Чтение онлайн

— А когда произойдет смена и прибудет новый командующий? — поинтересовался корнет.

Веселовский в задумчивости покачался с носка на носок:

— Полагаю… не ранее осени. М-да-с… не ранее. Сами понимаете — пока он прибудет в Ставрополь из столицы, где получит у военного министра назначение… Пока в Ставрополе произойдет смена и сдача своего поста фон Таубе, потом генерал вникнет в дела непосредственно в штабе корпуса, и лишь потом… Да, думаю — к осени!

«Ни хренаж себе, тут неторопливость процветает! Хотя понятно: здесь одной дороги — больше месяца выйдет. И это — если без задержек. Но ведь генерал не понесется к новому месту службы аки фельдъегерь с пакетом, на котором три креста начертаны. Пока в каждом губернском городе по пути — знакомых навестит, обрадует, что он снова в деле, пока с «губерами» встретится… Где-то читал, что это нормальная практика — в каждом губернском городе лицо такого уровня обязано было навестить местные органы власти, представится, отдохнуть немного, пару балов почтить своим вниманием. Так что, да, не ранее осени!».

— Ну-с… Что-то еще? — вернул Плещеева из мыслей на грешную землю Веселовский.

— Ах да! Есть еще один вопрос… Ну, тут не предложение, скорее, а некие раздумья, в которых я надеюсь встретить ваш совет, — как бывалого «кавказца», — начал Юрий, — Видите ли, господин подполковник, мы тут с некоторыми товарищами посидели… в течение зимы, думали-размышляли, и вот что надумали…

Подготовка к демонстрации сигнальных ракет подошла к своему завершению. И сейчас трио «изобретателей-рационализаторов», а именно: Грымов, Гордеев и Плещеев, готовы были представить на суд командования эти самые ракеты. Изготовлено их было благодаря связям и знакомствам Грымова, пара десятков штук. Разного огня и разной мощности. На один показ — хватит! Еще с десяток сожгли, пока сами не убедились в их более-менее надежности и безотказности. На десяток вышла только одна осечка, и то — по причине лопнувшей пружины бойка. Да, товарищи-прогрессоры решили пока не афишировать систему с новым терочным запалом. Спички-с! Спички с новым составом, которые планировалось пустить сначала в дело, в коммерческий оборот, чтобы начать получать хоть какие-то дивиденды.

Всю удачность их проекта Плещеев отнес к сугубой тщательности и даже — перфекционизму двух артиллеристов. В особенности — Грымова. Вот уж кто был — «Семь раз отмерь, один раз — отрежь!».

А вот с учителем-химиком возникли неожиданные проблемы! Нет, он, как химик вполне удачно справился с задачей, спички были тоже проверены на сто раз, не менее. И ни разу их испытания не выявили самовозгораний! Проблема была в другом: сам по себе, господин преподаватель считал свое местожительство и работы некоей… жизненной неудачей. Видите ли, он ученый, а не «преподаватель химии для разных великовозрастных бестолочей и балбесов»! А потому разработанный им состав полагал своей — а как же иначе? Именно своей профессиональной удачей! И ему буквально не терпелось донести до научного общества свою находку, свое открытие. Плещеев не знал, чего стоило Грымову уговорить упертого знакомца погодить пока, повременить с «горделивым ку-ка-ре-ку», пока не будет найден предприниматель, кто сможет развернуть производство товара.

«Когда Грымов рассказывал о своих неоднократных увещеваниях тщеславца, по «штабсу», было видно, насколько он раздражен необходимостью что-то втолковывать своему знакомому. Прямо весь вид артиллериста говорил: «Повбивав бы, гада!». А что? Там такой куш корячится, что и впрямь… И за меньшие деньги убивают! Хорошо, что Грымов додумался заставить «препода» не только провести необходимые опыты, но и продумать и расписать весь технологический процесс. Теперь-то даже неожиданная смерть «открывателя» не повлечет за собой проблем. Не-не-не… я сейчас не о том, что — «бритвой по горлу и — в колодец!». Просто и впрямь… подождать надо. А этот «менделеев» прямо из штанов выпрыгивает!».

— Господин подполковник! Совместно с командиром гарнизонной батареи, штабс-капитаном Грымовым, и его субалтерн-офицером, подпоручиком Гордеевым мы подготовили еще одну докладную записку. Она касается безопасности частей при совершении маршей… Ну, здесь мы ничего нового не придумали, просто расписали, где имеющиеся просеки и вырубки следует обновить от поросли. Случай со мной и казаками — из этой же области. Не будь таких кустов вдоль дороги — не вышло бы у черкесов напасть столь неожиданно. Таковых обстрелов колонн и обозов за прошлое лето произошло более полутора десятков. А нападений в удобных местах — более двух десятков. Это я все из донесений и рапортов взял.

Плещеев передохнул, с завистью покосился на Веселовского, который, слушая его, принялся набивать трубку. «Начштаба», перехватив его взгляд, усмехнулся и кивнул:

— Прошу, господа! Если желаете — закуривайте…

Закурив трубку, корнет задумчиво потер бровь и продолжил:

— Вторая часть упомянутой мною докладной записки содержит вопросы безопасности наших постов, пикетов, шверпунктов и блокгаузов на дорогах. Артиллеристами разработана специальная сигнальная мина. Таковыми минами могут быть окружены все наши постоянные места дислокации, особенно те, что постоянно подвергаются нападениям и обстрелам. Представляет эта мина из себя разновидной маскарадной шутихи, которая, будучи поставленной тайно на возможных путях подхода к постам, сработает при приближении неприятеля и даст знать часовым и лицам начальствующим, что готовиться нападение. Меры для предотвращения такового можно предпринять и не допустить самого обстрела или нападения. Либо, по крайней мере, сделать таковые не внезапными. Грымов и Гордеев готовы продемонстрировать мину в любой день, как скажете, господин подполковник…

— Как вариант таковой мины, — продолжил корнет, — Теми же лицами разработан специальный пистолет с комплектом других мин, которые способны, при их отстреле на довольно длительное время осветить подходы к постам в ночное время. Сами понимаете — стрелять в течение пусть десяти секунд яркого света по явно видимому неприятелю — куда как сподручнее, чем палить в ответ на обстрел в полнейшей темноте. Да и выявить выдвижение неприятеля можно заблаговременно…

— Третий вариант сигнальных мин — мины для подачи сигналов различного рода. С помощью того же пистолета по команде лица начальствующего производится последовательно несколько выстрелов минами с огнями разных цветов или дымов. Возможно разработать специальную таблицу сигналов, которая будет доведена до командиров и офицеров. Таким образом, возможно передавать информацию или сигналы на весьма большом удалении… до трех верст, как представляется! И в условиях отсутствия прямой видимости между отрядами.

Плещеев выдохнул, кивнул сам себе и:

— Господин подполковник! Корнет Плещеев доклад закончил!

Некоторая пауза повисла в кабинете. Потом Веселовский встряхнулся, как большой, старый пес, потер седой бобрик коротких волос:

— М-да… уж, господин корнет! Так вот, сразу и не найду что сказать. Когда же вы, батенька, со своими товарищами всем этим занимались?

— В течение зимы, господин подполковник! — пожал плечами корнет.

— Отменно! Весьма… удивлен и порадован! Знаете… вот так сразу не скажу ничего. Очень… Очень все это неожиданно вышло. Вот что, голубчик… Я вашу докладную записку непременно прочту. Потом… обдумаю все. А демонстрацию вашу… давайте назначим… к примеру — на следующую среду. Жаль, что командующего не будет. Но… соберу-ка я некую комиссию из опытных офицеров. Сообща что-нибудь и надумаем. Если все ваши задумки столь хороши и применимы к нашим условиям… То без постановки в известность штаба Корпуса не обойтись. И тут с кондачка действовать не годится… Согласны со мной, корнет?

Демонстрация прошла вполне благополучно. Если оценивать организацию процесса. А вот результаты… У артиллеристов все было отработано и подготовлено. Осечек не было. Отстреляли все мины — и сигнальные, и осветительные. Да, мины для подачи сигналов — тоже отстреляли все!

Офицеры, назначенные Веселовским в комиссию, с интересом со всем ознакомились, покрутили в руках пустые гильзы разного размера и диаметра, более внимательно осмотрели сигнальный пистолет. К радости рационализаторов-изобретателей, все присутствующие согласились с необходимостью всего предоставленного к изучению. Вопрос возник лишь… Ну да, опять по поводу денег!

— Сколько вы сказали? Полтора рубля за одну мину? — опешили «господа высокая комиссия».

Грымов чуть развел руками: «а шо делать? шо делать?».

— Господа! — влез с разъяснениями Плещеев, — Это сейчас стоимость мин такова. Но, как мне представляется, при их одобрении и внесении в план к поставкам, производство будет непременно развиваться, технологический процесс будет отработан более качественно, что повлечет за собой удешевление готовых мин.

Грымов принялся объяснять:

— Самые большие расходы влечет за собой изготовление именно вот этих латунных колпачков, куда вставляется капсюль. Сама картонная гильза стоит существенно дешевле. Тянуть же латунь приходится чуть ли не вручную…

— Как вы полагаете, сколько будет стоить таковая мина при отработке и удешевлении процесса? — спросил Веселовский.

Грымов задумался:

— Полагаю, ее стоимость упадет до рубля за штуку…

— И все равно — целковый за одну мину! А ведь это, фактически расходный материал! — покачал головой один из майоров, — А сколько таких мин нужно, чтобы обставить вкруг один пост? Штук тридцать? Вот вам уже и тридцать целковых! Золотой выйдет сия безопасность…