Чтение онлайн

Дамвилля и Телиньи впустили к королю.

– Что с адмиралом?
– крикнул Карл.

– Он отдыхает, Ваше Величество, - сказал Телиньи.
– Он спрашивает, не окажете ли вы ему честь, навестив его, поскольку он не может прийти к вам.

– Я сделаю это!
– заявил король; Катрин поняла, что не сможет остановить сына.
– Я отправляюсь к нему немедленно!

– Ваше Величество, он просит, чтобы вы пришли одни, - сказал Телиньи.

– Мы будем сопровождать короля, - тотчас вставила Катрин, - я и его братья; мы не меньше Карла хотим лично пожелать адмиралу всего самого лучшего.

Карл хотел запротестовать, но Катрин уже распорядилась, чтобы герцог Анжуйский и Аленсонский были направлены к ней; когда все собрались, Катрин устроила так, чтобы их сопровождала группа дворян, являвшихся врагами Колиньи. Поэтому за королем к Рю Бетизи последовали маршал де Таванн, герцог де Монпансье, граф де Ретц и герцог Неверский, а также несколько их приближенных.

Катрин волновалась. Она замечала злые взгляды, которые бросали на ее свиту горожане; она знала, что их ненависть направлена в первую очередь на нее; Катрин различала слово, которое она слышала на протяжении всей ее жизни во Франции, - "итальянка". Королева-мать ощущала недоверие, которое выражало это прозвище. Она слова и снова слышала имя Гиза. Катрин была уверена: если адмирал умрет, гугеноты поднимутся на борьбу с католиками. Люди вслух смеялись над сыном Катрин. Они называли его извращенцем. Убийца! Итальянка! Катрин радовалась, что за ней следовал сильный католический эскорт.

Приблизившись к Рю Бетизи, они обнаружили, что толпа стала более плотной. Она собралась возле дома адмирала словно для того, чтобы защитить его от новых покушений. Это были гугеноты, прибывшие в Париж по случаю свадьбы. Кто мог подумать, что их будет так много? Королевскому дому Валуа, а в первую очередь королю и королеве-матери, угрожала опасность.

Катрин и ее свита прошли через комнаты первого этажа; находившиеся там протестанты демонстрировали не слишком большое почтение к ней.

– Мои друзья, - сказала Катрин, - мы молимся вместе с вами за выздоровление этого великого и доброго человека. Пропустите нас; наш любимый адмирал сам попросил, чтобы мы пришли к нему.

Люди настороженно уступили им дорогу; король прошел прямо к кровати адмирала; опустившись на колени, Карл горько заплакал.

– Ваше Величество, - сказал Гаспар, - вы поступили весьма любезно, придя ко мне.

– О, мой отец, - всхлипнул Карл, - ваша рана причиняет мне нескончаемую боль. Не называйте меня "Ваше Величество". Зовите меня сыном, а я буду называть вас отцом. Клянусь Господом и всеми святыми, что я откажусь от спасения, если не отомщу тем, кто причинил вам страдания... моя месть будет такой, что память о ней не померкнет вовек.

– Не говорите о мести, сын мой, - со слезами на глазах сказал адмирал.
– Я сожалею о том, что ранение лишает меня великого счастья работать с вами.

Катрин остановилась возле кровати; Гаспар заметил ее. Она казалась ему черным стервятником, ждавшим его смерти.

– О, мой сын, - сказал Колиньи, - вас пытаются убедить в том, что я возмутитель спокойствия. Клянусь перед Господом - всю мою жизнь я был верным слугой Вашего Величества. Господь рассудит меня и моих врагов.

– Мой отец, вы не умрете. Я не допущу этого. Я - король... помните об этом.

– Существует более великий король, чем вы, Ваше Величество. Именно он решает такие вопросы. Но я должен поговорить с вами.

Гаспар умоляюще посмотрел на Катрин, которая елейно улыбнулась, отказываясь понять его просьбу.

– Я всегда хранил верность вашему отцу, - сказал Колиньи Карлу, - и буду верен вам. Сейчас я считаю моим долгом - возможно, моим последним долгом - попросить вас не упускать возможность, способную принести спасение Франции. Во Фландрии война уже началась. Вы не должны сохранять нейтралитет; этим вы подвергнете опасности мир в вашем королевстве. Франции будут грозить серьезные неприятности. Очистите ваш совет от слуг Испании.

– Дорогой адмирал, - сказала Катрин, - вы возбуждаете себя. Нельзя это делать; месье Паре велел вам отдыхать.

– Она права, - подтвердил король.
– Вы не должны волноваться, дорогой друг.

– Ваше Величество, вы не должны нарушать ваши обещания. Каждый день нарушаются ваши обещания дать мир нашим провинциям.

– Дорогой адмирал, мы с королевой-матерью исправим это. Мы уже послали наших представителей в провинции для поддержания мира.

– Это верно, господин адмирал, - сказала Катрин.

– Вы знаете, что это правда.

– Мадам, - заявил Колиньи, - я знаю, что вы направили в провинции ваших представителей, которые обещают вознаграждение за мою голову.

– Не волнуйтесь, - сказала Катрин, поскольку король испуганно посмотрел на нее.
– Мы пошлем других, которые будут вне подозрений.

– У вас жар, - Карл коснулся лба адмирала.
– Этот разговор вреден для вашего здоровья. Я сделаю все, о чем вы просите, а вы взамен должны сделать то, о чем прошу я - а именно отдохнуть. Вы обязаны поправиться.

Он позвал Паре и предложил ему принести пулю, ранившую адмирала.

– Я хочу взглянуть на эту подлую штуку, - добавил король.

Пулю принесли, и Карл уставился на нее, подергивая губами. Катрин взяла пулю и взвесила ее на своей белой ладони.

– Такая маленькая вещь принесла столько вреда, - сказала королева-мать.
– Как я рада, что она извлечена. Вы помните, господин адмирал, как месье де Гиз был застрелен под Орлеаном? Конечно, помните. Кто не помнит гибель - по мнению некоторых, убийство - этого великого человека? Тогда доктора сказали мне: несмотря на то что пуля была отравленной, ее быстрое извлечение из тела могло спасти жизнь господина де Гиза.

Король продолжал смотреть на пулю. Он пожелал взглянуть на китель адмирала.

– Это ни к чему, сын мой, - предупредила Катрин.

Но Карл упрямо потребовал, чтобы китель принесли; увидев пятна крови на рукаве, он заплакал.

– Вернемся во дворец, - сказала Катрин.
– Эти слезы не помогут адмиралу.

– Мой отец, - воскликнул король, - вы должны перебраться к нам. Вы получите покои рядом с моими. Я буду ухаживать за вами. Моя сестра уступит вам свои апартаменты. Пожалуйста! Я настаиваю.

Но Гаспар отказался. Он должен выжить. Должен бороться со смертью всеми своими силами, его работа не завершена. В Лувре он может угодить в ловушку. Он не имеет права доверять женщине в черном - итальянке, которая сейчас уговаривает его принять приглашение.

Паре поспешил шагнуть вперед и сказать, что адмиралу нельзя передвигаться.

– Очень хорошо, - заявил король, - я прикажу окружить этот дом вашими сторонниками, отец. Вы будете отдыхать в безопасности, а я тем временем найду тех, кто хотел убить вас, и поступлю с ними так, как они собирались поступить с вами.