Корейский шаманизм. Болезнь синбён, камлания кут и духи квисин
Шрифт:
Портрет Тангуна. Чхэ Ёнcин (1850–1941)
В период Корё большую роль также играет культ Неба. Интересно, что в представлении конфуцианцев корейский правитель мог получить Небесный Мандат на управление страной только с одобрения китайского императора. Однако в период Корё монархи строили собственные алтари Неба — Вонгудан. Что касается мировоззрения шаманов, в их картине мира, помимо Чесока, на небе обитали различные духи, среди них дух Семи звезд Большой Медведицы (чхильсон), дух Солнца, Луны и пяти звезд-планет [66] (ирвольсонсин) и души покойных.
66
Пять звезд-планет — это Меркурий, Марс, Венера, Сатурн, Юпитер. Каждая ассоциировалась с определенной стихией и обладала характеристиками, связанными с пятью элементами — водой, огнем, металлом, землей и деревом соответственно. Прим. авт.
Что касается духа гор сансин, столь почитаемого в шаманизме, то в период Корё единого представления о нем еще не было. Поклонялись духам четырех гор — Токчоксан, Пэгак, Сонъак и Мокмён. Во время празднований в их честь славили и правителя. Об отсутствии единого духа сансин может свидетельствовать мистический эпизод из вымышленной биографии предков основателя Корё Ван Гона, записанный в XIII веке [67] .
В давние времена жил один человек по имени Хогён. Некогда он переселился с горы Пэктусан в одну из долин гор Пусосан, взял себе жену и построил дом. Жили они в довольстве, только детей у них не было.
Хогён метко стрелял из лука и часто отлучался на охоту. И вот однажды он и девять односельчан отправились в горы Пхённасан ловить соколов. Стало смеркаться, и пришлось им заночевать в пещере. Вдруг у входа в пещеру появился тигр и страшно зарычал.
— Тигр хочет нас сожрать, — сказали они друг другу. — Давайте-ка бросим ему наши шапки. Чью шапку он схватит, тому и выйти с ним сразиться.
Так и сделали, а тигр сразу схватил шапку Хогёна. Пришлось тому выйти из пещеры, чтобы вступить с тигром в бой, и вдруг он исчез, и тотчас обрушилась пещера. Девять человек так и не смогли из нее выбраться. Хогён вернулся домой, обо всем рассказал жителям округа Пхённагун и снова отправился к пещере, чтобы похоронить односельчан. Сначала он провел ритуал жертвоприношения божеству горы, и божество явилось Хогёну:
— Я вдова и хозяйка этой горы. Нынче мне посчастливилось встретить совершенного мудреца, и я хочу стать вашей супругой, чтобы вместе управлять божествами. Дарую вам звание великого властителя этой горы.
Только она кончила говорить, как тут же исчезла вместе с Хогёном, и больше он нигде не появлялся, а жители округа стали его величать Великим государем, возвели алтарь и начали приносить жертвы его духу. Поскольку те девять человек погибли на горе Пхённасан, ее решили назвать Курёнсан — Гора девяти драконов.
67
Чудесная жемчужина. Рассказы о необычайном: корейские предания, легенды, сказки. СПб.: Гиперион, 2014. С. 50–51.
Мы видим, что в мистической истории о Хогёне, дальнем предке Ван Гона, у конкретной горы есть свой дух. Более того, этот дух — женщина, у которой есть или была семья, есть облик, есть цели и планы. Дух близок к человеку и похож на него. Неслучайно и появление тигра: первый слог имени Хогёна — «хо» — соответствует также прочтению иероглифа «тигр». Тигр как посланник приходит за Хогёном, чтобы устроить его встречу с духом горы.
Таким образом, традиционное представление о духе гор сансин как о старце с тигром в данном случае ошибочно. Легенда была записана в XIII веке, но возможно, что она возникла в Корее намного раньше и соотносилась с другими действующими лицами.
В период Корё сохраняются корейские культы, популярные в период Трёх государств: вера в могущественного духа-дракона, властителя вод; в духов природы — рек, озер и лесов; духов ветра и молнии. К сожалению, сведений об их почитании почти не сохранилось.
Несмотря на то что шаманизм не был придворной религией, к шаманам и шаманкам часто обращались для проведения различных культовых церемоний. Чаще всего их просили совершить ритуал в честь вана. Назывались такие моления киын или пёлькиын. Также шаманов собирали при дворе, чтобы во время засухи они обратились к духам и вызвали дождь. Такой обряд назывался киудже.
Шаманские инструменты для гадания
National Folk Museum of Korea
К шаманам и шаманкам обращались и с просьбами об излечении. По-прежнему был популярен образ Чхоёна, который танцем и заклинанием одолел духа лихорадки, и при дворе нередко устраивались церемонии для укрепления здоровья правящей династии. В процессе лечения шаманки и шаманы могли установить, что на больного воздействует неупокоенный злой дух, — тогда требовалось найти причину его недовольства, загладить вину перед ним и убедить его уйти. Это влияло и на события при дворе. Например, король мог пересмотреть свои указы о наказаниях, помиловать приговоренных, построить пагоду в священном месте или, наоборот, снести строение, которое мешало духам.
Также шаманы и шаманки гадали, предсказывали будущее, спрашивали совета духов. Хотя не только они этим занимались — распространены были и гадания по лицу (физиогномика), их могли выполнять и не связанные с потусторонним миром люди, часто слепцы.
Шаманок и шаманов порой нанимали, чтобы навести порчу, а также для увеселения знати. Но информации об этом в исторических хрониках немного.
Глава 7. Шаманизм при династии Ли (1392–1910)
Династия Ли находилась у власти в королевстве Чосон (1392–1897) и империи Тэхан чегук (1897–1910), поэтому мы объединим оба периода. Чосон основал военачальник Ли Сонге (годы правления: 1392–1398), и все последующие правители этих государств — его потомки. С приходом династии Ли буддизм постепенно уступил место неоконфуцианству, которое распространилось в Корее уже с позднего XIII века. С XV века общество все более «конфуцианизировалось». Хотя буддизм оставался популярен в народе, да и некоторые чосонские правители его поддерживали, многие храмы закрывались, их территории отходили государству, а самих монахов подвергали критике. Сохраняла свои позиции географическая теория пхунсу чири соль, на основе которой выбирали места для дворцов, сакральных сооружений, жилых домов и захоронений.
Важным периодом в истории Чосона стал конец XVI века: в 1592–1598 годах шла корейско-японская Имджинская война и весь полуостров превратился в поле боя. Ценой колоссальных потерь корейцам удалось одержать верх. Немалую роль сыграл и Китай, где правила династия Мин (1368–1644), который также отправлял свои войска для обороны Кореи на правах «старшего государства».
В XVII веке династия Мин пала, и на смену ей пришла маньчжурская династия Цин, провозгласившая новую империю (1644–1912). В XVII–XVIII веках отношения между Чосоном и Цин были напряженные и в Корее господствовала идеология «Малого Китая», согласно которой Чосон позиционировал себя как последнее истинно правильное конфуцианское государство на Дальнем Востоке. Чосон добровольно отказался от иноземных контактов и превратился в «королевство-отшельник» (hermit kingdom). В XVI–XVIII веках среди корейской интеллектуальной элиты все чаще говорили о том, что экзаменационная система кваго, на основе которой отсеивали кандидатов на государственные должности и которая преимущественно опиралась на воспроизведение конфуцианской классики, не подходит для справедливого отбора чиновничьих кадров. Конфуцианство считали закостеневшим пережитком прошлого и вместо него хотели видеть в системе образования науки о сельском хозяйстве, экономику, математику. Эта идея позднее получила название сирхак — «реальные науки». Ее сторонники критиковали не только конфуцианство, но и буддизм и, конечно же, шаманизм.
В конце XVIII — начале XIX века на полуострове стало распространяться христианство. Оно конфликтовало с конфуцианством, и это привело к массовым гонениям на христиан, казням и ссылкам. Кроме того, позиция «королевства-отшельника» ослабила корейскую экономику и не позволяла стране конкурировать с Китаем, Японией и западными державами, которые в XIX веке обратили на полуостров свое внимание. В 1876 году Японская империя подписала с Чосоном неравноправный Канхваский договор, предполагавший открытие границ для торговли. Вскоре и другие государства заключили с Чосоном аналогичные соглашения. Так корейцы вступили на шаткую дорожку модернизации, слишком поздней и быстрой; простой народ, конечно же, не мог понять, что происходит, и продолжал цепляться за традиционные верования и просить духов о помощи. В конце XIX века, после открытия границ, на Корейский полуостров хлынул поток западных миссионеров, они основывали школы, сиротские приюты, больницы. В 1897 году король Коджон (король с 1863 по 1897 год, император с 1897 по 1907 год) принял решение об изменении статуса государства, и королевство Великий Чосон стало Великоханской империей — Тэхан чегук.
Во время правления династии Ли шаманизм, как и буддизм, популярен не был. При этом из-за того, что еще в период Трех государств на полуострове распространился буддийско-шаманский синкретизм, в период Чосон все труднее стало различать границы между разными традициями в обрядово-ритуальной системе.
Даосизм также не пользовался популярностью. Храмовый комплекс Погвонгун уничтожили еще в период Корё, и лишь Согёкчон и Самчхонджон были восстановлены в период Чосон в 1396–1402 годах. Интересно, что они оказались в числе первых построек новой династии — наравне с дворцом Кёнбоккун, конфуцианским святилищем в честь королевской семьи Чонмё и Алтарем земли и злаков Саджик[тан], построенными в 1395-м. С 1466 года Согёкчон стали называть Согёксо. Именно там проводили все даосские ритуалы. В храмах сохраняли изображения Изначального небесного владыки (Вонсичхонджона), Верховного достопочтенного владыки (Тхэсандогуна) и Лао-цзы. Считают, что среди них был и владыка ада — Ёмна-ван. Конфуцианцы стремились укрепить свое влияние в государстве, поэтому порядок проведения ритуалов и обязанности монахов в храме были упорядочены и регламентированы в ключевом своде законов Чосона — «Великом уложении по управлению государством» (Кёнгук тэджон, XV век). Несмотря на это, многие конфуцианцы все равно не одобряли проведение даосских церемоний и требовали запретить их. Согёкчон и Самчхонджон окончательно закрыли ближе к концу XVI века.
Какие же моления устраивали в даосском храме? Чаще всего это были просьбы о дожде и о ниспослании здоровья действующему правителю. Помимо даосского храма, взывали к предкам и просили о здоровье в святилище Чонмё и у алтаря Саджик. Также там, обращаясь к горам и горным духам, молились семи светилам, «Великому пределу» и другим божествам.
Большую роль продолжала играть теория пхунсу чири соль. И если раньше ее адептами в основном были буддийские монахи, то теперь ее практиковали конфуцианцы, обычно из «срединного сословия» чунъин: оно нередко пополнялось за счет внебрачных детей аристократов, которые не могли претендовать на те же должности, что и официальные дети. Специалисты по пхунсу, чигваны, занимались поиском благоприятных мест для строительства храмов, сакральных сооружений, захоронений. Но в деревнях эти функции выполняли шаманки и шаманы, которые, в отличие от чигванов, опиравшихся на знания географии и компас, общались с духами и спрашивали их совета.