Чтение онлайн

Я смотрю на фотографию. Моргаю. Нет, он все еще там. Эдвард и леди Гвендолин, выглядящие так, словно только что провели вместе ночь в отеле.

«Так вот почему Гвен так часто приезжает во дворец», - шепчет злой голос у меня в голове.

Эдвард понял, что он потерял. А поскольку я отказалась спать с ним в ночь благотворительного бала лорда Сесила, предпочел искать утешения в объятиях другой женщины. С женщиной, которая одновременно невероятно красива и умна. С той, кто может дать ему то, чего не может дать его жена.

То, что случилось с мамой, случилось и со мной.

НЕТ.

«Будь разумной, Кэт. Ничто в поведении Эдварда не говорило о том, что его влечет к леди Гвендолин. Он искал ее на балу только потому, что с ней были Дерри и министр финансов Морина», - пытаюсь себя успокоить

И все же фотография не может лгать. И Эдвард, и леди Гвендолин слишком узнаваемы, а фотошопа в Ателии не существует. Нельзя отрицать, что он был с Гвен прошлой ночью.

Вторая страница газеты по-прежнему посвящена Эдварду и леди Гвендолин. Да, фотография занимала половину страницы, так что им нужно было больше места для текста. Другой заголовок гласит: «Принц разогревает холодный суп со своей бывшей подругой?»

Репортеры каким-то образом раскопали всю грязь о леди Гвендолин. Как однажды она привлекла внимание Эдварда, но не смогла стать королевой. Есть подробности о том, как она покинула Ателию с разбитым сердцем и утешилась браком с маркизом в Морине, а потом была жестоко разлучена с ним во время революции.

Учитывая репутацию Эдварда, у газетчиков, должно быть, был трудный день.

– Гаа-а-а-а!
– кричит Эдди, плещась в ванне, не обращая внимания на то, что сделал его отец. Нора выглядит так, словно хочет что-то сказать, но не знает, как выразить свое сочувствие.

– Принцесса!
– Мэйбл отчаянно машет руками перед моим лицом.
– Принцесса, не верьте ни единому слову об этом вздоре! Это, должно быть, злой заговор! Его высочество никогда не будет иметь ничего общего с этой женщиной. Любой женщиной.

Я пробуждаюсь от ошеломленного молчания.

– Мейбл, успокойся. Ты расстроилась больше, чем я.

– Но это же просто смешно!
– она шмыгает носом и смотрит на меня блестящими глазами.
– Его высочество никогда бы не завел интрижку. Фотография ничего не значит.

– Я знаю, - я поднимаю руку.
– Нора, я надеюсь, ты успеешь искупать Эдди и уложить его спать. Я буду в комнате, если понадоблюсь.

– Конечно, ваше высочество, - у Норы такой решительный вид, словно она готова горы свернуть, лишь бы сделать свою работу идеально.

Вернувшись в номер, прошу Мейбл и других служанок оставить меня в покое и закрываюсь в спальне. Я бросаюсь на пахнущие лавандой простыни и закрываю глаза. Я не опустошена — скорее шокирована и озадачена, — но слуги суетятся вокруг и смотрят на меня так, словно я вот-вот сломаюсь и расплачусь.

Неужели Эдвард спал с леди Гвендолин после того, как напился прошлой ночью и не знал, что делает? Я отказываюсь верить, что он проявил инициативу. У нас непростые отношения, но это не значит, что он будет мстить, «разогревая холодный суп» с леди Гвендолин.

Я кладу руку на лоб и смотрю на бархатный балдахин. Мы с Эдвардом несколько раз занимались любовью в моей спальне. Я до сих пор помню страсть и жар, которые мы разделили на этой кровати. Воспоминание кажется далеким и бессмысленным. Если он действительно спал с леди Гвендолин прошлой ночью, даже если это было из-за того, что он напился, мне больно.

– Принцесса?

Голос Мейбл звучал неуверенно и испуганно.

Я натягиваю одеяло на голову.

– Кэт, - другой голос, спокойный и озабоченный.
– Можно мне войти?

Я сажусь. Королева прибыла. Мне не хочется смотреть ей в лицо, но поскольку она в комнате, не могу ее прогнать.

Спрыгнув с кровати, молниеносно проверяю свое отражение в зеркале. Если не считать растрепанной прически от лежания в постели, выгляжу нормально.

Я открываю дверь. Королева Изольда пристально смотрит на меня, возможно, удивляясь, что я не плачу, потом кивает.

– Кэт, дорогая. Мы можем что-нибудь для тебя сделать?

«Принести голову леди Гвендолин на блюде».

Я отрицательно качаю головой.

– Я в порядке. Правда.

Провожаю ее к дивану-банкетке, заваленному плюшевыми подушками. Королева кладет «Вечернюю Газету» на сиденье рядом с собой.

– Я слышала, что вы с Эдвардом вчера поссорились возле детской.

Ну да. Как она могла не знать? Мы не ругались за закрытыми дверями, и все во дворце знают, что мы влюбленная парочка. Во время моей беременности слуги сплетничали, что Эдвард обращается со мной как с императрицей.

– Это насчет Эдди, - я смотрю на свои руки, лежащие на коленях.
– Эдвард выселил его из комнаты без моего разрешения.

– Вы поссорились перед персоналом из-за Эдди?
– спрашивает она, приподнимая бровь.

Я объясняю все, что могу. Это звучит мелочно, когда я рассказываю весь инцидент, но когда вспоминаю, как Эдди плакал, его маленькое личико было багровым, а крошечные ножки болтались в воздухе, я не могу сказать, что мне жаль.

Королева на мгновение задумывается.

– Я думала, что ваша ссора может быть связана с этим скандалом с леди Гвендолин. Тем не менее, я не верю, что Эдвард повернется к другой, потому что ты отдала предпочтение Эдди. В свете сложившейся ситуации я предлагаю следующее…

Шаги, торопливые и отчаянные, приближаются к апартаментам. Дверь с силой распахивается. Настойчивый голос спрашивает Мейбл, где я.

Эдвард входит в мою спальню, его пристальный взгляд останавливается на мне, сидящей перед туалетным столиком.

– Между мной и леди Гвендолин ничего нет.

– Эдвард, я…

Он берет мою руку, его хватка крепкая.

– Что бы ты ни задумала, не оставляй меня.

– Не говори глупостей, Эдвард. Я никуда не уйду.

Он притягивает меня к себе. Прижавшись к его груди, чувствую его дрожь. Какая-то часть внутри меня тает. Я не ожидала, что он так испугается, что я потребую развода. Черт возьми, после трудного процесса развода с Катрионой Брэдшоу, Эдвард должен знать, что если я действительно захочу уйти от него, то это будет почти невозможно.

Королева кашляет. Пораженный, Эдвард отпускает меня и поворачивается.

– Мама, прости, я тебя не заметил.

– Вижу, - сухо отвечает она. Она берет «Вечернюю Газету» и показывает компрометирующую фотографию.
– Ты действительно провел ночь с леди Гвендолин?

Эдвард смотрит на нее так, словно она оскорбила его интеллект.

– Я ничего подобного не делал.

– Что случилось?
– спрашиваю я.

– Я не думал, что останусь прошлой ночью. Лорд Дерри пригласил меня пообедать у него. Он сказал, что министр финансов Морина хочет обсудить тарифы на их товары. А я… я плохо себя чувствовала после нашей ссоры и нуждался в передышке вдали от дворца. И все же, когда пил вино на пустой желудок, я знал, что что-то не так. Я больше не мог оставаться в сознании. Наверное, они отнесли меня в комнату, и я ничего не помнил из того, что произошло потом. Когда открыл глаза, я был в спальне, и уже рассвело, - Эдвард сглатывает. Он выглядит огорченным.
– Я был поражен. Я никогда не проводил ночь вдали от дворца, если только не путешествовал. Поэтому встал и нашел свое пальто. Я попросил слуг сообщить Дерри, что больше не могу злоупотреблять его гостеприимством и должен уйти. Когда вышел в гостиную, появилась Гвен. Я не знаю, как она проснулась в то же самое время, но когда она увидела меня, то подошла и спросила хорошо ли я себя чувствую, - Эдвард потирает лоб.
– Я торопился уйти и вышел из дома, даже не заметив, что она последовала за мной. Я споткнулся, и она схватила меня за руку. Когда восстановил равновесие, я стряхнул ее и побежал к лакею. Этот снимок был сделан, когда я потерял равновесие.