Королевство двоечников
Шрифт:
А любопытствующие продолжали собираться, чтобы поглазеть на смешных и нелепых стражников, и на троих детей никто просто не обращал внимания.
Так ребята, совершенно незамеченные, стремглав выскочили за ворота. Там они и принялись дожидаться Кирю. Тот вскоре появился в сопровождении аплодисментов горожан и злых взглядов запыхавшихся стражников. Они, может быть, и схватили бы этого веселого нарушителя порядка, но уж слишком устали от неожиданной зарядки.
Весело хохоча, компания удалялась прочь от слишком уж гостеприимного города под названием Добро Пожаловать.
– Киря, а почему ты наш мир назвал волшебным? – спросил Егор. – Ведь это была песня из нашего мира!
– Ну, да, из вашего, – сказал Киря. – А почему ты думаешь, что твой мир не волшебный?
– Потому что он обыкновенный, – Егор пожал плечами. – Чего в нем волшебного?
– Ну, очень много чего! – сказал музыкант. – У вас столько волшебных вещей, которых нет даже в волшебном мире! И автомобили, и ракеты, и эти… компьютеры…
– Это верно! – сказала Янка. – У нас всего этого нет!
– Просто волшебство бывает разное, – пояснил Киря. – Так что для нас ваш мир – Волшебный. Так же, как и наш мир – для вас…
Егор слегка запутался в рассуждениях Кири. Но мысль о том, что он живет в самом настоящем волшебном мире, ему понравилась.
Глава двенадцатая
Про одинокого учителя и зловещую неожиданность
Они шагали по пыльной дороге, и город медленно таял вдали. Всем был хорош этот город, только вот с учителями в нем был непорядок. Наверное, не так просто найти Настоящих учителей.
Так про себя рассуждал Егор.
Хотя, если подумать, то Ирина Васильевна – очень даже настоящий учитель! Она и двойки ставит за дело, ну а если пятерку в журнале выведет – то значит, это самая настоящая пятерка, заслуженная! Впрочем, вон, и физкультурник Иван Михалыч, и завуч Людмила Аркадьевна – тоже очень даже Настоящие учителя. Только понимать это начинаешь, почему-то, только оказавшись далеко-далеко от родной школы…
Егору вдруг так сильно захотелось снова оказаться на своей задней парте, в своем классе своей тринадцатой школы!
Но под ногами была лишь пыльная дорога, и куда она ведет, Егор не имел ни малейшего представления…
– А как мы попадем в наш мир? – спросил Егор у Кири.
– Что? – встрепенулся Киря.
Казалось, музыкант просто спал на ходу, и слова Егора его разбудили.
– А… – сказал Киря. – Погоди, сначала мы доберемся до одной деревушки. Там я кое-что спрятал на всякий случай. Вот это «кое-что» нам и понадобится, чтобы перепрыгнуть из одного мира в другой.
– А-а… – тоскливо протянул Егор. – Ну, пойдем…
Он уже устал идти. Янка и Андрейка тоже очень устали. Киря заметил это, улыбнулся и снял с плеча свою лютню. Сыграв пару аккордов, он запел:
Ничего на свете лучше не-етуЧем бродить друзьям по белу свету…– Киря, ты что, знаешь и эту песню тоже? – воскликнул Егор. – Она же из нашего мира!
Киря рассмеялся:
– Это в вашем мире так думают. На самом деле ее придумали трубадуры…
– Из мультика? – поразился Андрейка.
– Не-а, – помотал головой Киря. – Из совсем другого мира. Я был там однажды и принес оттуда много хороших песен. А хорошие песни сами путешествуют между мирами, пока не найдут того, кто захочет их спеть. Вот и в вашем мире кто-то решил заново придумать эту песню… Но что мы болтаем? Давайте лучше споем!
Под веселые песни бродячего музыканта идти было куда легче. И друзья сами не заметили, как вышли к небольшой деревушке, прижавшейся к краю дороги.
– Нам надо зайти к учителю, – сказал музыкант. – Я у него храню свои маленькие сокровища. Потому что он мой большой друг…
– Учитель? – спросила Янка. – А он учитель чего?
– Всего! – таинственно сказал Киря. – Здесь он на всю округу единственный учитель. Зато он – Настоящий!
Киря привел друзей к маленькому покосившемуся деревянному домику под черепичной крышей. У двери висел потемневший от времени колокольчик. Киря позвонил в него раз, другой.
– Сейчас! – донесся из-за двери скрипучий голос.
Потом раздался какой приглушенный грохот, вскрик.
– Что это там такое? – испуганно спросила Янка.
– А кто его знает! – махнул рукой Киря. – Все, что угодно. Учитель Манож вечно что-нибудь придумает…
Щелкнула щеколда и дверь отворилась. Из темноты на них с любопытством выглянул пожилой человек – с длинной седой бородой и такой же седой, но все еще густой шевелюрой. На носу Учителя были очки – старые, со сломанными и перевязанными бечевкой дужками и одним треснувшим стеклышком.
– Киря! – обрадовался Учитель. – Решил-таки заглянуть ко мне после очередного путешествия? И что это за юные спутники у тебя? Неужто, тоже бродячие музыканты?
– Ну, у них все впереди, – усмехнулся Киря. – Может, и музыкантами когда-нибудь тоже станут.
– Ой! – спохватился Учитель Манож. – Что же я держу вас в дверях? Проходите, проходите в дом скорее!
Гости зашли в темное помещение. Егор тут же споткнулся обо что-то лежащее на полу. Он присмотрелся: весь пол был усыпан книгами.
– Полез на верхнюю полку за одной книжкой, – пояснил учитель Манож, – и вдруг вы позвонили. Я заволновался, закачался, и все рухнуло. И я тоже рухнул. По всем законам физики…
Учитель рассмеялся, поглаживая ушибленный, наверное, при падении бок.
– Ты, Киря, наверное, за своими вещами зашел? – спросил учитель. – Так я их сейчас принесу…
И, скрепя половицами, направился в другую комнату.
– Спасибо, – сказал Киря. – Как вы поживаете, учитель Манож? Как ваша школа?
– Школа? – грустно сказал учитель, возвращаясь с небольшим свертком в руках. – Плохо. Половина учеников подалась в город, и еще некоторые уже подумывают об этом. И я их понимаю: в Школе Умников хорошо кормят, а у меня на обед только домашние задания. Кому это понравится?