Корень зла
Шрифт:
«Дальше можно не слушать», — вскоре подумал Венкролл, поудобнее устраиваясь в кресле и закрывая глаза. Он надеялся, что тем самым сможет еще разок сбить Сункворра с мысли.
Однако тот продолжал говорить, и желание встать и уйти вернулось к Вену. К тому моменту, когда Сункворр закончил, оно стало просто нестерпимым.
— Что же, ты прекрасно поработал, Сун, — сказал Теоллиг. Услышав учителя, Венкролл открыл глаза и проморгался. — Впрочем, как и остальные, а потому я с радостью могу объявить, что сегодня наши ряды пополнились тремя полноценными Творцами. Отныне Ламирэлья, Венкролл и Сункворр будут создавать миры наравне с остальными. Сун, ты можешь садиться.
Тот нерешительно посмотрел на наставника, но не сдвинулся с места. Сейчас бывший ученик Теоллига выглядел еще более растерянным и напряженным, чем в начале выступления.
— В чем дело, Сун? — его состояние не укрылось от Творца-учителя. — Тебе нехорошо?
— Не в этом дело… — с трудом ответил Сункворр. — Я… Я еще не закончил. Мне нужно еще кое-что сказать.
— Говори, конечно, мы все тебя внимательно слушаем.
— Я хочу сказать Ламирэлье… — Сун поглядел на девушку, и внутри у Венкролла шевельнулось нехорошее предчувствие. — Точнее… Я хочу предложить ей опекать Янтарное Яблоко вместе со мной. Этот мир я создал для Лами.
Кто-то позади ахнул, другие зашептались. А Венкролл словно окаменел, не отрывая глаз от зардевшейся девушки.
«Как он посмел?» — Вен сжал челюсти так, что зубы могли раскрошиться в любое мгновение.
Впрочем, какая-то его часть была совершенно не удивлена. Он видел, что Лами небезразлична Сункворру: чем ближе подходило время Экзамена, тем яснее это становилось. И все же сейчас сердце Вена полыхало от ярости.
Вместе опекать один из миров… Таким образом Творцы признавались в любви и заявляли о своем желании создать пару. Это было проявлением наивысшей степени доверия — наравне с телесной близостью.
В ушах зашумело. Взгляд не отрывался от Ламирэльи, сердце колотилось как никогда раньше.
«Нет… Она не согласится. Она не должна соглашаться», — повторялось в голове, но…
— Хорошо, — очень тихо, почти шепотом, ответила девушка. — Я очень рада, что ты предложил мне это, Сун, потому что… Уже очень долго я тоже люблю тебя.
Позднее Венкролл очень удивлялся, как ему удалось заставить себя не заорать, не броситься на врага, не начать крушить все, что окажется под рукой. Он хотел превратиться в смерч, уничтожающий все на своем пути, а еще — отмотать время назад и уничтожить Сункворра, пока тот не предложил Лами…
Даже думать об этом было мерзко.
Личность Вена словно раздвоилась. Одна часть будто бы превратилась в сосуд, каменный и неподвижный, доверху наполненный бушующим ядом ненависти. А вторая — безмолвный призрак-невидимка — со странным отрешением продолжала наблюдать за происходящим.
Лами поднялась, подошла к Сункворру, и тот обнял ее. Остальные Творцы тоже встали и начали аплодировать. Вен понимал, что и ему следует сделать то же самое, но это было уже слишком. Все его силы уходили на то, чтобы держаться: каменный сосуд мог в любое мгновение пойти трещинами, и тогда…
О дальнейшем лучше даже не думать.
— Признаться, более необычной Экзаменационной церемонии на моей памяти еще не бывало, — произнес старший Творец — Оллаф. На смуглом веснушчатом лице играла растерянная улыбка, одну руку он запустил в пышную седую шевелюру. Вторая лежала на круглом животе, прятавшемся под золотистой мантией. — И тем прекраснее все происходящее. Я безумно рад, что все трое юных Творцов справились с испытанием. Ну и подготовленный для Лами и всех нас сюрприз от Суна послужил прекрасной концовкой. Вы замечательная пара, и обитателям Янтарного Яблока очень повезло попасть к вам под опеку. Заботьтесь о них, дарите им счастье и будьте счастливы сами.
Вновь аплодисменты. От хлопков у Венкролла заболела голова, и каждый новый лишь усиливал боль. Хотелось зажать уши, наклониться вперед и завыть.
«Надо держаться, — твердил себе Вен. — Сейчас надо терпеть. Чтобы отомстить потом».
Он выдержал. Даже нашел в себе силы встать и покинуть Учебную башню вслед за остальными. К счастью, Лами сейчас было не до него: Творцы увлекли девушку наружу, поздравляя с успешным прохождением Экзамена и — кое с чем еще. Сейчас Венкролл меньше всего хотел видеть ее рядом. И уж тем более разговаривать с ней.
Ноги сами принесли его домой. Разум словно отключился, а голова наполнилась тем самым эфиром, по которому искры жизни прокладывали себе путь к созданным Творцами мирам. Лишь хряск разеваемой пасти жилища-черепа вернул Вена в чувство.
Он прошел внутрь, добрался до кровати и рухнул лицом на подушку. Сейчас Венкроллу хотелось одного — забыться. Проспать как можно дольше, а затем встать со свежей головой. Все же обдумать предстояло очень многое…
Глава 8
— Вен, я безумно рада, — Лами и впрямь сияла, глядя на Венкролла. Они вдвоем шли по цветущему саду, начинавшемуся за долиной с домами Творцов. — Если честно, я очень беспокоилась за тебя. После того разговора у ручья… — она потупилась. — Ты был расстроен как никогда раньше.
— Да, но это в прошлом, — ответил Вен, сохраняя спокойный, немного отрешенный вид. — Просто тогда мне было стыдно и страшно. Ты оказалась во многом права, нашла в себе решимость заговорить о сложных вещах. О тех самых, которые действительно имели место быть, просто я не желал их замечать. Тебе и впрямь было тяжело со мной, сейчас я это понимаю. Ты еще ребенком вызвалась мне помочь, и тебе пришлось тянуть мертвый груз, поскольку я не хотел делать шаг навстречу. Жалко, что я осознал это только сейчас.
— Не надо, — Лами решительно покачала головой. — Не обвиняй себя и не раздумывай о том, что было бы, если бы… Мы не можем вернуть прошлое, поскольку живем вне времени. Да, ты осознал свои ошибки поздно, но ведь осознал же. И это меня очень радует.
— Спасибо. Еще я хочу попросить прощения за тот разговор у ручья, за ту мою злость. Просто ты так неожиданно объявила, что уходишь. Я был растерян и напуган, поэтому и разозлился, наговорил много неправильных и глупых вещей. Это все из-за отчаяния. Я слишком привык, что ты всегда рядом и подсказываешь, помогаешь найти решение для очередной задачи. А тут всего этого не стало в одночасье. Меня как будто выгнали из дому и отправили на все четыре стороны. И я не знал, что с этим делать, куда податься. Остаться одному, причем так внезапно, всегда очень страшно.
— Я понимаю, Вен. И тоже прошу у тебя прощения. Не следовало мне быть с тобой столь резкой, это неправильно.
Вперед показалась оплетенная ползучим кустарником беседка, за которой начинался холм, на вершине которого высилась сияющая громада Учебной башни. Она была словно собрана из крупных, переливающихся радугой чешуек, а бирюзовый купол сиял, приветствуя Сердце Вселенной и миллионы едва-едва появившихся жизней.
— Остановимся отдохнуть? — спросила Ламирэлья, взглядом указывая на беседку. — Сегодня я создала уже два мира, и сейчас хочется немного побездельничать.