Чтение онлайн

— Ишь ты какая шустрая! — засмеялась Зоя. — Это ты сей­час так говоришь. А посмотрим, что скажешь лет через девять-десять, когда станешь взрослой девушкой.

Но мысли Примаверы уже перенеслись на другой предмет, и она стала тянуть Зою к воротам:

— Пойдем на морскую гору, я хочу там увидеть маленьких зеленых дракончиков! Мне Георгий их показывал.

Вначале Зоя не поняла, о чем просит девочка, а потом разо­бралась, что «морская гора» — это прибрежный утес, а «дра­кончики» — ящерицы, которые в изобилии водятся среди за­росших травою скал. Малышка летом гонялась за ними вдвоем с Георгием — ее пятнадцатилетним дядей, братом Марины.

Возле ворот в эту минуту не было сторожа, и никто не заме­тил, как Зоя и Примавера покинули пределы двора. Словно са­ма судьба вела женщину и девочку по тропинке к морю. Сердце у Зои колотилось, но не от быстрой ходьбы, а от тревожного предчувствия. Она помнила приказ Нероне гулять с детьми Марины, и ей даже было немного жутковато оттого, что начала выполнять этот приказ сразу же по прибытии в поместье.

Но пока ничего страшного не произошло. Девочка побега­ла по горному склону, хватая за хвосты прытких ящерок и за­ливаясь звонким смехом-колокольчиком, а Зоя подождала какое-то время, наблюдая за малышкой, потом поймала ее за ручку и строго объявила:

— Пора домой, уже вечереет.

Солнце склонилось за гору, приглушив краски дня, резче и темнее стали тени между скалами и деревьями. Подспудная тревога, снедавшая Зою, поневоле усилилась, и женщина, не слушая возражений девочки, решительно повела ее обратно, к поместью.

Но не успели они сделать и нескольких шагов, как из-за придорожного камня прямо перед ними выскочил на тропин­ку человек в темном плаще и, открыв свое бородатое лицо, ти­хонько засмеялся. Зоя предчувствовала, что это должно слу­читься, и все-таки при виде Нероне невольно вскрикнула. А Примавера ничуть не растерялась и, топнув ножкой на не­знакомца, сердитым голосом спросила:

— Зачем тетю пугаешь?

— Какая смелая малышка! — хмыкнул Нероне, наклонив­шись к девочке. — Сразу видно, что любимица у родителей.

Наверное, что-то в лице незнакомца все же насторожило Примаверу, и она крепче схватилась за Зоину руку. А в следу­ющую секунду Нероне оторвал девочку от Зои и притянул к себе. Примавера начала было кричать и брыкаться, но Нероне тут же зажал ей рот и, схватив ее под мышку, позвал своего со­общника. Тут же бывший моряк Бетто выскочил из-за камней и помог генуэзцу справиться с маленькой пленницей, накинув на нее мешок.

— А где второй щенок? — повернулся Нероне к оторопев­шей Зое. — У них ведь еще мальчишка есть?

— Он... мальчик сейчас болен, его не выпускают из дому, — пролепетала Зоя.

— Ладно, — поморщился Нероне. — Хватит и этой одной.

— Куда ты ее несешь? — вскрикнула Зоя. — Что ты хочешь сделать с ребенком?

— Не убью, не бойся, — осклабился Нероне. — А осталь­ное — не твое дело.

— Но что я скажу ее родителям?! — Зоя бросилась к нему, пытаясь остановить.

— Что-нибудь придумай. Да не задерживай меня, я торо­плюсь! Ты сделала свое дело, теперь можешь быть свободна. И помни: выдашь меня — подпишешь себе приговор.

Нероне оттолкнул Зою и побежал к берегу, прикрывая Бет­то, который тащил извивающийся маленький мешок.

Зоя в полном отчаянии застыла на месте, потом кинулась следом за похитителями, желая хотя бы проследить, куда они унесут девочку.

Подобравшись к прибрежной скале, она сверху увидела, что Нероне и его помощник вместе с похищенным ребенком погру­зились в большую рыбацкую лодку и отчалили от берега. Зое да­же удалось заметить, что поплыли они не к Черной скале, как она ожидала, а в другую сторону, на запад. Живя в Суроже, она слышала от бывалых людей, что в тех местах, к востоку от селе­ния Козио, есть гнездо пиратов, куда боятся заглядывать ры­баки и поселяне. Но никто точно не знал, где находится пи­ратский притон и существует ли он на самом деле или это россказни охочих на выдумку моряков.

Вечерние сумерки сгущались, а Зоя, застыв у берега, не мог­ла решиться на возвращение в поместье. Вначале у нее был по­рыв прибежать и немедленно во всем признаться Таисии, чтобы та могла послать слуг в погоню за похитителями. Но в спешке она внезапно оступилась на скользком камне и подвернула но­гу. Застонав от боли, Зоя присела, потирая пострадавшую щи­колотку, и эта непредвиденная остановка дала новое направ­ление ее мыслям. Женщина рассудила, что выдавать генуэзца ей ни в коем случае нельзя: во-первых, это означает выдать и самое себя, а во-вторых, Нероне в случае опасности может еще и избавиться от девочки. Связанная с ним общим престу­плением, Зоя была бессильна что-либо предпринять. В конце концов она мысленно успокоила собственную совесть: «Если генуэзец украл девочку с целью выкупа, то рано или поздно он объявится. А если решил продать ее туркам, то лучше родите­лям об этом и не знать».

Прихрамывая, молодая женщина пошла к поместью, на хо­ду обдумывая, как себя вести и что сказать. Она сочинила вер­сию, которая казалась ей достаточно правдоподобной и без­опасной на тот случай, если Нероне все-таки вернет девочку домой. Но для того, чтобы рассказ ее выглядел естественным, Зое пришлось запастись изрядной долей притворства.

Она явилась в док с испуганным и взволнованным видом и, задыхаясь, объявила вышедшей навстречу Таисии:

— Примавера... там, возле моря...

— Что случилось?! — побледнев, вскрикнула Таисия.

— Она... она вырвалась от меня, погналась за ящерицей, взбежала на утес, и я не могла ее догнать... Я так спешила, что подвернула ногу... вот. — Зоя приподняла юбку, показав рас­пухшую лодыжку. — Потом я только услышала, как девочка закричала — и все, дальше она исчезла из виду...

— Так что же с ней случилось? Где она? — Таисия, подско­чив к Зое, тряхнула ее за плечи. — Говори, что с Верой!

— Боюсь, что она упала со скалы в море, — пряча глаза, про­бормотала Зоя. — Простите, что я не смогла ее догнать, не смогла удержать... она такая прыткая...

— Как же ты посмела увести ее за пределы поместья?! — крикнула Таисия, продолжая трясти Зою. — Мы никогда не выпускали детей без охраны!

— Но я ведь не знала, я не думала, что она убежит... — лепе­тала Зоя, вяло отстраняясь от Таисии.

— Примавера, крошка моя!.. — Таисия, отпустив Зою, в изне­можении упала на стул. — Но надо ведь ее искать! Надо спасать!..

— Сейчас... я сейчас распоряжусь, скажу слугам, — бормо­тала Зоя, отступая к выходу.

— Зачем ты пришла в наш дом, ты принесла несчастье! — крикнула ей вслед Таисия.

В этот момент дверь комнаты роженицы распахнулась и от­туда, держась за стену, вышла бледная, с искаженным лицом Марина.

— Что с Верой?.. — задыхаясь, спросила она. — Я слышала разговор... Где моя девочка, что с ней?..

Таисия, превозмогая боль в груди, кинулась к дочери, гото­вой рухнуть на пол без чувств. Через несколько секунд прибе­жали Агафья с Файзой и помогли увести Марину обратно в комнату, уложить на постель.

А тем временем Энрико, оповещенный Зоей о несчастном происшествии, собрал людей на поиски Примаверы, которая, по предположениям, могла упасть со скалы. Слуги во главе с Энрико, несмотря на вечерний сумрак, обследовали всю при­брежную полосу моря на лодке и вплавь, осмотрели также весь берег, все расщелины скал, — но, разумеется, не обнаружили никаких следов исчезнувшего ребенка. А по некоторым при­метам ночью мог начаться шторм, что делало дальнейшие по­иски совершенно безнадежными.