Чтение онлайн

— Ладно, давай вернёмся к Иксай и яду.

— Она никогда не скажет тебе его название, — говорит Лирика. — Вековечные обиды и бесконечные наказания — это тема и мотив Иксай практически в каждой истории, написанной о ней.

Я меняю тему.

— Охотники. Что ты можешь рассказать мне о них?

— Что ты желаешь знать? И можно я скажу: я так благодарна, что ты решила позволить мне помочь, — радостно добавляет она. — Думаю, ты посчитаешь меня весьма полезным активом, и я просто в восторге от перспективы быть частью команды. Я сильно беспокоилась, что ты больше никогда меня не выпустишь. Круус, может, и мой отец, но… — она умолкает и отворачивается. Мгновение спустя она продолжает: — Ты была права. Он не питает ко мне любви. Он запер меня от мира и использовал, пока сам продолжал жить. Он построил себе новый двор. Он сделал себе новую дочь, — черты её лица ожесточаются. — Мудрый мужчина никогда бы не выпустил меня и не позволил мне узнать истинную природу реальности.

Мне только что убедительно наврали два фейри, и мне сложно поверить, что Лирика от них как-то отличается. Я бросаю взгляд на Кристиана.

— Правда, — он смотрит на Лирику. — Что ты чувствуешь к своему отцу?

Её руки сжимаются в кулаки.

— Я его презираю.

— Правда. Что бы ты хотела сделать с ним?

— Я бы хотела засунуть его в бутылку на миллион лет, — говорит она низким голосом. — Но я не стану этого делать, потому что я знаю, как это ужасно. Так что, наверное, я хочу видеть его в положении, где он больше никогда и никому не навредит, — она умолкает на секунду, затем говорит: — Боюсь, это возможно лишь в том случае, если он мёртв.

— Правда, — пылко утверждает Кристиан.

— Охотники, — я возвращаю Лирику обратно к теме разговора. — Охотники удерживают двоих моих людей в клетках среди вакуума космоса. Охотники могут выживать в космосе. Люди и фейри нет. Как нам к ним добраться?

Глаза Лирики на несколько секунд делаются отрешёнными и остекленевшими.

— Я не могу просто извергнуть всё содержимое Библиотеки, и я также не знаю, является ли прочтённое мною правдой или знатно приукрашенной реальностью. Авторы часто врут, чтобы сделать свою историю более привлекательной и драматичной, и рассказчики, ох, даже не начинайте! Такие коварные ублюдки. Даже сам король не может вместить всю информацию из Библиотеки, поэтому он её и создал. Я организовала это место, чтобы сделать поиски по запросам как можно более быстрыми, но, — она награждает Кристиана испепеляющим взглядом, — Смерть совершенно разрушил мою систему организации! Теперь часть Библиотеки в Шотландии, а часть, полагаю, всё ещё в Белом Особняке.

— В данный момент мы никак не можем попасть в Белый Особняк, — говорю я ей.

— Круус разбил Зеркала.

Лирика продолжает:

— Король ездил верхом на самом могущественном и древнем из Охотников. Он был известен как К'Врак, чьё огненное дыхание обрушивало смерть на всех существ. Он — конец всего, Омега. Чем бы ни являлся король, он может выжить в космосе. Окружающая среда на него не влияет. Но ему нравилось брать свою любовницу в небеса, чтобы показать свои творения. Говорят, что К'Врак мог как-то сохранить её в живых, чтобы она не задохнулась, не замёрзла и не раздулась, как это бывает с людьми.

Бэрронсу я говорю:

— Нам надо найти К'Врака. Он может защитить Дэни и Шазама в их истинном обличье, — его телефон оказался в руке, и он уже писал сообщение Риодану.

Я хмурюсь, глядя на библиотекаря. Есть одна вещь, которая уже какое-то время не давала мне покоя. Не такой срочный вопрос, как другие, но мне всё равно хотелось бы знать.

— Когда король оставляет силу и выбирает преемника, этот преемник становится таким же, как король?

— Не уверена, что понимаю, о чём ты спрашиваешь.

— Его преемник станет огромным и… странным и… полубезумным… и, ну, ты понимаешь, типа таким огромным, что существование в его присутствии сюрреалистично, и планеты вращаются вокруг его крыльев, и он настолько огромен, что ему пришлось разделить себя и поместить во множество человек, чтобы общаться с нами?

Лирика смеётся и восторженно хлопает в ладоши.

— Ого, ты встречала короля Невидимых! Божечки, вот это наверное был восторг!

Я едва ли выбрала бы такие слова, но я бодро киваю, потому что отчаянно хочу услышать её ответ.

— Говорят, что король стал таким существом из-за пренебрежения, беспечности и жадности. Он сделал выбор и продолжил расширяться и меняться, всегда желая большего, пока он не увеличился сверх контролируемых пропорций. Легенда гласит, что когда-то он был совсем другим. Не фейри, не смертный, нечто совершенно иное. Кто бы ни унаследовал его силу, он вырастет в то, чем он/она являются по сути. Умеренность приводит к стазису в большинстве аспектов. Жадность приводит к изменениям и излишеству.

— То есть, если тот, кто станет королем, не жаден по своей природе…

— Вполне вероятно, что он/она останутся относительно неизменными. Со временем они тоже отрастят крылья, но, — она бросает взгляд на Кристиана, — подозреваю, скорее такие, как у Смерти.

— У королевы Видимых есть крылья?

Её смех напоминает звон серебряных колокольчиков.

— У королевы есть всё, что она пожелает. Ты контролируешь свою внешность. Призови крылья.

— А я от своих могу избавиться? — с любопытством спрашивает Кристиан.

— О боже, с чего бы тебе это делать? Они мне весьма нравятся. Они очаровательны, — мне она говорит: — У всех членов королевской знати есть крылья. Даже у Видимых.

— Я никогда не видела крылатого принца или принцессу Видимых, — возражаю я.

— Они их скрывают.

— Зачем?

— Их можно отрезать, — мрачно отвечает Лирика. — В прошлом такое делалось, чтобы свергнуть правителя королевского дома. Члены королевской знати научились их прятать. Никогда не использовать. Они им и не нужны. Они же могут просеиваться. А отрезание крыльев существенно ослабляет их силы.

Я фыркаю. Неудивительно, что Круус так настаивал, чтобы я восстановила его крылья.

— Есть ли способ призвать Охотника? Именно К'Врака?

— Я не знаю. Мне нужно поискать.

— Тебе что-то известно о законах Охотников?

— Полагаю, где-то есть книга, где это упоминается, хотя не очень детально. Когда дело касается Охотников, преимущественным рассказчиком был король, и божечки, эти тома — просто суматошный поток сознания. Вот сейчас ты читаешь напряжённую, подробно описанную сцену активных действий, а потом он уже переходит к какому-то сложному философскому диалогу, который я потом обдумываю несколько дней, хотя ожидала совсем не этого. Он не интересовался законами и подобным. Его мотивами, даже по его собственной оценке, были кроткое пренебрежение и весёлая беспечность.

Кристиану я говорю:

— Забери её обратно в замок и начинайте искать способ найти и призвать К'Врака. Так мы вернём Дэни.

Лирика раздраженно возражает:

— Возможно, ты могла бы попросить меня помочь, вместо того чтобы говорить мужчине отдать мне приказ? В конце концов, я стою прямо перед тобой, и я отвечала на твои вопросы так полно и честно, как только могла. Я веду себя вежливо и услужливо, жажду быть полезной. Ты можешь попытаться ответить на это добротой. Это та ситуация с уксусом и мёдом, о которой вы, смертные, постоянно говорите. И я не возражаю, если меня в этом примере посчитают мухой.