Чтение онлайн

– Мне в самом деле нужен компаньон по верховой езде, чтобы он не отставал от меня, – крикнула я ему.

Он улыбался, когда спешивался, и отдал поводья конюху.

– Ты рисковала, когда прыгала через изгородь, Коко. – Бой обошел мою лошадь и помог мне спешиться. – Я позволил тебе выиграть, бесстыжая девчонка. Но я вижу, что только разжег твое безрассудство. В следующий раз мы будем ездить по кругу.

– Объездка лошадей? Да, это тебя вполне устроит.

– Я серьезно. – Он взял меня за руку и повел в замок. – Я не хочу тебя потерять. – От этих слов у меня потеплело на сердце.

Из вестибюля с сияющим полом из древесины грецкого ореха широкая мраморная лестница поднималась на второй этаж. Там находились моя спальня, спальня Этьена и апартаменты Эмильенны, прекрасной Эмильенны, в прошлом любовницы герцогов королевской крови и даже королей. Теперь она стала любовницей Этьена и поселилась в Руайальё, что меня вполне устраивало. Я оставалась подружкой Этьена, его особым другом. Остальные семь спален наверху предназначались для гостей.

Лестницы на третий этаж, где жили слуги, располагались в дальнем конце каждого крыла замка, по одной лестнице с каждой стороны. Мы стояли в вестибюле, слева от нас находился бальный зал, справа располагалась гостиная, за ней салон, потом большая столовая, а за ней более уютная обеденная зона меньшего размера. В задней части замка были кухни и кладовые.

Это был мой дом. Так уверял меня Этьен. Какой же наивной я была. В то утро мы с Боем направились в заднюю часть замка и проходили мимо распахнутых дверей в бальный зал. Я удивилась, увидев, что ковры скатали и поставили лестницы-стремянки. На них стояли рабочие, балансируя на последней ступеньке, и развешивали гирлянды из плюща по всему потолку. В плющ были вплетены цветы и яркие ленты. Цветы украшали и люстры. Я остановилась в проеме дверей и всплеснула руками.

– Как красиво! – воскликнула я, вдыхая сладкий аромат, плывущий из зала. Меня охватило возбуждение. Если это были приготовления к балу, то повод должен был быть особенным.

Бой продел руку под мой локоть и попытался увести меня. Но я как будто приклеилась к полу, разглядывая великолепное помещение с высоким потолком. Солнечный свет лился через ряд двойных стеклянных дверей. По залу сновала армия горничных, вытирая, полируя, расставляя на столах серебряные подсвечники, хрусталь и фарфор. Столы были накрыты белоснежными скатертями, свисающими складками до самого пола.

С громким вздохом Бой выпустил мою руку, и я сунула руки в карманы бриджей. Я позаимствовала их у Боя и обрезала до нужной длины. Когда Бой это заметил, он очень удивился.

– У нас сегодня званый вечер? – спросила я. – Этьен ничего не говорил об этом, и мне нечего надеть. Мне придется одолжить что-нибудь красивое у Эмильенны.

– Коко, – пробормотал Бой, отворачиваясь. – Мне жарко, я устал. Давай посидим на террасе, там прохладно, и попросим принести нам холодной воды и печенья.

Я пошла за ним и поспешила его догнать. Мы прошли мимо библиотеки, потом мимо кабинета Этьена и вышли на террасу. Эмильенна уже была там. Она стояла у балюстрады и смотрела, как конюхи тренируют лошадей.

Я обратила внимание на то, что на ней длинное атласное, туго затянутое в талии платье с пышной юбкой в зеленую и темно-красную полоску, которое мне не нравилось. Это платье она обычно надевала для путешествий.

Волосы она убрала под широкополую шляпу, украшенную традиционным нагромождением искусственных фруктов и цветов. Платье и шляпа были тяжелыми и некомфортными. Одна перчатка уже была у нее на руке, другой она похлопывала себя по ладони. Эмильенна повернулась к нам.

– Ты уезжаешь? – удивилась я и тут же заметила, как они с Боем переглянулись. Что-то между ними происходило. Во мне вспыхнула ревность.

– Когда ты уезжаешь, Эмильенна? – спросил Бой. На меня он даже не посмотрел.

– Не раньше чем через час или около того, – ответила она.

– Хорошо. – Бой подошел к свободному креслу. Это был шезлонг, предназначенный для отдыха и солнечных ванн.

Эмильенна кивнула и направилась к двери.

– Я подожду в библиотеке, – сказала она.

Я посмотрела ей вслед, и когда Эмильенна вышла, я повернулась к Бою и удивленно подняла бровь.

– Это что сейчас было?

Вытянувшись на шезлонге, Бой затенил глаза рукой и странно посмотрел на меня. Он похлопал по месту рядом с собой.

– Сядь со мной рядом, Коко. Нам надо поговорить.

Я услышала напряжение в его голосе. Это было первое предупреждение. Мне показалось, что тень нашла на солнце, но я умела скрывать свои чувства.

– Вы двое деликатны, как фейерверк, – заметила я со смешком. – Вы с Эмильенной неожиданно влюбились друг в друга? Поделись со мной тайной. – Говоря это, я шла к нему, но на полпути остановилась и вместо того, чтобы сесть рядом с ним, устроилась на соседнем кованом стуле, повернув его так, чтобы видеть выражение лица Боя.

Он мгновенно сел и перенес ноги так, чтобы сидеть лицом ко мне. Бой протянул ко мне руки и взмолился:

– Дорогая, пожалуйста, иди сюда.

Я промолчала.

Зажав руки между коленями, он посмотрел мне прямо в глаза.

– Коко… – Я сжалась, услышав его тон. – У нас небольшая проблема. Жена Этьена, графиня Бальсан, приезжает сегодня днем со своим окружением.

– Что? Сюда? – Я вцепилась руками в сиденье стула. Когда я впервые приехала в Руайальё, Этьен ясно дал мне понять, что они с женой живут раздельно, его жена выбрала для проживания Лион и еще ни разу не была в этом замке, всего лишь одном из многочисленных домов Этьена. Я решила, что, как и большинство светских жен, графиня предпочитает смотреть в другую сторону.

Я подтянула ноги к груди, обхватила руками колени и недоверчиво посмотрела на Боя.

– Это правда?

Он кивнул.

– Завтра вечером они с Этьеном принимают гостей. Это будет бал и банкет в честь их племянницы, дочери ее сестры. Как сказал Этьен, девушка только что обручилась.

– Но почему здесь?

Бой пожал плечами.

– Из-за местоположения, я полагаю. Племянница живет в Париже.

А я как же? Мне придется встретиться с его женой? Я была ошеломлена. Следующие слова Боя потрясли меня.

– Ты не пойдешь на бал, Коко. Это непозволительно.

Общество такого не позволяет.

Я услышала голос монахини: «Только хорошим, чистым девочкам разрешено есть, Габриэль».

Мне было больно, я чувствовала себя униженной. Мне вдруг стало холодно и одиноко. Злые слова рвались наружу. Я уже было собралась дать им волю и зло прищурила глаза, когда внутренний голос предупредил меня: если я допущу столкновение наших миров, моего и Боя, между нами все может измениться. И вместо того чтобы разразиться гневной тирадой, я встала, сцепила руки за спиной и подошла к балюстраде, чтобы скрыть слезы, щипавшие мне глаза.