Чтение онлайн

— Я буду помогать. Делать любую работу. Прошу, научите меня. Вас даже ректор рекомендовал.

— Ах, мой дорогой Жак. Надо же, потребовалось тридцать лет, чтоб он признал мое мастерство. Знаю я, что он тебя рекомендовал. И чего это на старости лет его проняло?! Раньше-то не считал, что в голове женщин хоть что-то может задерживаться. Ученый муж, достойный своего времени. Много у нас по всей стране крестьянок, что о лучшей жизни мечтают, но вот тех, кто ради этой мечты что-то делает, мало. А уж тех, кто после первой неудачи да второго отказа не сдается — их по пальцам пересчитать можно. Только вот если с таким трудом приходится путь себе прокладывать, стоит ли он сил?

— Но ведь другого не существует. Везде придется прикладывать множество сил. Останься я в деревне пришлось бы с улыбкой слушать унижения тестя, молча сносить его побои, и это после ужаса, что я бы пережила в лапах бароне де Плюсси. Останься в Университете — так же молча пришлось бы сносить унижения, с трудом постигая то, что другим давно еще в детстве, и тратить время в четырех стенах, каждый день сознавая, что могла помогать людям. Простого пути не существует. Есть только наши собственные желания, и наши силы. Если сама не сделала все, что было возможно, справедливо ли Бога обвинять в своих неудачах? Он ведь дал тебе руки и ноги, чтоб двигаться к собственной цели.

— Интересно. И что после такой пламенной речи будешь делать? Моего ответа она не изменила.

Конечно, жаль. Но вчера мне казалось, что Университет — единственное место, где меня могут научить. Сегодня, после все этих потрясений, я вдруг поняла, как слепа была и как ошибалась.

— Отправлюсь путешествовать в поисках знающих людей. Наверняка в такой огромной стране найдется хотя бы один человек, что готов будет взять меня в ученицы.

Шаманка вновь взглянула на мою руку, и улыбнулась.

— Я не могу тебя в ученицы взять, потому что обучать имею право только девушек нашего рода. И уйти с тобой не могу — далеко от своего леса и камней предков уходить нам запрещено. Но я расскажу тебе, где найти хороших учителей. И как туда добраться. Вот, — она сняла с шеи медальон, на котором были очень аккуратно изображены ветви ивы, сплетенные в круг. Просто и изящно. — Покажешь им, и они охотно тебя примут и всему научат.

К полночи, как и говорил ректор, у Джона началась лихорадка. Магистр и ректор пустили Джону кровь, дали настойку из розмарина и лимонника, позвали священников, что молились, помогая Джону бороться с демонами в его теле. Я обмывала его, следила, чтоб он не скидывал с себя одеяло, чтоб на перевязке не выступила кровь, а если происходило — меняла ее. Лоб Джона был таким горячим, что, казалось, можно ошпариться, прикоснувшись к нему. Он хмурился, что-то бормотал во сне. Схватил мою руку и не отпускал. Я крепко держала его в ответ, и тоже молилась. Чтобы судьба этого мужчины сложилась удачно. Чтобы он прожил счастливую жизнь. Ближе к утру лихорадка начала спадать, и я сама не заметила, как уснула. Проснулась я от того, что кто-то тронул меня за плечо. В комнате не было никого, кроме меня, Джона, и леди Изабель. Я сразу же кинулась проверять Джона — но тот был жив, и даже лоб его уже не был горячим.

— Не волнуйся. Я попросила Магистра Гийома и священников выйти на минуту. Им все равно нужно было освежиться. Держи, — леди протянула мне воду. Кажется, я не ела и не пила ничего с прошлого утра. За окном тускло блестело недавно вставшее солнце. Спала я, судя по всему, недолго.

— Спасибо, — вода была холодная, разбавленная вином, и я с жадностью выпила — горло, оказывается, совсем пересохло.

Леди Изабель изящно опустилась в кресло рядом с Джоном. Внимательно осмотрела его, поправила волосы, убирая их с глаз.

— Тебе нужно уехать, Мария, до того, как Его Величество Эдвард очнется.

Да, я подозревала, что она придет именно с этими словами. Правда, думала, она будет куда грубее, возможно даже с рыцарями.

— А если он этого не хочет? — спросил я, хотя не представляла, чего мог желать принц Эдвард. Я ведь его совсем не знала. Врал ли он мне той ночью, что мы провели вместе? Говорил ли правду?

— О, это вполне возможно. Привел же он тебя в замок на бал. Уверена, он относится к тебе очень трепетно. Но трепет любви пройдет, а страсть угаснет. Останется лишь факт — король, держащий в тюрьме компетентного соперника за престол, живущий с крестьянкой. Мой отец — глава дворян, поддерживающих притязания короля Эдварда. Если он отвернется, поддержка других дворян тоже пропадет.

— Не стоит ли…королю Эдварду самому решать, как поступить?

— Стоит ли? Легко сбежать от юного странствующего рыцаря. Мало ли что могло произойти. Недопонимание. Возможно, даже обман, который не так-то просто простить? Всем эта история будет понятна, никто дважды и не посмотрит на нее. Но вот стоит королю проснуться, все приобретет совсем другие краски, понимаете? — Я покачала головой. Леди Изабель печально улыбнулась. — Сбежать от любимого — это женская прихоть, караемая лишь сплетнями. Но ослушаться приказа короля — это государственное преступление. Если Его Величество влюблен в тебя, он от себя не отпустит, как бы сильно это не повредило ему и всем вокруг.

— Вы говорите это из-за любви к Эдварду?

— Я не люблю его, — я удивленно охнула, и она тихо рассмеялась. — Но люблю власть. К сожалению, у женщин не так много возможностью этой властью воспользоваться. Поверь мне, рядом с тобой королю Эдварду грозит большая опасность, чем от ищеек короля Георга. Он падет, и кто знает, что это значит для страны — очередную войну за наследование? Вторжение наших врагов, которые, словно голодные волки, только и ждут, когда власть ослабнет? У меня есть способы заставить тебя исчезнуть сей же миг, стоит мне только щелкнуть пальцами. Но я пришла, лично, просить тебя. Ты кажешься хорошим человеком, я не хочу тебе угрожать. Вот, — она протянула на вид тяжелый мешочек, со звенящими монетами. — Это поможет тебе решиться. Но учти, препятствий на своем пути я не потерплю. Хорошенько подумай о моих словах. А теперь мне пора. С этими переворотами и коронациями всегда столько хлопот!

Все следующие три дня, пока Джон медленно поправлялся, я размышляла. Что мне дороже — любовь или мечты? Так ли крепка моя любовь, чтобы простить ему ложь последних месяцев? Любит ли он меня на самом деле, или поддался страсти? Может ли любовь быть единственным смыслом моей жизни?

Как же мне не хватало матушки, ее советов и слов поддержки! Как жаль, что мы не можем всю жизнь полагаться на мягкий голос наших матерей, и быть защищенными от мира в их крепких объятиях.

Но я знала ответ. Знала с самого начала. Мои чувства к Джону не изменили меня. Сделали глубже, больше, открыли глубины, о которых я раньше и не подозревала, но саму суть не изменили.

Потому на утро четвертого дня я взяла оставленный леди Изабель мешочек с деньгами, в последний раз поцеловала Джона, и ушла. Джона впереди ждал сложный путь, но он сделал свой выбор и боролся до последнего. Я тоже хотела побороться за себя.

У замка меня ждали ректор Жак и Вив.

— Что вы тут делаете? — растерянно спросила я. Прощание далось мне тяжело, и хотелось уйти молча.

— Давно хотел поездить по стране, применить знания на практике, так сказать.

— А как же Университет?

— Гийом о нем так печется, вот пусть и достается этому мальчишке с потрохами.

— А ты?

Вив потянулась, словно кошка.

— А мне заплатили, чтоб я позаботилась об удобном транспорте и охране. К тому же, давно думала расширить свое дело. С удовольствием посмотрю, что могут предложить деревни нам на пути. Ну так что? Ты знаешь, куда мы едем?

Я сжала медальон шаманки, и сощурившись, улыбнулась первым лучам солнца.

— Да.

Мы отправлялись в будущее. И я приложу все усилия, чтобы сделать его светлым.