Чтение онлайн

Пыль появилась на юго-восточной дороге уже на закате. Выслушав дозор, Джеррисон "поспешил с докладом к Его Величеству" — в смысле пошел в палатку и сказал: "Похоже, едут".

— Ну, пойдем посмотрим.

Они остановились перед третьей линей постов, чтобы уж совсем не делать глупостей.

Протяжное "Первая рота — к Королю!" повторилось дважды, и наконец с каурого жеребца тяжело спрыгнул полноватый, крепкий и кривоногий мужик совсем не аристократического вида. Он снял с седла средних размеров полированный деревянный ящик, хозяйственно устроил его подмышкой, поправил седые рыжие усы и зашагал к королю. За ним торопливо, сохраняя недовольное выражение на лицах, поправляя мундиры заспешили два офицера дворцовой стражи. Против воли и горя, по лицу Рика разошлась улыбка.

— Дядька Самир!

Названный "дядькой Самиром" кавалерист подошел на уставные три шага и вытянулся, выпятив немалых размеров грудь и расправив плечи. Потом, вспомнив, он с некоторым трудом, перехватив ящик, опустился на колено. Рик следил за этими манипуляциями с постным выражением лица — таким, которым обычно скрывал улыбку.

— Старший сержант Самир Хаттаф, докладывайте.

— Ваше… гхрм… Королевское Величество! Прислан канцлером с государственными регалиями!

— Встаньте, Самир Хаттаф, мастер-сержант. Встаньте, господа. Мы ожидаем Вашей верной службы.

И не дожидаясь, пока конник встанет, король шагнул вперед и обнял его.

— Дядька Самир, как же я рад тебя видеть!

— Так ты это, то есть вы…

Сержант неловко полез за ворот, где на стальной цепочке висел латунный затейливый ключ.

— Давай сюда. — Король забрал у сержанта ящик, и дело пошло веселее.

Ричард открыл ящик — он не был тяжелым, его вполне можно было удержать одной рукой. Корона. Меч. Три печати. Королевское кольцо. Всего ничего — но "по закону и уложениям" это и была Ативерна.

— Дядька, есть для тебя поручение, — Ричард надел кольцо и закрыл ящик, повесив ключ себе на шею. — Вот этот ящик — ты теперь его хранишь. Ибо Мы решили, что ты — достоин.

Сержант поперхнулся.

— И ежели с ним что случится, или с содержимым его — я тебе никогда этого не прощу. Вот эти двое, которые с тобой, они вообще как?

— Да не особо. Больно носы задраны.

— Та-а-к… Господа, подойдите.

Печатая шаг, оба офицера отбили три шага вперед и вытянулись перед королем.

— Та-а-к. — повторил король, пройдясь мимо короткого строя. — Мастер-сержант Самир?

— Я!!!

— Повелеваем Вам привести этих двух офицеров в соответствие с задачей хранения государственных регалий и реликвий. Разрешаю не особо церемониться… Желаете, отказаться от Нашего поручения, господа?

— Никак нет, Ваше Королевское Величество!!!

— Слушаюсь, Ваше Королевское Величество!!!

— Вот так вот. Также повелеваем Вам, хранитель реликвий, отобрать еще десяток человек, из прибывающего отряда и пятого пехотного полка, и подготовить их так же. Задача ясна?

— Так точно, Ваше Королевское Величество!

— Отлично. Господин граф полковник Иртон?

— Да, Ваше Величество?

— Распорядитесь о выделении места сержанту Самиру и его подчиненным.

— Есть. Разрешите исполнять?

— Разрешаю.

Джесс все-таки отошел на десяток шагов, прежде, чем злобно и громко захихикать. Мало что было в армии Ативерны более постоянным, чем вражда линейных полков — и Первой Роты — полка дворцовой стражи. Плюха была знатная, и выдана была ровно за то, за что их и не любили — за носодральство и склонность к показухе.

— Дядька, пошли, немного пить-кушать будем — приобнял за плечи своего воспитателя король — Расскажи мне, как отец умер? Все темнят…

— Да как-то мутно, что-ли. Я не на дежурстве был, а тут вдруг…

Как-то у Рика так ловко вышло, что весь остальной рассказ сержанта слышал только он.

— Чертова традиция, — вполголоса пробурчал барон Нивель, первый из "попавших" офицеров.

— Радуйтесь, барон, что это хотя-бы военный. — Философски заметил ему виконт Эльтан, второй "хранитель" — Эдоарду Пятому, кажется, реликвии везла дворцовая повариха — ибо именно она по записям тогда оказалась самым часто видевшим Его Величество человеком…

День закончился, и после совещания с командирами рот и прибывшего отряда, король и командир остались в командирской палатке… Попытаться уснуть. Выступление было назначено на утро.

— Слушай, Джесс…

— Что?

— А ведь это отец все сделал. Это же не я.

— В смысле? Ты о чем?

— Я ничего ж не знал — а курьера уже отправили. У меня даже конь чужой — а мне уже дядьку Самира, с короной и сундуком, и подразделение для охраны. Я только еду — а все уже сбегаются присягать…

— Сплюнь, что все хорошо идет. Или вон, по голове постучи — мне, например, сердце вещует, нахлебаемся еще!

— Себе постучать или тебе?

— Обоим, блин!

— Да я вообще не о том! Он… он даже из могилы за нас подумал.

— Он был — Король.

— А я?

— А ты — есть Король. Я в тебя верю. Правда.

— А если разуверишься?

— Тогда останется мой друг Рик. Который, конечно, бывает редким занудой — но что теперь делать? Помнишь, разговор о том, кому можно бы написать?

— Ты меня успокаиваешь, что-ли?

— Ну да. Давай спать, а?

— Рик?

— Чего тебе?

— А теперь ты на Анелии женишься?

Возникла длинная пауза.

— Тебе какой вариант ответа — придворный или короткий?

— Короткий.

— Альдонай его знает. Посмотрим, что и как у нас будет — договор-то не подписали.

— А придворный?

— Мы сообщим Вам, граф Иртон, о своих решениях в угодные Нам сроки.

— Как явит себя воля Вашего Королевского Величества.

— Альдоная мать, как же мне погано, Джесс…

— Ты, раз уж все равно не спим, уверен, что сержант — справится? Он уже ведь совсем не молод.

— Знаешь, мне как-то все равно. Я все равно даже верить не хочу, что он с чем-то не справится. И оценивать его не хочу. Помнишь, мать как-то нас решила голодом воспитывать?

— Забудешь такое…

— Так вот, это он нам хлеб с мясом с кухни воровал.

— ?!

— Вот так.

— Ты знаешь, что мы с тобой ведем себя как два оруженосца, которые впервые не дома ночуют?