Чтение онлайн

Пока все смеялись, Марта сказала: „У нас много места, но и народа много“. Она поправила узел белокурых волос на затылке. „Я положила Ханса вместе с Павлом, а фрау Лютер придется делить кровать с Маргаритой“. Она прикусила в задумчивости губу. „Мартин ляжет на кушетке“.

„А где мы будем спать?“ — спросил голос десятилетнего мальчика откуда-то сверху.

„А вы с Иоанном можете спать в сарае“.

„Вот здорово! — воскликнул он. — Мы столько раз просили тебя об этом, но ты не разрешала. Ура!“

За завтраком Меланхтон сказал: „Только благодаря провидению Божьему мы собрались в этом доме. Я здесь потому, что моя телега сломалась, а вы здесь потому, что ваши лошади пали“. Он положил себе немного бекона с яичницей. „Мы по-прежнему в нескольких милях от Магдебурга, и я думаю, что нам нужно продолжать путь до тех пор, пока мы туда не доберемся. Им нужна моя помощь в распределении беженцев. Наша следующая проблема — как добраться до Магдебурга“.

„Я не вижу никаких проблем, — вмешался Гаулке. — Я отвезу вас в своей телеге после завтрака“.

Магдебург на западном берегу Эльбы был городом-крепостью. Здесь Кати встретила нескольких старых друзей и среди них Георга Майорса, профессора богословия из Виттенберга. В конце дня она с семьей остановилась в роскошном доме сенатора. „Вы можете оставаться здесь столько, сколько хотите, — сказал законодатель. — Доктор Лютер изменил мою жизнь, и я почитаю для себя великой честью помочь его семье“.

Кати с детьми было удобно в новом доме. Ханс и Павел встретили старых друзей из Виттенберга, Маргарита и Мартин хорошо проводили время с соседскими детьми, еды было много, места тоже — и жена сенатора делала все, чтобы они чувствовали себя как дома. Кати только начала расслабляться, как к ней подошел гонец.

„Фрау Лютер, у меня плохие новости“, — сказал молодой офицер.

„Какие?“ — с тревогой спросила Кати.

„Император объявил, что если мы не прогоним всех виттенбергских беженцев, он объявит наш город вне закона“.

Кати оторопела. „Разве Шмалькальдская Лига потерпела поражение?“

„Пока нет. У императора много дезертиров, и многие из его солдат погибли от болезней. Но Лига не сплочена“.

„А Виттенберг пал?“

„Нет, но падет. Из донесений ясно, что герцог Альба беспощаден. Он дал обет очистить империю от протестантов“.

„Как вы думаете, что нам делать?“

„Уезжать“.

„Куда нам идти?“ — голос Кати дрожал.

„Я не знаю. Но я помолюсь, чтобы Бог направил вас. Я тоже протестант“.

После бессонной ночи Кати обратилась к Георгу Майорсу. „Профессор, — сказала она, — нам всем нужно уезжать“.

„Мне тоже сказали об этом. Куда вы хотите отправиться?“

„Есть только одно безопасное место: Дания“.

„Дания!“ — воскликнул Майорс.

„Да, Дания. Это единственное безопасное место. Король Кристиан II истинный протестант. Он любил моего мужа. Он защитит нас“.

„Но Дания далеко, это сто пятьдесят миль к северу! — Он покачал головой. — И кроме того нас отделяют от нее императорские войска. Помните, что армия Нидерландов помогает императору. Да и потом вы не знаете языка“. Он прикусил губу и сделал беспомощный жест. „Вы будете как птица, выброшенная из гнезда“. Он покачал головой.

„Тем не менее Бог хочет, чтобы я отправилась в Данию“.

„Это слишком далеко, особенно для беспомощной женщины с четырьмя детьми! Как друг доктора я должен по крайней мере постараться переубедить вас. Если что-нибудь случится, я не хочу, чтобы это лежало на моей совести“.

„Вы правы, я беспомощная женщина, — ответила Кати с печальной улыбкой. — Это потому, что мне нужен сильный мужчина, который будет сопровождать меня“.

„Фрау Лютер, я согласен. У вас есть кто-нибудь на примете?“

„Да“.

„Кто?“

„Вы!“

„Я?“

„Да, вы! В конце концов вы же сами сказали — я беспомощная женщина. И ваша обязанность помочь мне“.

Майорс был ошеломлен. Он пытался заговорить, но не смог издать ни звука.

„Как профессор богословия вы учили нас, что Бог правит всем, — настаивала Кати, глядя ему в глаза. — Вы действительно верите в это?“

„Да“.

„Тогда покажите мне вашу веру!“

„Когда мы едем?“ — спросил он немного испуганно.

„Завтра, после завтрака“.

Крытая телега с шестью пассажирами без особых приключений добралась до Брауншвейга в пятидесяти милях от Магдебурга. Здесь Майорс нашел комнату для себя и снял дом для Кати с семьей.

Пока Кати отдыхала пару недель, с ними встретился местный сенатор.

„Я слышал, что вы направляетесь в Данию“, — сказал он.

„Это единственное место, где мы будем в безопасности“, — ответила Кати.

„Это так. Но, фрау Лютер, вы никогда туда не доберетесь. Все дороги к северу полны войсками императора. Многие из тех, кто ненавидят протестантов, с удовольствием возьмут вас в плен и отдадут вас с детьми за выкуп. Кто-то из них решится и на более коварные поступки. Люди — это звери“.

„Может быть и так, но я все-таки поеду в Данию!“

Наняв телегу, Кати устремилась на север. Имперские войска были повсюду.

„Я немного боюсь“, — сказал Майорс.

„Не волнуйтесь, Бог поможет“, — ответила Кати.

После нескольких часов пути число солдат возросло, и тогда к югу от Гифхорна Кати заметила имперские цвета, полоскавшиеся на ветру. Сильно испугавшись, кучер сказал: „Фрау Лютер, нам лучше повернуть назад“.

„Нет, поезжай вперед“, — ответила Кати твердо.

„Но…“

„Поезжай!“

Несмотря на войска и телеги, нагруженные оружием и пушками, их телега в конце концов добралась до Гифхорна. Здесь Майорс попытался снять комнату на ночь. Ничего не нашлось. Не было даже мест на полу. Деревня была полна войсками, было много пьяных.

Не имея возможности купить провизию или найти ночлег, боясь, что ее узнают, Кати сказала: „Забудем о Дании и пойдем на юг“.

Следующие недели были наиболее трудными, и Кати с трудом выдерживала. Стараясь избегать мест сражений, она с детьми переходила из деревни в деревню. Везде новости пугали.

„Нападение Филиппа Гесского на имперский лагерь было отражено. Филипп попал в плен“.

„Карл V передал избирательную Саксонию Морису“.

„Иоанн Фридрих был ранен и приговорен к смерти“.