Корона с огненными шипами
Шрифт:
в таком платье и с распущенными волосами. Она была самой яркой в нижесаде.
Это заметили придворные принца Тариуса. Они ждали, желая сопроводить девушек
на танцы. Он помахал им.
Лили кивнула, и девочки позволили увести себя, она последовала за ними с принцем
Тариусом. Сегодня обходных путей не было. Они пришли на полянку с вытоптанной
землей, закружились в вихре теней и света свечей. Музыка играла так быстро и громко,
что Лили могла смотреть лишь в его глаза. Она не понимала, как они не врезаются в
другие пары. От двух танцев она начала задыхаться в плотном платье. Музыка стала
медленнее, и принц Тариус увел ее от полянки. Он не сказал ни слова.
Они прошли к мосту, и она села с трудом, но благодарно на твердую каменную
скамейку.
Он присоединился к ней.
– Я рад тебя снова видеть.
Его голос, глубокий и мрачный, как его дом, послал холодок по ее спине. Лили не
могла ответить тем же, ведь ей пришлось сюда вернуться, так что она молчала. Она уже
привыкла к этому.
Он крутил колечко на пальце.
– Можно? – сказала она.
Он не снял кольцо, и она обхватила протянутую руку, чтобы рассмотреть ближе. Его
пальцы подрагивали. Двенадцать камней, черных, как небо в нижесаде, были с золотой
оправе вокруг продолговатого кусочка стекла. Под этим была коса из тонких прядей, и
больше черных камней было по бокам.
Волосы были светлее, чем у Хейзел.
– Твоей матери? – наверное, это было кольцо его отца.
– Да.
– Какой она была?
– Красивой, - он поправил кольцо. – И доброй.
– Мне жаль.
– Только тебе и мне ее жаль, - он переплел пальцы с ее и положил на колено Лили. –
Они винят ее, - он кивнул на беловолосых мужчин на поляне. – Чародей хотел ее. Он
проклял моего отца и деда, надеясь, что она их бросит. Она не должна была умереть во
тьме.
– Никто не должен.
– Никто?
– Конечно.
– Так ты решила? – он склонился, и ее окутал запах апельсина и жасмина.
– Решила?
– Выйти за меня? Освободить меня от проклятия, - она не ответила сразу, и его голос
стал выше. – Освободить меня от тирании человека, которого я даже не встречал.
Она не могла сказать да, но боялась того, что он сделает, если она откажет.
– Уверен, что другого выхода нет? – он убрал руки, и она спешно добавила. – Для
меня и моих сестер. Если бы мы могли говорить с кем-то, мы могли бы найти помощь.
– Я уже говорил, милая, что мне нужна только твоя помощь.
– А мои сестры?
– Ты избегаешь моего вопроса.
Конечно.
– Или решила отказать, - он встал. – Этим ты заточишь меня тут, лишишь сестер
будущего. Ты пришла, когда я был в отчаянии, Лили. Ты – моя надежда. Мой свет. Я
этого ждал, - он ударил по веткам и листьям взмахом руки. – Это место убило мою мать! –
он принялся расхаживать по мосту.
Лили оставалась на скамейке, не доверяя ногам, особенно из-за тяжелого кожаного
платья. Она впилась в грубый камень по бокам от ног. Все в этом месте было грубым,
темным или искаженным. Даже принц Тариус. Он был красивым. До жути, и что-то
темное горело в нем.
«Понимай врагов так же хорошо, как друзей», - сказал отец. Она не знала, был принц
Тариус ей врагом или другом, но не понимала его.
– Лили, потанцуй со мной! – Лазурь подбежала, укутанная от воротника до талии
темно-синим, она могла вот-вот потерять половину павлиньих перьев юбки.
Она встала, но замешкалась.
Принц Тариус замер с кулаками по бокам.
– Иди, - прорычал он.
Она пошла.
– Лазурь, твое платье…
– Знаю. Выделяет мои глаза, - Лазурь повела ее в танце.
Лили давно не танцевала с сестрами. Она хотела бы, чтобы обстоятельства были
другими.
Лазурь понизила голос, изображая предыдущего партнера.
– «Я еще ни у кого не видел таких ясных глаз, даже когда была жива наша дорогая
принцесса».
Принц Тариус мог получить тьму в облике от отца. Она так мало знала о нем. Если
она хотела понять его, нужно было узнать больше.
– Поменяйся со мной партнерами, - сказала Лили.
– Что? Зачем?
– Мне нужно поговорить с его придворными.
– Они просто осыпают комплиментами, пока не захочется вонзить перо им в лицо.
Ох.
– Это было случайно, - Лазурь выдернула перо из платья и помахала им. – Тому, кто
шил это, нужны уроки шитья.
– Поменяйся со мной.
– Похоже, твой суженый решил к нам присоединиться.
– Он не мой… - хотя он пытался таким стать.
Они с Хейзел кружили среди танцующих. Корал придавала этому месту красок, а
Хейзел – света. Принца Тариуса это не волновало. Он смотрел только на Лили.
Лазурь подвела их к Маре и ее партнеру, и тот радостно подхватил Лили в танце. Он
почти не говорил, держал ее и пялился. Он пару раз споткнулся о ее юбку, но держался,
даже когда музыка ускорилась.
– Ваши сестры очаровательны, - сказал он, хрипя. Она едва слышала его из-за
невидимого оркестра. – Хорошо танцуют.
– Да, - она попыталась выудить из него что-нибудь полезное, пока он не упал и не
отдавил ее ноги, что уже и без того болели. – Его высочество тоже хорошо танцует.
Наверное, научился у матери?
– Немного.
– Ей было сложно растить тут ребенка.
– Она и не растила. Умерла и все, - он задел ногой ее юбку, легко отскочил и
продолжил танец.
– Я видела его кольцо. Он сказал, что она была красивой и доброй. Он так считает.
– Она была красивой. Он похож на нее. Кроме цвета, - он ухмыльнулся, но быстро
превратил это в вежливый оскал и остановился. Он передал ее принцу Тариусу, не сказав