Чтение онлайн

— Мариш, — женщина тихо присела напротив и, отерев руки, положила их на стол.

— Что, мам? — Я села, натянув длинную футболку до колен и принялась за вкусный завтрак.

— Я тут подумала, а может, твой день рождения отпразднуем в ресторане, посидим семьей? Все обрадуются, приедут. Что скажешь?

Я улыбнулась и пожала плечами.

— Как хочешь, — тут в комнате показалась заспанная мордашка сестры, она что-то недовольно ворчала и потирала, видимо, ушибленную ногу.

— Ты что, малышка, опять неудачно встала?

— Да, блин, этот шкаф все никак не закрывался, я решила его ногой толкнуть, а дверка хренась и отвалилась.

— Отвалилась? Саш, ты что опять тумбочку сломала? — весело рассмеялась, довольная видом сестры и начала собираться в университет. Там уже ждал новый учебный день и старая добрая безнадега.

— Все с самого начала было не так! Ты должен был ей рассказать! Почему из-за твоей глупой ошибки пострадала я? — Я уперто старалась отстирать будто бы въевшийся в симпатичную белую блузку кисель из студенческой столовой. Как он там оказался? Это девушка Вадика позаботилась. Ксюша "случайно" вылила весь стакан киселя мне прямо на грудь, туда, где пятно было даже слепому видно. — И как я теперь должна сидеть на парах? Что обо мне вообще подумают? — все больше и больше распаляясь, я была полна гневом и обидой на лучшего друга.

Вадик стоял рядом, привалившись к раковине и пуская очередную струйку дыма в потолок.

— И вообще, здесь нельзя курить! Вадик, ты что, оглох? Выброси сигарету! — парень послушался, дошел до глубокого ведра в углу небольшой комнаты, насквозь пропахшей хлоркой и дешевым мылом, и выкинул дымящийся окурок. Не замечая поднимающегося дымка, снова вернулся на место. А я тем временем продолжала горячиться, ругаясь, выплескивая всю накопившуюся злость на друга.

— Вот как ты мог, как ты мог? — Наконец, выдохлась и сложила руки на высоко вздымающейся груди, обтянутой черным кружевным лифчиком.

— Я не хотел, правда. Но ты была такая грустная, и мне вдруг захотелось тебя как-то приободрить. Ты же меня знаешь, я просто так не стал бы ее провоцировать.

— Допомогался! Теперь она просто в ярости, тем более, после того, как ты оставил ее там одну. — Я тяжело выдохнула и посмотрела на себя в зеркало. "Вот что им всем во мне не нравится? Вроде бы выгляжу обычно, никакой чересчур привлекательной внешности, никаких сексуальных изъянов". Фыркнув, сморщила аккуратный носик и снова занялась отстирыванием любимой блузочки.

— Мне кажется, ты ее зря мочалишь. Это все бесполезно. — Вадик удрученно следил за моими действиями, стоя рядом и сложив на груди руки.

— А что делать-то? В любом случае, на пары мне уже не попасть. Придется ехать домой и достирывать уже там.

— Ага, и как ты собираешься это проделать? В мокрой блузке и в такой мороз? Добей себя еще холодным трамваем!

— Так, — он чешет затылок, — сейчас я схожу к Ксюхе и скажу, чтобы шла сюда. Мне все это надоело, и я хочу прояснить этот момент. Да! Даже не отрицай! — парень поднял вверх указательный палец, — даже не отрицай. Все, пора! И раз она это сделала, пускай сама и расхлебывает. Надеюсь, у нее есть запасная футболка.

Когда Вадик скрылся из виду, я выключила горячую воду и отжала блузку. Подняв ее на свет, заметила темные разводы, просвечивающие на тонкой ткани. Скомкав мокрую ткань, кинула ее в мусорное ведро. Внезапно яркое пламя вырвалось из железной емкости. Огонь напугал, заставив визжать и прижиматься плотнее к прохладной раковине. Пахло паленым. Это трескучее пламя пожирало вещь, оставляя лишь черные угли да лоскутки некогда симпатичной ткани.

— Боже, боже, боже, — наконец, отмерла я. Вновь включив кран, набрала в ладони воды и попыталась донести ее до ведра. Но она лилась сквозь пальцы, растекаясь миниатюрной лужицей под ногами. Оглядевшись и приметив в углу инвентарь уборщицы, одолжила у нее небольшую емкость. Когда пожар был благополучно потушен, я снова возвратилась к зеркалу.

Теперь в нем отражалась уже не та серая мышка, что была пару минут назад, а скорее, воинственная полуголая амазонка, на чью территорию прокрались чужаки. Да, такой я себе нравилась гораздо больше. Однако период триумфа длился недолго. Скрипнула дверь, и в проеме показалась голова Вадика.

— Господи, чем здесь так воняет? — Он зажал нос тонкими пальцами и прошел вовнутрь, Ксюша следовала за ним по пятам. Видно было, что она еще злилась, однако в драку не лезла, и то ладно.

— Тут просто твоя подружка, разве не видишь? — Прокомментировала ситуацию. Однако мы дружно проигнорировали ее выпад.

— Ты что, колдовала что ли? — снова попытался узнать причину странного запаха друг.

— Нет, это ты просто сигарету не затушил! Дубина!

— Ой, извини. — Парень подошел к урне и, заглянув туда, тут же отшатнулся подальше. — Кажется, твоя блузка не подлежит восстановлению.

— Ага, — печально вздохнула, с опаской наблюдая за странно тихой Ксенией.

Наконец, Вадик сбросил с себя всю напускную веселость и встал перед нами так, чтобы иметь возможность каждой заглянуть в глаза.

— Я вас собрал здесь не намеренно. А потому речь заранее не готовил. Слушайте мою импровизацию. Вопросы потом. — Он одарил девушек предупреждающими взглядами и начал свой монолог:

— Ксюша, мы расстаемся. Я тебя не люблю, точнее, просто не могу любить. Милая, я гей. И то, что ты облила сегодня эту несчастную, — от этих слов недовольно повела плечами, — неприемлемо. Она ни в чем не виновата. Никто меня не уводил. Просто я не тот, кто тебе нужен.

— Что? — выражение лица Ксении было неподражаемо. — Гей? Хочешь сказать, ты променял меня даже не на девушку? На чертового парня? Ты что, издеваешься, Захаров? — Она кинула на маленькое сиденье сумку и присела рядом с ней, опустив голову на ладони. Через минуту молчания, она снова подняла взгляд на двух друзей и истерично рассмеялась. — Ладно, черт с ним! Главное, что не Маринка! — Девушка поправила длинный иссяне черный хвост на затылке и подмигнула нам, уставившимся на нее во все глаза.

— Хорошо. Вот только, Вадик, никому больше об этом не говори! Пока что. Понял меня? Для всех остальных мы все такая же пара. — Парень озадаченно кивнул. — И еще, завтра пойдем в клуб. Маринка, нам, кажется, с тобой по пути? Я тебя подкину до дома. И вот, держи, — она достала из сумки новенькую синюю майку в упаковке и кинула ее на край раковины. — Можешь не возвращать.

Оставаться с вредной девчонкой наедине совсем не хотелось. Однако Вадик подтолкнул к машине, и мне все-таки пришлось в нее залезть.

— Ладно, девчонки, развлекайтесь, — и он отрезал последний путь к отступлению, захлопнув дверь автомобиля.

— Ну, что, пристегивайся, — голосом сварливой мамочки напомнила мне Ксюша. А я и не думала спорить. На самом деле, девушка водила машину хорошо, плавно входила в повороты, осторожно лавировала в пробках. Мне даже удалось расслабиться и отвлечься от мыслей об испорченной блузке, о том, что за окном снег и дикий холод. Ведь в салоне-то бесшумно работал обогреватель, и играла приятная убаюкивающая музыка.