Чтение онлайн

Франц округлила глаза, глядя на Маркиза и очень надеясь, что ей послышалось.

– Они бомбили город, а вы спрятались под защитой! – не выдержала Францезелин.

– Я принял у себя людей, которым нужна была помощь, – кивнул Адриан.

– И все-таки по нашим данным, вы, Францезелин, вместо того, чтобы уничтожать Пепельных, с которыми исправно справлялись целый год, неожиданно приняли их сторону и с их помощью нанесли непоправимый ущерб городу.

От слов Маркиза с уст Франц слетел нервный смешок. Каким же абсурдом было все происходящее. Риттер ведь ей сам предлагал это, еще и угрожал!

Воздуха перестало хватать, и огонь в камине увеличился в размерах, языками пламени влезая внутрь комнаты. Свита Маркиза ахнула, а Герман сжал ее ладонь в попытках успокоить, и это помогло.

– Вы совершили зверское преступление против людей…

– Вы мне угрожали прекращением финансирования, предлагая сейчас то, в чем обвиняете, – подскочив на месте, сорвалась Франц, и огонь снова вспыхнул.

– Ложь, – вещал ей в ответ Маркиз. – Я просто не мог отдать приказ, который навредил бы городу!

– Я принимаю ответственность за каждую отнятую жизнь, так как среди них были и мои друзья, но и вы должны признать, что отдавали этот приказ, – часто дыша, твердила Франц.

– Фирион, Пламенный король, по истории так же, как вы сейчас, дурил людям головы и убеждал всех в своей правоте, когда по щелчку его пальцев сгорали целые деревни! Хотите сказать, вы лучше? Вы не так давно сожгли более сотни жителей Феникса! – Маркиз повысил голос, отчитывая ее, как маленькую девчонку.

– Это самосуд, но никак не справедливое слушание. – Герман поднялся с места, повысив тон на Маркиза.

– Как ты смеешь говорить со мной в таком тоне? – искренне возмутился Адриан.

– Франц – Благословенный страж. А этот орден не подчиняется напрямую власти. Его цель служить на благо стране в защите от демонов и их влияния! – с гордостью объявил Герман. Гризель встала с места, в упор глядя на Маркиза.

– Ваш Орден ничего не стоит и не стоил никогда, – прошипел Адриан.

– Не смейте так говорить… Без Ордена никто не может противостоять демонам на достойном уровне.

– Если не хотите навсегда лишиться вашей магии или отправиться в стихию следом за Воздухом, то советую вам подчиниться, – сдержанно приказал Маркиз.

Франц вздохнула, развернулась и вышла из гостиной, слыша вслед:

– Стой! Тебя никто не отпускал!

Но Повелительница проигнорировала крики и, даже не обернувшись, покинула особняк, борясь с желанием сжечь его дотла.

– Ну, здравствуй, – за ее спиной раздался бодрый, наполненный хрипотцой голос Рикины.

– Тень! – обрадовалась Францезелин. Обернувшись, обняла девчонку в капюшоне, которая бесшумно появилась за ее спиной. – Как ты тут оказалась?

Рикина от нее отстранилась почти сразу и сбросила с лица капюшон, оголяя шрамы.

– Услышав про этот цирк, просто не могла за ним не понаблюдать, – самодовольно хмыкнула Тень.

– Так ты знаешь? – удивилась Франц.

– Я очень любопытная, а сидеть и киснуть с твоими охотниками желания не было. И так настроение ни к черту. – Последнее было сказано слишком серьезно даже для нее, но Францезелин все равно улыбнулась.

Франц покачала головой, шумно выдыхая скопившийся воздух в груди. До сих пор в голове она прокручивала угрозы Маркиза.

– Слушай, старшие никогда не будут верить младшим вроде нас. Будут лгать… – Тень запнулась, справляясь со своими эмоциями, и продолжила: —…делать из тебя козла отпущения, чтобы сохранить свою шкуру. И ты не сможешь их переубедить, даже если будешь кричать во весь голос правду, которая никому не нужна.

– Но не все ведь такие… – мотнула головой Франц.

– Может, тебе и повезло с такими раньше не сталкиваться, но я жила в такой атмосфере…

– Что случилось? – с ходу спросила Франц, видя, как глаза Тени становятся мокрыми от наплыва воспоминаний. – Расскажи мне, пожалуйста.

Рикина молчала. Франц уже показалось, что та снова начнет прятать свои секреты, но, к удивлению, Тень призналась:

– Меня изнасиловали. – Два слова, наполненных страхом, болью и отчаянием. Слезы заблестели на глазах Рики, и в то же время черты ее лица сильно ожесточились, выказывая ярость, что в ней еще кипит.

Все внутри Франц сжалось в тугой узел. Она и предположить не могла, что девочка вроде Тени могла пережить подобное.

– Но родителям было выгоднее верить насильнику, чем мне.

– С тобой что сделали? – раздался сбоку обескураженный голос Германа. Маг вышел из особняка один.

Рикина вздохнула и, тряхнув головой, отмахнулась от него. Пыталась делать вид, что он этого не услышал, и достала из рукава плаща конверт с королевской печатью.

– Это письмо предназначалось тебе, но в руки Маркиза попалось раньше, – сказала Тень, протягивая ей конверт.

Открыв его, Францезелин пробежалась по строчкам скачущего почерка кронпринца и удивленно взглянула на Рикину.

– Давно оно у него?

– Получил сегодня перед началом «слушания». – Рикина выделила последнее слово с особой насмешкой.

– Что у вас еще случилось? – На пороге показалась Гризель, бегло осматривая всех присутствующих. – Маркиз там рвет и мечет, что ты ушла, требует вернуть тебя немедленно.

– Гризель. – Франц обернулась к охотнице. – Перенеси, пожалуйста, слушание на завтра.

– Что? Зачем? – удивилась охотница.

– Есть шанс узнать настоящую причину нападения, – понизив голос, сказала Франц.

Каждый шрам на лице и шее виделся Рикине ярко-розовой полосой на белой коже. Они рассекали лицо поперек, цепляя левую бровь, глаз, побледневшие щеку, нос и переносицу, проходя вниз по правой щеке, задевая губы, спускаясь к подбородку и шее. Коснувшись подушечками пальцев одной из полос, рука задрожала, а глаза заблестели от нахлынувших слез. Это было слишком сложно – смотреть на себя и свое уродство.

Рикина никогда не считала себя красавицей, но даже сидя в той комнате, старалась выглядеть прилично, ухаживала за непослушными волосами и опрятностью своего вида. Глядя в отражение зеркала, даже казалась себе милой, но теперь… Слеза быстро скатилась по щеке. Смотря на свое отражение в память о Ции, она понимала, почему Герман не ответил ей. Понимала, что здесь ее терпят, только пока от нее есть польза.

Рикина понимала, что никому не нужна и все, что у нее есть, – это месть. Месть за саму себя, за свои страдания. Слишком долго она терпела и слишком много проглатывала унижений и оскорблений, насилия и побоев. Запирала все чувства внутри себя, но и этому в один прекрасный момент пришел конец.