Чтение онлайн

— И хотя, в течение многих лет, я даже и не думал, что что-то может быть между нами — и до того момента в Калимпорте — ты всегда была для меня особенной. Особенной до сих пор и являешься, и мне нужно, чтобы ты вернулась ко мне, Кэтти. И ничто больше не имеет значения. Мир — ещё более тёмное место. Вкупе с Королём Призраков, с разрушающимся Плетением и другими бедами, вызванными этой катастрофой, я знаю, что предо мной и народами мира будет ещё много тяжёлых испытаний. Но я верю, что смогу выстоять, и вместе мы найдём путь. Мы всегда его находим!

— Но только, если ты вернёшься ко мне. Чтобы сокрушить могущественного врага, воин должен хотеть сокрушить его. Но в чём же смысл, любовь моя, если я снова буду один?

Он выдохнул и присел, глядя на неё, но женщина не моргала и нисколько не реагировала. Она не услышала его. Он мог по — разному обманывать себя ради своего здравомыслия, но в сердце Дриззт знал, что Кэтти-бри, воспринимающая всё сказанное, отсутствовала под своей оболочкой.

Дриззт вытер слезу со своих глаз цвета лаванды, и, как только влага исчезла, появилось то самое выражение лица, которое однажды потрясло и воодушевило Бруенора — обещание Охотника, решительность и вскипающая ярость.

Дриззт наклонился вперёд и поцеловал Кэтти-бри в лоб, твердя себе, что всё это было виной Короля Призраков, что драколич являлся источником всех бед, которые теперь обрушились на мир — но не было результатом какой — то большей катастрофы.

Больше никаких слёз. Дриззт До’Урден был готов уничтожить зверя.

Они знали, что их враг вернётся, как и знали, где дадут ему бой, но, когда всё произошло, Тибблдорф Пвент и крепкий Атрогейт скорее широко раскрыли рты, нежели что — либо выкрикнули.

Король Призраков вернулся в материальный мир Абер — Торила точно в том же месте, где исчез в прошлый раз, появляясь краткими прозрачными сине — белыми вспышками света. Вскоре он полностью материализовался во внутреннем дворе храма, и, когда Пвент с Атрогейтом стали выкрикивать предостережения, которые эхом разнеслись по пустынным коридорам, огромный зверь, взмахнув крыльями, воспарил в воздух, поднимаясь высоко в ночное небо.

— Он сверху! Он сверху, мой король! — подпрыгивая на месте и тыча пальцем в небо, закричал Пвент. Бруенор, Дриззт и остальные прибежали в комнату, из которой можно было попасть на балкон, на котором двое дварфов стояли в дозоре.

— Драколич появился на том же самом месте? — спросил Кэддерли, ясно расценивая всю важность этого факта.

— Точно так, как ты и предполагал, — ответил Атрогейт. — Сначала сверкал, потом прыгнул и унёсся прочь.

— Сверху, мой король! — вновь закричал Пвент.

Дриззт, Кэддерли, Бруенор и Джарлаксл обменялись решительными кивками.

— В этот раз он от нас не удерёт, — сказал Бруенор.

После этой фразы глаза присутствующих устремились на Кэддерли, и жрец уверенно кивнул.

— Всем внутрь, — скомандовал Кэддерли. — Со всем своим неистовством, изрыгая пламя, зверь вернётся. храм Парящего Духа защитит нас.

Даника сделала глубокий вздох и опёрлась о ствол ближайшего дерева, чтобы придать себе устойчивости, когда услышала ужасный потусторонний крик летящего драколича. Она не могла не оглянуться в сторону храма Парящего Духа, находящегося в милях от неё, и была вынуждена напомнить себе, что Кэддерли окружали могущественные союзники, и что Денеир, или какая — то другая божественная сущность чудесным образом услышала призывы жреца.

— Они победят, — тихо, очень тихо сказала Даника, так как знала, что лес вокруг кишел монстрами. Она уже видела группы этих тварей, скребущими по дороге, и ощущала громоподобные шаги какого — то гигантского чёрного, неизвестного ей до этого, чудовища.

Она была на полпути до Кэррадуна и страстно желала уже быть там, но передвигаться приходилось медленно и осторожно. Даника желала битвы, но это могло сулить ей большие неприятности. Она сконцентрировалась на Кэррадуне и только на Кэррадуне, чтобы найти своих детей, пока Кэддерли и другие имели дело с королём призраков в храме Парящего Духа.

Таков был план — они знали, что не мёртвый дракон вернётся — и Даннике приходилось бороться против любого, даже секундного сомнения. Она должна была довериться Кэддерли и уже не могла повернуть назад.

— Мои дети, — прошептала она. — Тэмберли, Рори и Хана, моя Хана… Я найду тебя.

За её спиной высоко в небе, подобно вспышке молнии и рёву грома, крик короля призраков расколол ночь на части.

Даника проигнорировала его и сконцентрировалась на стоящих впереди деревьях, выискивая безопасный и быстрый путь через кишащий монстрами лес.

— Убей его, Кэддерли, — на одном дыхании снова и снова повторяла она.

Без предостерегающих вмешательств Яраскрика Король Призраков получал удовольствие от мысли, что его уязвимая мишень находится прямо под ним, и что достаточно скоро он уничтожит храм Парящего Духа и всех глупцов, что ещё оставались внутри.

Сладостный вкус приближающейся мести наполнил мёртвую глотку Гефестуса; дракон ничего так не хотел, как нырнуть вниз по направлению к зданию и сжечь его дотла. Но, к удивлению обеих сущностей, составлявших естество Короля Призраков, всё безрассудство резко умерилось воспоминанием о боли недавнего поражения. Драколич всё ещё ощущал на себе ослепляющие уколы огня Кэддерли и тяжесть ударов скимитаров Дриззта. И, хотя он был уверен, что его вторая атака будет проходить по — другому, Король Призраков не хотел предпринимать необдуманных поступков.

И оттуда, сверху, из — за облаков, зверь ещё раз воззвал к своим подчинённым, взрыхляющим когтями землю, вызывая их из леса, окружающего храм Парящего Духа.

— Они не убьют Кэддерли, — сказал зверь в потоках ветра. — Но они обнаружат его!

Король Призраков сложил свои крылья и сделал нырок, затем, широко расправив их, поймал импульс и поток ветра, и по спирали начал кружить над зданием, сверля магическим зрением местность под собой.

Лес уже находился в движении: он кишел ползучими тварями, ночными летающими существами и группами духов; был среди них и гигантский ночной скиталец. И всё это скопление направлялось к храму Парящего Духа.

Смех короля призраков пророкотал подобно отдалённому грому.

Они услышали звон разбивающегося стекла — одного из немногих стёкол, которые ещё оставались невредимыми после прошлой атаки — но в этот раз здание не задрожало.

— О, боги, — проговорил Кэддерли.

— Проклятые твари! — согласился Бруенор.

Они стояли в широчайшем аудиторном зале на первом этаже здания — в помещении без окон, из которого вели несколько коридоров. Пвент и Атрогейт стояли у перил на северном балконе у перевязанных брёвен, некоторые из которых выдавались на двадцать пять футов над остальными. Бруенор, Кэддерли и другие стояли на возвышении, где жрец обычно выступал перед аудиторией; напротив же находились двойные двери и главный коридор за ними, ведущий в фойе храма. Дриззт стоял в проходе маленького укромного вестибюля, где лежала Кэтти-бри.