Чтение онлайн

И вновь наступает пауза тишины. Кажется, Арай даже дышать через раз может, потому как его грудь практически не вздымается, а лицо кажется настолько растерянным, что начинаю подумывать: а стоило ли вообще заходить с другого конца?

– Я… я… я… – И вдруг начинает заикаться; челюсть дрожит, как и руки,и если бы он не изволил сoобщить, что его убили - горло перерезали, - я бы решила что у старика вот-вот случится инфаркт.

Но тут случается то, о чём я и подумать не могла…

– Юкииии… Моя Юкиии… – одновременно со слезами, брызнувшими из глаз, изо рта pая вырывается пронзительный крик полный боли и отчаяния. – Юкииии… Они убили её. Мою Юкиии… Убилиии!

– Килиан?
– зову тихо, находясь в абсолютном шоке.

– Она была такая красиваяяяя… – ещё громче завывает Арай, всхлипывая и дрожа всем телом. – У неё были ямочки на щеках, а улыбка… Какая же красивая у моей Юки была улыбка… Моя Юки… Наши малыши… Убили… Ублюдки… Мрази! НЕНАВИЖУ! НЕ ПРОЩУ!

– КИЛИАН!

Килиан успевает схватить старика в момент, когда он вскакивает на ноги и уже собирается броситься к прозрачной стене, наверняка желая сбежать отсюда, как можно дальше…

Но от себя ведь не сбежишь.

– Юки… – шепчет едва слышно и обмякает у Килиана на руках, устремляя в пол опустошённый взгляд.

– Как? Как это возможно?
– во все глаза смотрю на Килиана, не в силах поверить в то, что только что произошлo.
– Он вспомнил её… Как он мог вспомнить свою жену?

– Думаю, это и есть, - отвечает мне Килиан, – истинная любовь морта.

– Юкиии… Моя Юки… – горькие слёзы оставляют мокрые дорожки на щеках Арая и, срываясь с кончика носа, падают на белоснежный пол.
– Я не хочу здесь быть… Отпустите меня… Что это за место?.. Что это за проклятое место?!!

Килиан опускает его на пол,и только сейчас я замечаю царапины в том месте, которое Арай с таким упорством скрёб ногтями…

Словно символ какой-то. Очень странный символ. Похоже на солнце в форме тугой спирали, вокруг которой, в стороны, разбегаются лучи.

Но вряд ли это что-то значит. Арай просто не в себе.

***

Меня трясёт. Трясёт так сильно, что зуб на зуб не попадает. Ладони взмокли, дыхание частое и отрывистое, а сердце в груди так сильно колотится, что, кажется, рёбра вот-вот треснут.

– Всё будет хорошо. Не паникуй.

– Ты это уже в десятый раз говоришь.

– А ты паникуешь всё больше!

– Я не паникую! – восклицаю тонким звенящим голосом и круто разворачиваюсь к Килиану.

Чёрт.

Я всё-таки паниую.

Нашла время!

Если сравнивать, то в прошлый раз я и вовсе не нервничала. Слoвно интуитивно понимала, что провал нам обеспечен, а раз так,то и волноваться было незачем.

Сейчас же всё иначе. Сейчас, глядя на распахнутые ворота Тантума и понимая, что – всё, другого шанса точно не будет, у меня внутренности ледяной коркой покрываются, и ум за разум заходит.

– Эмори! – требовательно окликает меня Килиан, потому что я неосознанно отступаю назад.

Нет, так дело не пойдёт. Нужно срочно взять себя в руки! Ведь в скором времени мне предстоит столько всего важного сделать… Даже Арай наконец образумился и, так сказать, перешёл на нашу сторону. Ну, не совсем на нашу конечно, а скорее на более перспективную сторону, где есть возможность переиграть свою ужасную жизнь и начать всё с чистого листа, а если уж совсем повезёт, тo даже снова встретиться с Юки. С единственной, кого Арай помнит из того будущего, которое когда-то было нашим общим.

Это довольно сложно – понять его. И дело не в чувствах постаревшего Арая, а в том, что теперь творится в его голове. Килиан убеждён, что воскресшие в памяти Арая вoспоминания о Юки - ещё не гарантия того, что он вспомнит всё остальное. Вспомнит себя в юности, вспомнит Сэйен и нас с Килианом. Ведь Арай никогда никого из нас не любил по–настоящему, – так, как умеют любить только морты. Однако Килиан уверен и в том, что это и не важно. Главное, что теперь у рая есть цель. А значит, он не опустит руки.

– ТЬФУ! Сколько же здесь рафков! Чтоб вас всех черти раком драли!

Мда… Ещё бы и язык за зубами научился держать.

– Ничего пока не делай, – обращается к нему Килиан и шагает в мою сторону; думаю, для того, чтобы в очередной раз напомнить, что всё будет хорошо и пора заканчивать паниковать, но… Килиан и сам выглядит далеко не так уверенно, как звучит.

– Ты же не станешь снова…

– Нет, - перебивает и сходу заключает меня в крепкие объятия.

Вдох.

Наконец-то я снова могу дышать, а не хватать ртом воздух, словно выброшенная на берег рыба.

Это мне и было нужно.

Этого и не хватало. Его объятия – лучшее лекарство. И ещё лучшее напоминание о том, что я не могу позвoлить себе их лишиться.

– Всё хорошо. Теперь я в порядке, - когда сердце наконец вернулось к нормальному ритму, заглядываю Килиану в глаза и пытaюсь ободряюще улыбнуться. Но, судя по его мрачному лицу, выходит не очень.

– Эмори…

– Нет, даже не думай! – перебиваю резко и с осуждением,точно зная, что он в этот раз собирается сказать.
– Не смей, понял? Не смей со мной прощаться!

Лицо Килиана остаётся неизменным.

Отхожу а шаг назад и хлопаю руками по бёдрам:

– Да какого чёрта вообще?.. Сначала говоришь, что всё получится, а теперь собираешься прощаться?

– Мы не знаем, как изменится будущее.

– Да плевать! – на смену страху приходит злость. – Плевать мне уе, каким оно будет, лишь бы мы с тобой…

И я замолкаю.

Идиотка. Почему звучит так, словно я сама с ним прощаюсь?

Слёзы жгут глаза, и тугой ком стремительно растёт в горле. Утыкаюсь взглядом в землю и медленно считаю от одного до пяти, просто для того, чтобы ни о чём другом не думать.