Король, который видел сны
Шрифт:
? Мы возвели мосты.
Жалкая попытка откупится за разрушение, унесшее оба войска и навсегда сделавшее магов и людей врагами.
Как и все завоеватели мы потеряли несоизмеримо больше. Своих сородичей. Право и возможность быть сильнее. Но что важнее – знания. Ведь пока жалкие остатки нашего войска пытались спасти и своих и людей, эти самые люди жгли наши книги и свитки, принесенные из родного мира.
Спустя столько лет я так и не решила для себя было ли это справедливо.
И не стала спрашивать короля.
? Вот ваши мосты, – он повел мою руку вдоль ущелья. – Рамэ, Фэро, Гиса и Лега. Они соединяют разделенные твоим народом части страны. Кроме как через мосты попасть на юг Нардина нельзя, а там ведь море и торговые порты, и весь Южный флот. За четыре века Южный Нардин стал почти отдельной страной, которая вот-вот огласит, что не желает быть с нами единой.
? Но почему?
? Ты удивишься, но очень многие предпочитают не делится тем, что имеют, если есть такая возможность. Большинство продовольствия у нас с Юга. Южные порты не замерзают зимой в отличии от западных. Не будь у них обязательств перед короной и остальной страной, во всем мире не было бы земли богаче.
? Но ведь… мы одна страна, один народ… – Я не могла оторвать руку от карты, и слова застряли в горле. Но собственные мысли ведь не обманешь. – Черт бы их взял, ведь вы же вместе сражались с магами, ущелье стало нашей общей могилой. Ивэйн, они не смогут…
? Уже смогли. Я говорил тебе в нашу первую встречу, что не знаю сколько у меня времени. Это правда.
Он смотрел мне в глаза, говоря это. Как в первый раз так и сейчас. И никакого моего дара не нужно было чтобы понять, что это не ложь.
? Я не могу напасть первым, против меня взбунтуется весь Нардин. Все, что я могу сейчас – посылать шпионов, строить планы, и ждать пока мою страну примутся рвать на части.
? Поэтому тебе нужны маги? Мы ведь можем помочь.
? Нет. – Его голос был тверд. И только теперь он отпустил мою руку. – Все что мне нужно, чтобы вы не восстали против меня.
? Но ведь…
? Нет, Ада. Ни один маг не станет сражаться в этой войне.
? Но почему?
? Я долгов не делаю.
Разговор был окончен. Сколько бы доводов ни было у меня, разговор был окончен.
И все же я не могла заставить себя отступить хоть на шаг. Я вдруг отчетливо увидела на лице короля усталость.
И вспомнила его сон.
Какой глупой казалась теперь моя злость.
? Не жалей меня.
? Это удел слабых, да?
? Верно.
? Так говорил мой дед. Говорил, упадешь – получишь мешок жалости, но цена ей ломаный грош.
? Ценно лишь то, что добудешь в борьбе.
Ивэйн повернулся карте, и я не была уверенна, что в следующий миг он говорил со мной.
? Я выиграю эту войну.
Он сказал это тихо, но уверенности в этих словах было столько, что даже его Бог не посмел бы в этом усомнится.
Не знаю, что мной двигало. Наверное жалость, которую он приказал мне не испытывать…
Я наклонилась к его голове, легко поцеловав в макушку.
Так всегда делала мама, когда я подолгу сидела за заданиями моих учителей.
Выпрямившись, я не представляла чего мне ждать.
? Ступай отдыхать. Не жди меня.
Даже не взглянул в мою сторону. И я ушла.
Честно пыталась уснуть, но не получалось совсем.
Прошло почти пол ночи, когда Ивэйн наконец пришел и лег рядом. Всего несколько минут, и его дыхание выровнялось.
Я крепко зажмуривала глаза, пытаясь не думать о том, что хочется сделать. Заставляла себя вспоминать книги Люция и собственную клятву.
Я никогда не была сильна в борьбе с собой. И протянула руку.
Вокруг было поле. Бескрайнее, колышущееся, как зеленое море, уходящее за самый горизонт.
Я стояла среди этого поля, чувствуя как щекочет кожу ковыль, и путается в волосах ветер.
Кто-то обнял меня сзади. Я чувствовала сильные руки, и тепло, и колючую щетину, и низкий смех…
Я поняла еще до того, как услышала голос…
? Моя Ада…
8
Я ходила по морю. Прямо по воде, оставляя за собой круги вместо следов. Там в глубине, под моими ногами, плавали рыбы и тонуло солнце, но я стояла на поверхности, как на твердой земле, и пыталась хоть где-то увидеть берег.
А берега не было.
Зато был король.
И это была моя великая тайна.
Я честно держала данное Люцию слово, и проводила себе четкую грань между сном и реальностью. Это было не слишком сложно.
Ведь для Ивэйна не изменилось ничего. Он все так же рано уходил, поздно возвращался, иногда просил к нему зайти, чаще всего чтобы попросить о чём-то или снова использовать меня как связного с Никайей.
Это казалось мне странным. Он словно специально пытался придать мне больше веса в глазах главы Ордена, и больше всего раздражало то, что я не понимала для чего.
Несколько раз я пыталась начать разговор о треклятых законах. Король был непреклонен, каждую мою попытку превращая в новый «урок». Иногда мне начинало казаться, что я говорю не с мужем, а со строгим учителем.
Так проходили недели.
Днем мы почти не общались, а ночью, когда у меня получалось дождаться его, делили его сны.
И в того человека из сна я с каждым разом влюблялась все больше.
Он смеялся со мной, крепко обнимал, зарываясь в волосы, легко целовал шею и плечи…
Ивэйн никогда не был груб со мной, но в этих снах он был до боли нежен, и все время шептал мое имя.
Лишь раз я набралась смелости чтобы спросить его.
? Что тебе снилось?
? Что?
? Мне показалось… ты говорил во сне.
Я все еще краснела, но может все дело было в том, что это была ложь. Ведь даже если бы он говорил во сне, я бы этого не услышала.
? Может быть. Но я не помню своих снов.
Он сдвинул плечами, и, как сотню раз до этого, стал методично одеваться.