубе в замок. Храбрый Ерш решил, что это удобный случай для того, чтобы проникнуть в замок и рассказать обо всем Великому Треххвосту.

— Зачем? — спросил Звездочет-Клоун.

— Он думал, что владыка ищет высшую справедливость и не знает о том, что творится в Коралловом городе. Храбрый Ерш боялся, что Лупибей обманет владыку, и тот двинет свое войско на город. «Я обо всем расскажу Великому Треххвосту, — мечтал он, — расскажу ему, в чем заключается высшая справедливость».

— Так думал Храбрый Ерш? — усмехнулся Звездочет-Клоун. — Эх, простак! Он считает, что зло хищника в его зубах, а оно гораздо глубже — в желудке. Вырви у Акулы зубы, она станет хвостом глушить рыбу и глотать ее не жуя. Впрочем, так делает, кажется, Акула-Лисица. Но почему Храбрый Ерш хотел казни Смешинки?

— Потому что жители города перестали его слушать: Смешинка научила их веселиться, плясать и смеяться. А Храбрый Ерш говорил всем, что смеяться рано, что на помощь Лупибею может прийти войско владыки и не оставить от города камня на камне.

— Так-так-так, — протянул Звездочет-Клоун. — Значит, вызволите из клетки Храброго Ерша, а потом опять будете просить Великого Треххвоста?

— Нет, Храбрый Ерш сказал, что обманулся. Больше он не верит владыке. Он понял, что свободу нужно завоевать, а не выпрашивать.

— Передайте Храброму Ершу и Крылаткам, чтобы они немедленно явились сюда, — приказала Смешинка.

— Ну? — не очень приветливо буркнул Храбрый Ерш, вваливаясь в клетку Смешинки. — Какой выход ты предлагаешь?