Чтение онлайн

После ряда манипуляций из зеркала смотрел на меня спесивый идиот, с совершенно тупым, ничего не выражающим, оловянным взглядом. Ложась спать, удовлетворительно решил, что завтра же проведу испытания своей новой социальной роли.

Явившись на следующий день на факультет, я застал всех монарших студентов. Оказывается, несколько раз в год числящиеся учащимися монархи были обязаны присутствовать на занятиях. Что-то вроде сессии у студентов-заочников. Впрочем, в мире магии можно было мгновенно переноситься на любые расстояния и многие студенты проводили в университете большую часть времени.

Проверю-ка я новую методику. Я принял надменный вид и обвел всех своим оловянным взглядом. Подействовало? Подействовало. Хихикающие и перешептывающиеся монархи, прям как детишки в перерыв, мгновенно притихли, заерзали.

А граф Ле Тун, эта обнаглевшая эльфийская скотина, направил в меня заклятие.

— Граф, — мой голос был холодным и официальным, — вы собираетесь вторично дуэлировать с мной?

Эльфийский граф оказался в затруднении. Он встал, покраснел и, превозмогая свою гордость, выдавил:

— Ваша светлость, я нечаянно.

За нечаянно бьют отчаянно. Я подумал, вбил в него свой взгляд:

— Хорошо. Но взамен, студент Ле Тун, вы прослушаете курс темной магии, который специально прочитает вам граф Андреас Кольваер.

Эльф открыл рот, собираясь возразить, но я добавил деревянным голосом:

— Или дуэль.

Ле Тун так и застыл с открытым ртом.

— Господа! — сказал я тоном строгого официального обвинителя, знающего, что все мыслящие существа априори виноваты и не наказаны лишь из-за халатности ленивого судьи, — вчерашняя дуэль и ваше текущее ветреное поведение подсказывают мне о возможности частых столкновений вас со мной. Что же, я с удовольствием. Дамы тоже могут не стесняться, долго мучатся не будете. Посему предлагаю вам продумать вопрос финансирования строительства арены поединков рядом с главным корпусом. А то у меня нет времени ходить на улицу Медников, — пояснил я. — а так, минута на ссору, минута на дорогу, полминуты на дуэль, а затем я иду работать дальше, а вы готовитесь пышно хорониться.

Обвел взглядом монархов. Те почему-то не обрадовались моему предложению. Скупятся на траты? Ничего, все равно вытрясу.

Я гордо прошел в деканат. А затем наступила приведенная уже сценка с виновниками ночного дебоша. Граф Род и граф Ленд ушли сразу, а Антуанетта и Клария задержались в рекреации (по-моему, специально). Когда я на минутку подошел к ним, приставать ко мне они не решились, только соблазнительно улыбались и томно вздыхали. Но я гордо проигнорировал все симптомы женского коварства и вернулся в деканат, где разобрал еще кое-какие дела, и вспомнил о Грише. С виноватым видом рванулся в мастерскую, ожидая волны недовольства и со стороны заказа (Гриши) и работников (мастеровых).

Оказалось, зря дергался. Мастеровые израсходовали часть золотого (примерно семь серебряков, как они отчитались) на дополнительные работы и укрепили скелет бронзовыми скрепами, а на ребрах они вообще выложили целый узор из позолоченной бронзовой проволоки, и теперь грудная клетка походила на богато украшенный панцирь, что Гриша гордо мне продемонстрировал. Я заметил, что после визита к некроманту всего за одну ночь его кости посвежели, пропала желтизна, они стали выглядеть, если так можно выразиться, здоровее и даже чуть ли не толще. Конечно, свою роль сыграли усилия мастеровых. Они починили все сломанные кости и восстановили суставы, покрыли гипсом и лаком весь скелет. Но вклад графа Андреаса все равно был заметен.

Оглядел Гришу со все сторон (тот с удовольствием вертелся, как модель на подиуме), с чистой душой отдал оставшиеся серебряки, объявив, что это премия за хорошо и с выдумкой выполненную работу. Мастеровые тоже так считали и поэтому не стали спорить по поводу колоссальной (по их оценкам) и мизерной (по моей) оплаты.

Расстались довольные друг другом. Любуясь свежеотделанным скелетом, я едва не забыл своей вчерашней мысли одеть его, а то ходит голый, просто неприлично. Конечно, после работы мастеровых его не стыдно было показывать, но все равно... Что мне пары серебряков жалко?

Зашли в первую попавшуюся лавку, торгующую одеждой и обувью. Хозяин, увидев вельможу и некробиотическое существо, побледнел почти до уровня графа Андреаса и, похоже, вознамерился упасть в обморок. Судя по уровню товаров, среди покупателей здесь преобладали среднестатистические горожане и мелкие дворяне. Появление знатного феодала (знатный, следовательно, могущественный маг) означало большие неприятности, ибо спесивые вельможи сами одежду не заказывали и, тем более, не одевали слуг. Он же не знал, что я из голоштанной Совдепии и впервые дворян в живую увидел, попав в Морею. А уж наличие скелета означало, что я некромант и убить человека мне, что нос прочистить.

— Э, — грубо сказал я, поддерживая свою репутацию, — не вздумай падать в обморок, в зомби превращу.

Хозяин побледнел еще больше. Я оказался не прав, посчитав вчера бледность некроманта неестественной для живого человека. Оказывается, и живые люди могут достигать подобной консистенции.

— Мне нужно одеть моего Гришеньку, — ткнул я рукой в скелет, решив больше не накалять обстановку, — оплачу по-королевски.

Последняя фраза была сказано специально. Услышав о деньгах, торговец слабо улыбнулся, не совсем веря, что я буду расплачиваться — проще отнять, — но начал двигаться. Грише подобрали роскошную шляпу, типа ковбойской, плащ, расшитую серебром черную рубашку, простонародные джинсовые штаны (дворянам их носить было нельзя — реноме!), ботинки дорожные, ботинки комнатные, постельные принадлежности. Набежавшая обслуга подогнала одежду под размеры скелета, а в обувь нашили вставки, чтобы ноги не болтались.

Я удовлетворенно осмотрел Гришу. В одежде он почти походил на человека. Особенно со спины. Гриша, вертясь перед зеркалом, тоже был доволен. Я услышал цену — полтора серебряка. Наверняка хозяин вставил в нее свой испуг, но я ему простил его недостаток. И даже не стал брать сдачу с двух серебряков. Дворянин, особенно знатный, такими мелочами пренебрегал. Вот как!

В деканате Гриша облюбовал большой шкаф, почти пустой, с некоторым количеством каких-то бумажек, зачем-то стоявший на моей половине и принялся в нем обустраиваться. Мусор выбросили. Гриша подмел, забрал все вещички и закрылся, давая понять, что жаждет отдыха. Некробиотическим существам тоже была нужна передышка, хотя сном ее назвать трудно.

Я не стал ему мешать, решив немного почерпнуть информации о понравившейся мне Даре. Клавдия Николаевна поняла меня с полуслова. Она усмехнулась и пояснила, что фон Франкенштейнов всего три и все они женщины.

— Три сестры? — не понял я.

— Нет, — замялась Клавдия Николаевна, — они родственницы, но не сестры и вообще не состоят в родстве.

Я покрутил своими извилинами, пытаясь разобраться в путанице понятий. Родственницы, но не в родстве.

— У них разные матери? — сделал еще одну попытку я.

— У них как бы и матери нет, — осторожно подхватила нить разговора Катенька, — ваша светлость, вы лучше поговорите с ее императорским величеством. А то как бы нам не попало за такой разговор, мы слишком незначительные фигуры, если кто-то обидится, узнав откуда идет информация, раздавит, не прилагая никаких усилий.

Клавдия Николаевна молча кивнула, подтверждая ее слова. Я было хотел высокомерно заявить, что могу из защитить и даже открыл рот, но потом, образумившись, закрыл. Чем и как я буду их защищать? И потом, зачем мне сведения о Франкенштейн? Тебе станет теплее, если узнаешь, как родственники не состоят в родстве? Сиди и занимайся своими непосредственными заботами. А всякие глупости уже не по твоему возрасту.