Чтение онлайн

– Как вы сказали?

– Коупом.

– Впервые слышу… - увидев, что она не смотрит, я вздохнула. – Впрочем, не важно. Спасибо, что сообщили.

Натянуто улыбнувшись, женщина кивнула, а затем решительно встала и ушла.

Был полдень вторника, когда он пришел, чтобы встретиться со мной и поговорить. Я поздоровалась, выслушала довольно скучную семейную легенду, объясняющую его внезапное появление, и поняла, что готова уехать отсюда с кем угодно и куда угодно.

– Есть нечто, что ты должна знать, - сказал дядя, садясь на лавочку и разворачивая к себе мое кресло.

Стало любопытно. Стараясь не смотреть на него, я все же отметила, что он чем-то похож на моего отца: высокий, светловолосый, с резкими, но довольно приятными чертами лица. Хотелось отбросить осторожность и просто радоваться возможности избавиться от ненужности и одиночества.

Улыбнувшись при виде нетерпения, которое отразилось на моем лице, мужчина достал из кармана тонкий кинжал и начертил в воздухе овал.

– Смотри внимательно…

Словно повинуясь его словам, края овала вдруг вспыхнули небесно-голубым сиянием и воздух наполнился горьковатым ароматом полыни. Это было очень красиво и страшно. Затаив дыхание, я не шевелилась, боясь спугнуть чудо, а потом… Воздух в мерцающей оболочке подернулся рябью и застыл.

Белые башни пронзали закатное небо. Сказочный яблоневый сад топил замок в розовом сиянии. Леса… Бескрайние просторы зеленых лесов и желтых, с цветочным вкраплениями, полей. Что-то давно забытое, шевельнулось в моей душе. Я точно знала, что уже видела это однажды и очень любила. То была какая-то другая жизнь, нечто настоящее, реальное, чудесное.

– Что это?
– спросила я, с неохотой отрывая взгляд.

– Твой дом.

– Как туда попасть?

– Очень просто. У меня есть ключ, - он небрежно вынул из кармана круглый золотой медальон.
– Одень его и сможешь вернуться. Не бойся, там ты будешь здорова и даже счастлива, если захочешь.

Дрожащей рукой, я взяла с его ладони сияющий круг. Свитый в кольцо дракон, смотрел на меня холодным рубиновым глазом. Внезапная боль огнем обожгла грудь. Расстегнув воротник, я достала тоненькую цепочку с серебряным крестиком, и удивленно нахмурилась, поскольку никогда его не замечала.

– Если хочешь попасть туда, - дядя указал на чудесную картину в сияющем овале.
– Это придется снять.

Я нерешительно посмотрела на маленькое распятие и почувствовала, что не расстанусь с ним за что на свете. Стало страшно. Хотелось спросить, что происходит, но когда наши взгляды встретились, слова застыли в горле.

Он сидел, ласково улыбаясь, а я видела лишь сотни маленьких тел, разбросанных у его ног. Тысячи детей, совсем маленьких, новорожденных… Посреди них была лишь одна взрослая рыжеволосая девушка, так похожая на…

«Дайна!» - вспомнилось имя женщины из увиденного в невременье кошмара.

Швырнув прочь медальон, я загородила лицо руками и в ужасе закричала.

Миэль стоял надо мной бледный и сосредоточенный. Я жадно хватала ртом воздух, а крик все еще стоял в ушах. Ужас от пережитого и увиденного застилал сознание непроницаемой пеленой паники. Что это было? Сон или явь? Каждый миг прожитой жизни отпечатался в сознании так же отчетливо, как и собственное прошлое...

– Иди в комнату, Лирамель, - сдержанно сказал князь, рывком подняв меня с пола.
– На сегодня все.

Не найдя в себе сил ответить, я спустилась вниз и побрела по коридору. Ноги все еще плохо слушались, и чтобы не упасть, приходилось держаться за стену. Было очень непривычно передвигаться без помощи инвалидного кресла и ощущасть власть над телом…

Толкнув дверь, я без сил упала на кровать. Меня била дрожь, каждая клеточка плоти налилась свинцом. Мучительно хотелось спать, но страх был сильнее: как только усталость закрывала веки, передо мной возникали жуткие картины. Казалось, из рук ускользает какая-то ниточка, что-то важно, непонятое… Та женщина на скале, мужчина, назвавшийся моим дядей, ужаснее видение, перекошенное от злости лицо Миэля… Могло ли все это быть как-то связанно или было рождено его черной властью?

Подложив под голову подушку, я устало бросила взгляд за окно. Садилось солнце, небо стремительно темнело, меняя алые краски на темно-синие. Следуя за уползающими к горизонту отблесками заката, зажигались звезды. Судя по всему, с момента, как я покинула комнату, прошло всего несколько минут, а для меня они стали годами… Закутавшись в одеяло, я сжала в ладони крестик и, не смыкая глаз, пролежала так до самого рассвета. Лишь когда тьма в комнате сменилась призрачной серостью, удалось, наконец, уснуть.

Разбудил меня резкий щелчок. В страхе сев на постели, я оглянулась на дверь. В комнате никого не было, а на столике стоял завтрак. С трудом поднявшись, заставила себя через силу проглотить терпкий горячий напиток и съесть ломтик мяса. Надо было жить, хотя после того видения, я стала сильно засомневаться в собственных силах. Никак не думала, что Миэль способен на подобные вещи. Как говорил Карл, было опасно недооценивать врагов. К сожалению, еще более опасным оказалось переоценить самое себя.

Князь зашел ровно в тот же час, что и накануне, и, с улыбкой спросив, как я провела ночь, увел за собой. И опять глоток воды, и небо, уходящее вдаль. Черный водоворот с шипением сомкнулся…

– Твой выбор!
– послышался вдогонку зловещий бархатный шепот.

Стояло знойное лето, и солнце заливало белый город расплавленной медью. На бледно-голубом небе не было ни облачка, а ветер, казалось, застыл над полями, бросив невидимый якорь в высохшие колосья хлебов.

Подойдя к окну, я взглянула вниз. Издалека виднелась городская площадь и дорога, ведущая к воротам. Город находился в осаде больше месяца - остатки гарнизона из последних сил держали оборону. Помощи ждать было неоткуда. Бартайота давно лежала в руинах, все деревни были сожжены, а люди убиты. Миэль не брал пленных, они ему не требовались. Нам осталось не больше суток. Генерал Морлот уговаривал оставить город, но я отказалась. Бежать не имело смысла. Я пожинала плоды своего отказа - такова была его ужасная цена.