Чтение онлайн

– Конан.

– Понятно. А меня Вайгалом кличут. Ты всегда такой разговорчивый или только по ночам?

– Ты мне дело сорвал,- хмуро сообщил киммериец.

Вайгал хмыкнул.

– Ты мне тоже, промежду прочим… Вот что я тебе скажу, Конан. Благодари своих богов и меня лично, что я парень незлобливый. Ты, чужой человек, залез в дом, который я обхаживал аж три дня. Ты собирался взять то, что должен был взять я. Ты сорвал мне выгодное дельце. А по нашим воровским законам горло режут и за меньшее. А если дойдет до Аффендоса, то тебе, да и мне, впрочем, выжить будет тяжелее, чем смертнику, на шею которого уже падает топор плача. Усекаешь?

– А кто такой этот Аффендос? – вместо ответа поинтересовался Конан.

Вайгал тихонько присвистнул.

– Ты не знаешь, кто такой Король Теней? – удивленно спросил он.

– Понятия не имею.

– Ну, тогда считай, тебе крупно повезло,- сказал рыжеволосый и рыжеусый. И добавил после некоторой паузы: – Или наоборот. Потому как сразу видно, что ты неместный. А неместных тут не любят. Аффендос – тем более.

Конан действительно не ведал, кто такой Аффендос, но в голосе Вайгала слышалось такие почтение и страх перед этим именем, что он счел за нужное промолчать.

– Но я не в обиде,- продолжал рыжий мошенник.- Будь ты зеленым неуклюжим новичком, я бы с тобой цацкаться не стал. Однако, как я погляжу, из тебя выйдет толк. Поэтому золото поделим пополам, и, считай, мы в расчете.

– Золото? – переспросил киммериец,- Ты успел взять золотишко?

– Я? Нет…

– Стало быть, золото, Вайгал, осталось там, в лавке купца. Если б ты не принялся палить в меня из своей пукалки, мы, быть может, и сумели бы договориться, и действительно поделить поровну…

В темноте видно не было, но Конан почувствовал, что рыжий пройдоха ухмыляется.

– Пока ты валялся под стеллажом, я обыскал твою торбу. Ты два мешочка с монетами успел до стать из тайника, а торба пуста. Где же денежки? И что это у тебя за пазуху засунуто?… Не надо, дружок, не надо за кинжал хвататься. Все равно я выстрелю первым. А ведь мог бы выстрелить раньше, и тогда оба мешочка были бы мои, сечешь?

Конан мгновение раздумывал. Потом полез за пазуху, вытащил золото и подбросил его на ладони.

– Ладно. Уговорил, бестия рыжая. Ты прав, не в тот дом я сунулся. Держи.

Монеты исчезли в кармане Вайгала.

– С тобой приятно дело иметь,- заметил рыжеволосый,- Хочешь, совместно дельце провернем? Я местный, подыщу что-нибудь подходящее для двоих…

– Почему бы и нет? – пожал плечами Конан.

– Ты где остановился?

– В «Червивой груше».

– Знаю этот гадюшник. Нормально. Найду там тебя.

Через некоторое время они расстались почти друзьями. Когда киммериец уже дошел до поворота, за спиной раздался прежний насмешливый голос Вайгала:

– Эй, Конан, хочешь совет напоследок?

Ну? – Конан обернулся.

– Прежде чем в «Грушу» соваться, смени одежку и вымойся как следует. Завтра стража наверняка устроит облаву по всем сомнительным заведениям, и если кто-нибудь из местных вспомнит, что от одного из постояльцев дымом воняло, как от доброго копченого окорока, то, сам понимаешь…

И Вайгал растворился в сером свете начинающегося дня. Несколько минут Конан постоял в задумчивости. Этот рыжий кругом оказался прав… А неплохого напарничка послали ему боги!

И вторая их встреча произошла, как полагал киммериец, случайно. Через два дня они едва не налетели друг на друга, когда Вайгал выходил из лавки менялы, а Конан, бродивший без особой цели по городу, как раз поравнялся с дверями той лавки. Ночной конкурент киммерийца замер и выжидающе посмотрел на нежданного встречного; варвар-великан же расплылся в приветливой улыбке, раскинул для объятий руки и громогласно произнес:

– Ба, мой кредитор! Придется отдать должок! Уж кувшинчик не самого плохого вина я точно задолжал.

Вайгал сдержанно кивнул, приветствуя коллегу:

– Услуга была пустячной. Но слегка смочить горло я никогда не против.

– Тогда идем. На этой грязной улочке,- Конан огляделся,- хоть одно подходящее заведение должно быть.

Заведение нашлось через два дома от ювелирной лавки. Отыскался за пару монет кувшинчик отнюдь не дрянного, а даже весьма славного красного винца с немедийских плоскогорий. Также сыскались глиняные кружки и нехитрая сытная снедь. Вайгал, как и говорил, лишь смочил горло – он оказался не ревностным поклонником винопития. Что и подтвердил словами, постучав ногтем по кувшину:

– Мне это работать мешает. А работаю я всегда и везде. Ну? Как прошла ночка после нашего маленького приключения?

Конан пожал плечами и ухмыльнулся.

– Нормально. Спал как убитый. Под утро пожаловали стражники, выпытывали, высматривали… и вынюхивали – в прямом смысле. Так что спасибо за совет насчет помыться.

– Ерунда,- отмахнулся Вайгал.- Вор вора видит издалека. А как вообще дела в нашем городке?

– Да так,- пожал плечами Конан,- на вино и женщин хватает.

Собеседник киммерийца хмыкнул. Отломил кусочек от лепешки с козьим сыром, отправил в рот, запил глотком вина. Потом произнес:

– Если дела пойдут хорошо, то закончиться это может оч-чень плохо,- внимательно глядя Конану в глаза, с расстановкой проговорил рыжеволосый.- По тому что воровской мир «теней» в Конверуме чужаков не любит… особенно удачливых чужаков. А особенно Аффендос их не любит.

Глаза северянина сузились, пальцы покоившихся на столе рук сжались в кулаки, на скулах заходили желваки.

– Ты что это, пугать меня вздумал своим Аффендосом? Угрожаешь мне?! Да кто он такой, Аффендос-то? – Ярость вскипела в Конане, еще немного – и Вайгалу придется делать выбор между позорным бегством или самоотверженной потасовкой с рассвирепевшим варваром.

– Нет, ты меня не понял. Наоборот.- Собеседник киммерийца сохранял невозмутимость и даже снова, как ни в чем не бывало, принялся отламывать кусочки от сырной лепешки, будто вопроса насчет Аффендоса не слыхал.- Хочу предложить провернуть совместное дельце. Крайне выгодное дельце.

Ярость молодого варвара не сумела еще достигнуть той критической черты, перевалив через которую, уже никакая невозмутимость, никакие дипломатические увертки не возымели бы действия. И тогда коринфиец познакомился бы или с кулаками северянина, которыми так удобно сворачивать челюсти набок, или с его мечом – длинным, тяжелым, остро отточенным. Но – гнев киммерийца пошел на убыль.