Чтение онлайн

— Сколько тебе было лет?

Он вздыхает.

— Семнадцать. Королевский Совет не терял времени, планируя мою коронацию, и меня возвели на трон на следующий день после их смерти.

— Мне жаль. — Я прижимаю руку к ноющему сердцу. — Никто не должен терять родителей в таком юном возрасте. — Я делаю глубокий вдох, зная, что Каз — болезненная тема. — Столько же лет было Казу, когда его родители погибли, но их убили кровавые призраки, прошедшие через портал.

Он продолжает опираться подбородком на руку, его глаза отражают пламя, потрескивающее в камине.

— Когда наша светлая половина умирает, эта смерть отражается в нашем мире, так или иначе. Что касается смерти наших матерей, это просто несчастливое совпадение.

Хотя он пытается это скрыть, в нем живет глубокая печаль, та же печаль, что тяготит Каза. Скорбь, объединяющая их, осознают они это или нет.

Может быть, они более похожи, чем просто внешне.

— Мне очень жаль, Каспиан. Мне жаль твоей потери. — Я отодвигаю тарелку, потеряв аппетит.

Он мычит, глядя в огонь.

— Знаешь, ты первый человек, который выразил мне соболезнования.

— В каком смысле? Прошло ведь больше трех лет, разве нет?

— Да, что ж, я никогда не мог показать миру свою скорбь, не так ли? — Он опускает руку с подлокотника, откидывая голову на высокую спинку стула. — Все считали, что их смерть никак меня не затронула.

Я качаю головой.

— Но скорбеть по родителям нормально, кем бы ты ни был.

— Если только ты не король Багровой Долины. — Каспиан делает долгий, дрожащий выдох. — В детстве мне никогда не позволяли проявлять слабость. Меня били, если я плакал, поэтому я научился скрывать свои эмоции в юном возрасте.

— Ужасно. — Это объясняет, почему он так хорошо умеет превращать свое выражение лица в холодное безразличие.

— Но это необходимо, — говорит Каспиан. — В этом мире тебя сожрут заживо при первом же признаке слабости. Если бы кто-то увидел мое горе, они бы воспользовались этой возможностью, чтобы захватить монархию и подвергнуть риску мою выжившую семью. Это означало бы конец Дома Незара — а значит, и конец светлых Незара в вашем мире тоже.

Я смотрю на свои пальцы, сплетенные на коленях.

— Ты можешь показать свое горе мне. Все в порядке.

Каспиан издает невеселый смешок.

— Скорбящий мужчина непривлекателен. — Его выражение лица быстро становится серьезным. — Тебе не нужно видеть эту мою сторону.

— Но я хочу видеть эту твою сторону. — Когда я встаю на ноги, стул скребет по полу подо мной. — Это самое откровенное, что ты мне рассказал с нашей встречи, и это потому, что ты достаточно доверяешь мне, чтобы быть уязвимым.

С осторожностью я приближаюсь к Каспиану в противоположном конце длинного стола, проводя рукой по деревянному краю. Он наблюдает за мной, и с каждым моим шагом его защита поднимается все выше.

Я не хочу, чтобы он снова воздвиг между нами стену, поэтому, когда я подхожу к нему, я кладу руку ему на щеку.

— Не делай этого. Не отгораживайся от меня.

Сухожилия на его шее напрягаются, когда он застывает под моим прикосновением.

— Доверие должно быть взаимным, помнишь? — говорю я. — Я открылась тебе насчет своей болезни, и ты был добр ко мне. С чего ты взял, что я не сделаю того же?

Его плечи расслабляются, когда он опускает защиту. Но когда она падает, передо мной предстает сломленный человек. Весь мой гнев на него, моя вина, моя ревность исчезают, пока мы молча смотрим друг на друга.

Каспиан закрывает глаза и прижимается к моей руке.

— Я никогда не оплакивал их смерть. Я просто… — Его кадык дергается, когда он сглатывает, но в его голосе слышна неоспоримая дрожь, которая удивляет меня.

— Эй, все в порядке. — Я сажусь на подлокотник его кресла и обвиваю руками его шею. — Все в порядке.

Он зарывается лицом в мою грудь, вдыхая мой запах, а я провожу пальцами по его густым темным волосам.

— Ты можешь показать свою слабость мне, — бормочу я, касаясь губами его макушки.

Он поднимает взгляд, открывая единственный след от слезы на щеке, который я вытираю кончиками пальцев.

— Бри… — шепчет он с тоской, его глаза ищут мой взгляд. Он притягивает меня к себе на колени и прижимает к себе мертвой хваткой. — Бри, — повторяет он, тихо вздыхая.

Каспиан зарывается лицом в мою шею, касаясь губами моей челюсти.

Я колеблюсь лишь секунду, прежде чем встретить его рот, касаясь его губ своими в нежном движении.

Наш поцелуй начинается медленно, мы с осторожностью исследуем друг друга. Это сторона Каспиана, которую я никогда не видела, и я слой за слоем снимаю остатки его затвердевшей внешности, пока не добираюсь до его самого сырого, самого истинного «я» в центре.

А под маской — испуганный юноша, несущий на своих плечах вес всего мира, и ему не с кем разделить это бремя.

Его руки обвивают мою талию, одна скользит вверх по спине, притягивая меня ближе к его твердой груди. С резким вдохом его губы движутся с большей настойчивостью против моих, словно он хочет поглотить меня целиком.

Он не просто хочет меня. Он нуждается во мне. Отчаянно.

Я издаю стон и прижимаюсь к нему всем телом, вкладывая всю себя в этот поцелуй. Все, чего я жажду, — это большей близости, чем та, что у нас есть сейчас, соединить наши тела еще теснее, если это вообще возможно.

Я хочу раствориться в нем.

Он подхватывает меня на руки и встает, отшвыривая стул ногой назад. Позади меня он смахивает со стола всю еду и приборы, с грохотом отправляя их на пол. Он усаживает меня на край стола, мои ноги раскрываются по обе стороны от него.

Никогда еще мужчина так не брал надо мной контроль. Желание взрывается во мне, зажигая пульсирующую потребность внизу живота. Его бордовые глаза встречаются с моим взглядом, когда он смотрит на меня сверху вниз, его лицо омрачено чистой похотью.

Когда я смотрю на него снизу вверх, я забываю обо всем: о своей верности Казу, о нашей ссоре, о том, что я чужая в этом мире. Я не могу придумать ни одной причины не хотеть его.

Все, что я знаю сейчас, — я готова к тому, чтобы он увел меня туда, где я никогда не была.

Он проводит руками по моим бедрам, поднимаясь к животу.

— Тебе нравится дразнить меня этим прозрачным платьем?

Не в силах вымолвить ни слова, я киваю, тяжело дыша, как кошка в течке.

Каспиан проводит руками по моему торсу к груди.