Чтение онлайн

Ник почесал затылок и начал оглядываться по сторонам.

– Так, ладно, печальному бандиту наверняка не терпится узнать, почему мы к нему зашли. И да, совсем не потому, что соскучились, – скривилась Алекс.

– Ну, говори за себя, я вот очень рад увидеть Ника, хоть и в такой обстановке, – Шеймус улыбался, и явно его что-то веселило, но Ник не понимал что. – Поэтому буду рад видеть тебя в нашем клубе!

– Эм-м… – Ник вздохнул. – Мне тут ещё год сидеть… какой клуб, о чём ты говоришь…

– Мы можем попросить помощи у наших волшебных друзей, – тут Шеймус подмигнул, – и ты сможешь выходить на, скажем так, ночные прогулки. – Последние слова Шеймус почти прошептал, чтобы никто не услышал.

Ник в ступоре посмотрел на него:

– Я… я не понимаю.

Алекс опять закатила глаза и покачала головой.

– Сынок, – Шеймус наклонился к нему и положил свою руку на его, – не сдавайся, ты ещё можешь помочь этому миру, как и можешь спокойно выходить отсюда, когда никто не видит.

– Но как?!

Шеймус выпрямился. Боковым зрением он заметил, что один из стражей пристально следил за ними. Алекс посмотрела на этого стража, развернулась к нему лицом и, продавливая его глаза своим пристальным взглядом, вальяжно начала разжёвывать баблшют. Страж немного поиграл в гляделки, а потом отвернулся.

– Знаешь ли, какая интересная штука приключилась. Оказывается, нынче в моде резиновая обувь, и я прикупил себе такие классные тапочки, представляешь! – Шеймус хитро улыбнулся. Алекс повернулась к ним.

Ник нахмурил брови и в недоумении уставился на него. Потом он слегка опустил голову и подсмотрел под стол: тапочки Шеймуса один в один походили на его тюремные. Но что-то было не так. В воздухе повис лёгкий… карамельный аромат?

Алекс надула ртом баблшют размерами больше своей головы и громко лопнула его, отчего Ник дёрнулся.

– Так вот, некоторую обувь продавали с бесплатным бонусом, почти в каждой третьей паре шёл сюрприз, это так обрадовало меня, – говоря эти слова, Шеймус параллельно начал двигать ногой под столом, задел ногу Ника и поставил свою ногу рядом с его.

Ник немного вздрогнул, но продолжал в упор смотреть на собеседника. Он понимал, что в его словах есть двойной смысл, но не понимал какой.

– И вот я решил прийти сюда, навестить тебя, и… поделиться, – на этом слове Шеймус сделал акцент и тут же немного толкнул соседнюю ногу Ника, – с тобой этой прекрасной новостью! Надеюсь, ты оценишь.

Тут Ника осенило! Шеймус вытащил ногу из своей тапочки, Ник повторил за ним, и они обменялись обувью. Надев чужую тапочку, Ник почувствовал, что по всей поверхности и в верхней части обуви что-то приклеено. Что-то липкое.

– Вообще, из этой новости можно раздуть всемозможные сплетни. Она также открывает двери между разными слоями общества и людей, – продолжил Шеймус, улыбаясь.

– Ну просто магистр скрытных тайн! – сказала ему Алекс и покачала головой. В голосе слышались саркастичные нотки, но Шеймусу было всё равно.

Ириска! В тапочке моделирующая ириска! Он принёс её для меня!

Ник немного улыбнулся, впервые за последние три дня. Он увидел здесь конец верёвки, по которой может выбраться наверх. Но тут же пришло и чувство страха. Сбегать из тюрьмы – это уже двойное преступление, и оно будет тяжелее караться.

– Спасибо, Шеймус, – сказал Ник, и тяжёлый ком застрял в его горле. Алекс громко покашляла.

– И тебе… тоже, – добавил Ник, правда, не понимая за что.

– Всегда пожалуйста, – Шеймус засиял.

– Ну и переходим к десерту, да? – Вопросительно посмотрела Алекс на руководителя клуба поварстье.

– Ах да! – воодушевился Шеймус. – Как тебе наша дыня с Бакетроу? Пробовал?

– Д-да, – ответил Ник. При воспоминании о дыни слюна во рту Ника отдала сахарным оттенком. Да, он ел дыню, но никаких свойств у неё не заметил. Он хотел к ней вернуться позже, после мангустина, и ещё раз протестировать. Но не успел.

– В общем, беспредельщик, – Алекс наклонилась к нему ближе, облокотившись на стол, – Дело такое! У дыни корочка просто шикарнейшая, помимо её чешуи, конечно. И если вдруг кто-то захочет её сухую мелко натереть, то, возможно, какие-то шмотки, ну там, знаешь, одежда всякая, будут выглядеть по-другому, если на них посыпать натёртой стружкой.

Ого! До корочки я ещё не додумался!

Алекс вопросительно уставилась на Ника, пока тот утвердительно не кивнул. Она показательно выдохнула, будто только что разобралась с тяжёлой задачей и принялась дальше нажёвывать баблшют.

Ник понял, что Шеймус очень хорошо разобрался с дыней, и Нику даже не терпелось изучить её как можно скорее.

Но, стоп! Я же в тюрьме…

Это утверждение опять начало вгонять Ника в печаль, и он опустил голову. Ещё большую грусть доставляла мысль о том, что сам он не справился, и к нему пришла помощь, хотя привык действовать один. Ник покрылся алым румянцем, съёжился и очень хотел убежать в угол своей камеры, спрятаться от всего мира. Обидные размышления нарушил голос стража:

– Встречи окончены! Всем арестантам встать и подойти к выходу!

Ник поднялся и посетители – вслед за ним. Шеймус с Ником пожали друг другу руки, а Алекс навела на заключённого указательный палец и, вытянув голову вперёд, сказала:

– И не вздумай там раскисать, бандюган. Я там не прокисла, и ты не смей!

Ник сжал губы в линию и постарался улыбнуться. После прощания они разошлись в разные стороны. Колонию Ника и других преступников опять повели во внутренний двор. Отсидев на лавочке положенный час, Ник смог наконец-то закрыться в своей камере. Дождавшись, пока страж уйдёт, Ник снял тапочку, вытащил пласт ириски и тут же убрал его обратно и надел тапочку.

Слишком опасно!

Сердце начало бешено отбивать ритм, а ладони и подмышки усиленно потеть. Дерзкая и серьёзная мысль о побеге навязчиво крутилась в голове, но Ник всячески старался засунуть её куда-нибудь подальше в чертоги разума. Это уже двойное преступление, и он точно не будет заниматься такой авантюрой.

Прошло четыре дня, хоть Нику и казалось, будто один. Сложно различать дни, когда они одинаковы.

Моделирующую ириску Ник спрятал под лавочку и все дни не трогал её, но чувствовал. Её сахарный манящий аромат будто подталкивал его куда-то.