Корона с огненными шипами
Шрифт:
Она подавила желание прижать ладони к животу, вместо этого удобно раскачивала
их по бокам. Она жалела, что ела с утра, или стоило съесть чуть больше. Лили надеялась,
что странный принц не обидится из-за ее молчания. Она могла лишь представить, что он
расскажет королю Гриттону, когда вернется домой, и как это отразится на отце. И на ней.
Высокий юноша держал белого гуся у низкой стены, окружающей сараи. Его штаны
были чуть ниже колен, туника висела на худом теле, а волосы цвета соломы стоило
помыть. Птица проницательно смотрела на них, но молчала. Лили не знала, что гуси
хорошо воспитаны, она видела лишь тех, что жили в саду кухни.
– Орин, - кивнул в приветствии Эбен.
О. Принц тоже решил выглядеть просто.
– Эбен, - юноша оттолкнулся от стены и осторожно опустил гуся на землю. Тот
впился в обтрепанный край его туники.
Эбен обычно не представлял ее людям, но заговорил уверенно, словно делал так
сотни раз.
– Ее королевское высочество принцесса Лили, первая дочь и кронпринцесса Итурии.
Орин подошел с улыбкой, зубы его были белыми, как его гусь, он пожал протянутую
руку, но не поцеловал и не поклонился. Он уже ей нравился.
– Рад знакомству, Ваше высочество, - он схватил со стены лук и стрелы и схватил
посох с земли. Меланте не стоило переживать из-за драконов.
Он поднял гуся, и тот притих.
– Это Правда. У нее болит лапка, она не может идти, - он свистнул и помахал
посохом, погнал гусей из загона по узкой тропе. – Идти не далеко.
Они миновали ухоженные поля лаванды и яблоневый сад. Орин помахал пастуху
коз, его звери щипали траву у дороги. Чуть дальше они миновали сцену, похожую на ее
любимые фигуры из кустов. Пастушка доила овцу, а черный дракончик сторожила стадо и
ждала за это награды, ее крылья подрагивали. Лили вдыхала ароматы растений и
расслаблялась. Это день мог пройти хорошо, она даже сможет подумать, что делать с ее
проклятием.
Орин замер на поле, что было больше, чем требовалось его стайке гусей, но те
узнали место. Они забегали по морю травы. Некоторые пошли к пруду. Орин устроился на
камне под деревом и похлопал по месту рядом.
– Присоединяйтесь, - он опустил Правду пощипать травы, рядом положил лук и
посох.
Лили села, бросив мешок на траву, сжав пальцами платье. Эбен проверил лес вокруг
поля и встал неподалеку. Она не помнила, когда у нее был такой день. Никакого долго,
ожиданий, толпы. Орин так делал каждый день. Ему было одиноко?
– У нас во Фритсе таких полей нет, - он вытянул ноги. – У нас и гуси учатся лазать по
горам.
Эбен фыркнул.
– Вы думаете, что я шучу, но вы бы видели ступени, ведущие к сделанным людьми
полям. Если это не карабканье по горам, то я не знаю, что это, - Орин смотрел на гусей, и
это даже было приятно.
Лили не ощущала давления в разговоре.
– Этот гусь дружелюбный, - сказал Эбен. Правда щипала его сапоги, Эбен
пошевелился, чтобы прогнать птицу. Это не сработало.
– Она моя. Или я ее, - Орин сорвал пучок травы и бросил в голову Правды. Гусыня
издала вопль, но оставила сапоги и пошла к пруду. – Она странная старушка. Нашел в
лесу по пути через Ошу. Без стаи. Она думает, наверное, что я – стая.
Орин говорил о доме в горном городе Фритсе, о шестилетних сводных братьях, о
старшем брате, младшей сестре, единственной дочери в семье, которую любили все, даже
он. Лили нравилось его слушать, и она потеряла счет времени, он рассказывал историю за
историей, и жизнь его была не так заполнена ответственностью, как ее.
Он замолчал посреди истории о том, как его сестра впервые села на лошадь
– Я слишком много болтаю. Знаю. Может, почитать? Погодите! – он встал и в панике
замахал руками.
Эбен напрягся.
– Не нужно отвечать! Ох. Простите. Принцесса Меланта сказала мне не задавать вам
вопросы, - он похлопал по горлу. – Ваш голос. Ох…. я почитаю. Правда это любит.
Лили улыбнулась, он расслабился. Может, Меланта угрожала ему чем-то, если он не
сделает то, о чем она его просила.
Он вытащил книжку из колчана со стрелами, сел, прижавшись спиной к камню.
Правда пришла и села на траву у ног Лили, Орин читал. Книга была по истории, из самых
скучных в общей библиотеке.
Орин замолчал после двух страниц, проверил обложку и проворчал, что придется
уточнять слугам, какие книги брать.
– Простите, - он продолжил оживленнее, играя голоса и добавляя звуки.
Лили старалась не смеяться, но, когда он залаял как стая собак, она ущипнула себя,
потянулась и указала, что пройдется. Орин продолжил читать Правде.
Она забрала мешок и пошла к кромке леса. Эбен догнал ее, он был расслаблен, они
шли по периметру поля. Солнце грело спину Лили, макушку и руки. Пот собирался под
косой и стекал за воротник.
Принц Тариус не знал такого тепла. То, что она воспринимала как должное, было
лишь в его мечтах. Она могла отстраняться ото всех, защищая сестер, но это не решало
проблему. Она пряталась и знала это.
Эбен не одобрил бы. Он никогда не прятался. Он был сейчас здесь, хотя знал, что
она что-то скрывает от него. Он часто был рядом. Капитан не был против изменений в
графиках стажи, но обычно менял личную стражу чаще. Лили была рада, что не может
сейчас спросить об этом, ее могли не так понять. Ей всегда нравилось быть в обществе
Эбена, даже если поговорить они могли редко. Его визиты в библиотеку случались не так
часто, или дело было в ее визитах, ведь ее обязанности с каждым годом росли.