Чтение онлайн

– Погоди-ка… – Брунгильда вдруг поднялась, прислушиваясь. Из-за двери доносился приглушенный гул, будто гудел растревоженный улей. Топот ног, лязг и грохот, отрывистые выкрики. – Что за?..

Она распахнула дверь и высунулась в коридор. Я робко выглянула из-за ее костлявого плеча. То, что предстало нашим глазам, повергло в шок.

По переходам метались взмыленные слуги, столбом стояла пыль. Люди носились как угорелые, таская и передавая друг другу какие-то свертки, коробки, сундуки. Звенели ключи, грохотали решетки, хлопали двери. Все вокруг закипело и забурлило, словно растревоженный муравейник.

– Что стряслось-то, госпожа Брунгильда? – робко спросила я, озираясь в полнейшем ошеломлении. – Уж не пожар ли часом?

Экономка смерила меня уничтожающим взглядом и отрывисто бросила:

– Типун тебе на язык, дуреха! Господа студиозусы пожаловали, вот что. Великие отпрыски славных магических родов изволят прибывать.

Подхватив юбки, я со всех ног помчалась за экономкой. Мы пролетели по анфиладам и галереям, ловко лавируя в толчее. Мимо проносились серые робы, мелькали напряженные лица. Все спешили и толкались, торопясь скорее попасть во двор.

Наконец мы вывалились из дверей черного хода и очутились в просторном внутреннем дворе. Солнечный свет резанул по глазам, прохладный ветер ударил в лицо. Я на миг зажмурилась, а когда открыла глаза…

Боги, какое зрелище! Двор был запружен народом, словно площадь в базарный день. Слуги всех мастей выстроились в две шеренги, образуя живой коридор. В руках они держали корзины с цветами, подносы с угощениями, кувшины с вином. Ливреи сверкали золотыми галунами, начищенные бляхи слепили глаза.

А у парадного крыльца, разодетые в пух и прах, гордо красовались преподаватели Академии. Длинные мантии сияли шелком и бархатом, пышные береты были украшены перьями и самоцветами. Магистры держали жезлы и скипетры, увитые лентами факультетских цветов. Прямо дух захватывало от этакой пышности и великолепия!

В центре стоял сам ректор Дагмар – величественный старец с черной бородой, в переливчатой мантии с гербами Академии. Золоченый венец покоился на его челе, излучая мягкий зачарованный свет. Рядом замерли двое его ближайших помощников – Магистры Высших Энергий лорд Бэрроу и лорд Уиллоуби. Оба – представители древнейших магических династий, сильнейшие чародеи и опытнейшие наставники.

Лорд Уильям Бэрроу, декан факультета Огня, был высок и поджар, с пронзительным хищным взглядом и резкими чертами лица. Его мантия полыхала всеми оттенками пламени, от нежно-алого до жгуче-оранжевого. А вычурный берет украшал золотой феникс – символ бессмертия и возрождения.

Лорд Освальд Уиллоуби, глава факультета Воды, полная ему противоположность – приземистый, мягкий, округлый, с обманчиво-добродушной улыбкой и по-рыбьи влажными глазами. Одеяния его струились и переливались, словно текучий шелк, все в синих и лазоревых тонах. А на берете красовалась серебряная рыбка – знак текучести и адаптивности.

Эти двое извечно соперничали, как Огонь и Вода, но при этом прекрасно дополняли друг друга. Магистры-антагонисты, вечно спорящие и не соглашающиеся, но объединенные преданностью Академии и магической науке.

За ними маячили деканы двух других факультетов – Воздуха и Земли. Леди Уинифред Брайерли, высокая сухопарая дама с пронзительно-яркими голубыми глазами и резкими чертами лица. Ее мантия и берет были небесно-голубого цвета, а на груди переливался сапфировый кулон в виде вихря.

И лорд Джосайя Гринвуд, приземистый коренастый мужчина с обветренным лицом фермера и цепкими карими глазами. Его облачение было цвета зрелой пшеницы и свежевспаханной земли, а берет украшал янтарный самородок.

Четыре стихии, четыре сути бытия – вот они, властители Академии Магии, блюстители ее священных устоев и многовековых традиций. Серьезные, могущественные, исполненные собственной значимости. Были там и другие преподаватели, но я их не знала. Видать, не столь выдающиеся фигуры, раз даже мне, неграмотной замарашке, о них не довелось слышать.

Но среди этой пестрой толпы затесался один скромный, незаметный человечек. Он стоял чуть в стороне, теребя в руках потертый берет и робко озираясь по сторонам. Его простецкая коричневая мантия и залатанный камзол резко контрастировали с роскошными нарядами других магистров.

Это был мэтр Игнациус Крамб, преподаватель артефакторики – науки о магических предметах и амулетах. В Академии его недолюбливали и звали не иначе как "старый хрыч Крамб". Поговаривали, что он слегка тронулся умом на почве своего увлечения древними артефактами.

Студенты за глаза посмеивались над чудаковатым профессором, изредка захаживающим на лекции в обносках и с вечно всклокоченной бородой. Коллеги сторонились нелюдимого старика, погруженного в свои исследования и опыты. Никто всерьез не воспринимал полубезумного ученого и его "игрушки".

Но в тот миг, глядя на сгорбленного старичка, прячущегося в тени других профессоров, я вдруг ощутила трепет. Ведь было в этом человеке что-то такое… Притягательное, завораживающее. Словно он знал какую-то Тайну, сокрытую от прочих. Будто все эти надменные лорды и леди в блестящих мантиях лишь мельтешили на поверхности, а настоящая суть магии пряталась вон в том невзрачном старикашке.

Я стояла, раскрыв рот, не в силах оторвать взгляд от феерического зрелища. Словно в сказку попала, ей богу! Вокруг витали ароматы тысячи цветов, слышалась тихая музыка, журчание фонтанов. В воздухе разливалось сладостное, щекочущее чувство предвкушения чуда.

Внезапно в толпе началось какое-то движение. Люди задвигались, заволновались, послышался нарастающий гул.

– Едут!!! – восторженно закричал кто-то. – Едут, едут!

Топот множества копыт, скрип колес и звон сбруи возвестили о прибытии первых карет. Тяжеленные, богато изукрашенные экипажи показались из-за ворот под пение фанфар.

Форейторы в ливреях, кучера с плюмажами, гербы и вензеля на дверцах – все сверкало, сияло и переливалось в лучах солнца. Могучие, лоснящиеся жеребцы били копытами, пуская пар из ноздрей. А за каретами верхом следовали кавалеры – напыщенные, завитые и надушенные молодые лорды в расшитых камзолах и шляпах с перьями.

Словно свита из волшебной сказки!

Кареты подкатили к парадному крыльцу и остановились. Началась церемония представления.

Студиозусы, прибывшие на учебу, по очереди выходили из экипажей, провозглашались их имена и титулы. Юные лорды и леди чинно подходили к ректору Дагмару, склоняли головы перед его благословением. Магистры приветствовали своих птенцов, деканы окропляли розовой водой из хрустальных кропил.

Церемонимейстер зычным голосом выкликал звонкие имена знатных родов – Гринвуды, Ланкастеры, Дорианы, Валуа… Молодежь чинно дефилировала по золотой ковровой дорожке, небрежно помахивая надушенными платочками, одаряя благосклонными кивками преклоненную прислугу.