Королевство серебряного пламени
Шрифт:
Ее ноготь снова задел струну. «Отпусти меня!»
«Прикажешь открыть для тебя дверь? Освободить пойманное?»
«Да, Котел тебя побери! Да!»
«Сестра, я так давно не играла. Мне понадобится время, чтобы вспомнить правильные сочетания…»
«Нечего играть со мной». Неста похолодела от услышанного слова. Сестра. Можно подумать, она и Арфа – родственницы.
«Маленькие струны предназначены для игр. Движения легкие, подпрыгивающие. Но те, что подлиннее, последние… Какими удивительными чудесами и не менее удивительными кошмарами мы могли бы наполнить мир. Мы с моим последним менестрелем творили великую и чудовищную магию. Показать?»
«Нет. Просто сними эти заклятия».
«Как желаешь. Тогда коснись первой струны».
Неста без колебаний зацепила пальцем первую струну, чуть натянула и отпустила. В мозгу зазвучал мелодичный смех, но тяжесть исчезла.
Неста шумно вздохнула, приподнялась и почувствовала, что более никто и ничто не стесняет ее движений. Арфа по-прежнему находилась у нее в руках и казалась спящей. Ей стало легче дышать и двигаться. Открыв новую дверь, она закрыла портал, связывавший ее с Бриаллиной.
– Неста! – орал Кассиан.
– Со мной все в порядке! – крикнула она, сбрасывая оставшуюся дрожь. – Но последним владельцем Арфы был кто-то очень злобный и коварный. – Она подняла глаза к потолку во тьме. – Мне думается, кто-то с помощью Арфы… заманивал своих врагов вместе с детьми и потом вдавливал их в камень.
Не то ли происходило сейчас и с нею? Арфа норовила вдавить ее в камень, вплавить туда ее душу. Неста вздрогнула.
– Ты не покалечилась? Что вообще произошло?
– Нет. – Неста медленно, со стоном поднялась на ноги. – Я… я к ней прикоснулась и наткнулась на ее воспоминания. Жуткие, надо сказать. – Их она не забудет никогда. – Нам нужно поскорее убираться отсюда. Арфа показала мне Бриаллину с Короной на голове. Королева видела меня здесь.
Неста говорила на ходу, бредя по опутанной чарами пещере. Восьмиконечная звезда за спиной казалась живым существом. Легкие, проворные лучи тянулись к Несте, пытаясь заставить ее вернуться, но она не обращала на них внимания, торопясь рассказать Кассиану про то, что услышала от Арфы, и про видение с дворцом Бриаллины.
Кассиан напряженно дышал и не успокоился, пока Неста не выбралась под арку и ее рука вновь не оказалась в его руке. На Арфу он даже не взглянул и ничего не сказал про Бриаллину. Он лишь оглядывал Несту, ища следы причиненного ей вреда.
Его взгляд был таким же пристальным, как в минуты их близости, когда он находился глубоко в ней и они двигались в одном ритме. Может, даже пристальнее.
Неста запихнула Арфу за пояс и дотронулась до щеки Кассиана:
– Все со мной в полном порядке.
Кассиан прижал к губам ее ладонь:
– Не знаю, почему я в тебе сомневался. А теперь давай поскорее выбираться из этой дыры.
В его словах сквозило обещание. Неста знала, чем они займутся, как только передадут Арфу Ризанду.
У нее вспыхнули щеки. По телу промчалась волна наслаждения. Она чувствовала, что Кассиан ждет от нее не просто слов, но и чего-то ощутимого.
Она переплела пальцы с его пальцами и крепко сжала. Кассиан ответил своим пожатием и повел ее обратно, уводя от места боли и давних, забытых воспоминаний. Меч покачивался возле ее бедра.
– Я дала ему имя. Атараксия.
– Мечу? – переспросил Кассиан, взглянув на нее. – И что оно значит?
– Это слово из Древнего языка. Я недавно нашла его в одной из старых книг. Мне понравилось звучание самого слова.
– Атараксия, – повторил Кассиан, проверяя слово, как проверяют незнакомый меч. – Мне тоже нравится.
– Я рада, что ты одобрил мой выбор.
– Всяко лучше, чем Убийца или Серебряное Величие.
Улыбка Кассиана была ярче сифона на его левой руке. Сердце Несты учащенно забилось.
– Атараксия, – повторил Кассиан.
Несте почудилось, будто меч одобрительно загудел в ответ, словно и ему понравился звук Кассианова голоса.
Они подошли к концу коридора, когда Неста дернула Кассиана за рукав.
– Что? – насторожился он, оглядывая пещеру.
Неста встала на цыпочки и чмокнула его в губы.
– Это мне за что? – Он изумленно заморгал.
Неста пожала плечами, чувствуя, как пылают ее щеки.
– Гвин и Эмери – мои подруги, – тихо сказала она.
Бриаллина их видела. Неста прогнала ужас, охвативший ее от признания королевы.
– Но… – Она снова замолчала, сглатывая. – Я думаю, что и ты, Кассиан, мог бы…
Молчание Кассиана было осязаемым. Неста мысленно отругала себя за откровенное признание. Жаль, что нельзя стереть прозвучавшие слова и собственную глупость.
– Я всегда был твоим другом, Неста, – хрипло проговорил Кассиан. – Всегда.
– Знаю, – сказала она, готовая заплакать от выражения его глаз.
Кассиан провел губами по ее виску. Вскоре они покинули наклонный туннель и вышли в главный коридор Тюрьмы.
Наконец-то Несте хватило смелости прошептать:
– И я всегда была…
Вдруг Кассиан оттеснил ее за спину – так быстро, что остальные слова застряли у нее в горле.
– Беги. – Каждый удар его сердца был полон неподдельного ужаса. – Неста, беги.
Она повернулась туда, куда смотрел он. Его иллирианский меч в свете сифона казался рубиновым. Как будто меч мог чем-то помочь.
Дверь в камеру Лантиса была открыта.
54
Кассиан смотрел на открытую дверь камеры Лантиса и сознавал две нехитрые истины.
Первая и самая очевидная: живым ему отсюда не уйти.
Вторая: он сделает все возможное и невозможное, чтобы Неста спаслась.
Вторая истина прояснила ему разум, охладила страх, превратив в другое оружие. К тому времени, когда из темноты раздался голос, Кассиан был готов.
– А я все думал, когда же снова встречусь с тобой, Принц ублюдков.
Кассиан ни на мгновение не забывал ледяной тон этого голоса, от которого его жилы покрывались инеем. Но он ответил:
– Неужели за столько веков ты не придумал мне более оригинального прозвища?
Смех Лантиса обвил их, как змея. Кассиан сжал руку Несты, хотя приказ бежать по-прежнему звенел в ее ушах. Поздно бежать. Во всяком случае, для него. Все, что он мог, – это выиграть время для ее побега.
– Ты считал себя необычайным умником, придумав трюк с зеркалом в рябиновой раме, – язвительно произнес Лантис.