Чтение онлайн

Я подвинулась на самый край сиденья, бросив обеспокоенный взгляд на необычайно веселую Ксюху. Она милой кошечкой ластилась к единственному адекватно выглядящему здесь парню. Черная рубашка, драные брюки — вот и весь лук. Однако от него тоже исходила та аура безнаказанности и силы. Возможно, она залегла среди морщинок на его лбу или во внимательном прищуре темных глаз. Я тяжело сглотнула. Видимо это услышал мой временный ухажер, потому что его широкая мозолистая ладонь легла на колено, устремляясь выше, под юбку платья.

Бросив тревожный взгляд в сторону друга, я в очередной раз тяжело сглотнула, не зная, как привлечь его внимания. Он чересчур увлекся разговором с одним из этих громил. Что вообще может быть общего между этими двумя? Однако времени на размышления не было. Горячее дыхание опалило шею, заставляя брезгливо сморщиться и пошевелить плечами, избавляясь от неприятного чувства брезгливости.

— Что ты делаешь? — шепнула я, стараясь не привлекать внимания остальных его друзей. Глупо было бы надеяться на их помощь. Сделала попытку вырваться, но его руки опутали, словно веревки, не давая двинуться. Сердце в ответ ускорило свой темп, ноги начали выстукивать какой-то нервный ритм каблуками.

— Какая горячая девочка… — услышала его противный голос. Парень переместился, становясь непозволительно близко, оглядывая мое сжавшееся в углу тело блестящим взглядом. Его дыхание прерывалось. Он возбудился. А поэтому пора было валить….

Слава Богу! Звук телефона стал для меня спасением. Его переливчатый звон разнесся будто бы по всему клубу. И парень, сидящий рядом со мной, внезапно отстранился, присасываясь к очередной бутылке с пивом. Я не медлила. Схватила свою сумочку и быстро выбежала из-за стола, затем по лестнице — вниз, к спасительным кабинкам туалета. В коридоре останавилась, громко дыша и приходя в себя, и ответила на звонок. — Ты как никогда вовремя! — на той стороне напряженно молчали, а затем спросили. — Где ты? — В клубе «Ночная звезда», — мой голос сорвался на последнем слове, так как в помещении появился высокий мужчина в классическом костюме. Его волосы были небрежно растрепаны, оголяя красивые уши, широкие скулы, массивные брови и лоб, который прорезала парочка неспокойных морщинок. Верхние пуговицы белоснежной рубашки расстегнуты, оголяя часть кожи, а черные классические штаны выгодно облепили фигуру. Я непроизвольно сглотнула. — Милая! — услышала недовольное ворчание в трубке и пришла в себя. — Я скоро буду, жди меня у входа. — И подруга сбросила звонок. Я же, делая вид, что не заметила, подошла к зеркалу и, стараясь прийти в себя, рассматривала лицо в нем. Щеки горели, пухлые губы были сжаты, сохраняя спокойствие на лице. Однако глаза то и дело возвращались к незнакомцу, движения которого повторяло зеркало. — Вы что, стриптизер? — спросила, когда он вдруг начал раздеваться. Я бы и не подумала об этом. Однако когда очертания его мышц и сильного тела показались под расстегнутой рубашкой, вывод напрашивался сам собой. — А что, Вы заказывали? — я смутилась и опустила голову, когда встретилась с ним взглядом. Его карие глаза смеялись над глупой девчонкой, однако я не находила причины. Решив не связываться со странным типом, наматала волосы в гульку и придирчиво оглядела свое воображение. — Вы же понимаете, что помаду просто так не отмоешь? — решилась спросить, когда он принялся бестолково тереть белую ткань дешевым мылом. Но не получив немедленного ответа, поставила на ободок раковины сумочку и достала оттуда помаду. Быстро смазав губы блеском, причмокнула, размазывая блестки по всей поверхности, и улыбнулась. Напряжение вечера постепенно спадало. И легкость возвращалась не только в бедную голову, что заполнил дым кальяна, но и в движения, в само стучание беспокойного сердца. — И что вы предлагаете? — вдруг раздался его хриплый уставший голос. Я вздрогнула, но ответила. — Смените вещь. Разве у вас нет запасной рубашки на такой случай? — Глянув на дисплей телефона, отметила, что прошло уже около пяти минут. А этого вполне должно было хватить подруге для дороги. Поэтому, напоследок окинув стриптизера внимательным взглядом, покинула комнату, забрала свои вещи из гардеробе и поспешила на свежий морозный воздух.

***

Образ встреченной незнакомки сохранился в его голове ровно до того момента, как он сел рядом с друзьями за столик. Там Коша увидел незнакомого щуплого парнишку и активную симпатичную девчонку, с которой и решил провести эту ночь.

Однако планы на то и планы, чтобы меняться, подстраиваясь под человека, под его сумбурную жизнь и обстоятельства. — Слушаю. — Он отошел подальше от шумной компании, издалека наблюдая за захмелевшими друзьями. Ксюша сразу же переключилась на Талого, сегодня решившего побаловать адекватным поведением и одеждой. Однако классический стиль почему-то нервировал Кошу больше, чем обычные тряпки этого неугомонного парня. — Это хорошо, что ты слушаешь. Потому что то, что я скажу, тебе очень не понравится. — Раздался голос друга из трубки. — Что случилось? Где ты вообще? — Тапка парень узнал тут же, не обращая внимание даже на то, что тот почему-то хрипел и проглатывал некоторые буквы. — На меня напали ребята Сомова и отделали так, что уже неделю пытаюсь хотя бы на ноги встать. Спасибо, люди добрые попались, помогли. Но я не об этом хотел сообщить. Друг, они замышляют что-то покруче обычных разборок. И парень, к которому ты меня отправил, в деле. — Черт. — Коша сжал кулак и отстранился от трубки мобильного, давая себе время успокоиться. — Где ты? — Наконец, вернулся его голос. — Я сейчас в квартире того дома, где живет этот засранец. — Хорошо, я приеду. — А… - не успел друг договорить. — Катька тебя подлатает, у нее и поговорим. Давай, до связи. — И Коша сбросил звонок, уставившись в одну точку. Его будто окружила невидимая пленка, прячущая от окружающего мира. Она не пропускала ни шума бара, ни знакомых голосов гуляющей неподалеку компании. Мысли летали из угла в угол, как листки рассыпаясь по гладкому полу. А он ползал от одного к другому, стараясь собрать их в папку, понять, как же так случилось, что человек отца поставил ему подножку.

Однако Коша медлил недолго. Вернувшись к столику, он тут же попрощался со всеми и направился в сторону выхода. Закурил, стоя на пороге. Оглядел полную парковку машин, встретился взглядом с какой-то дамочкой, что стояла по ту сторону дороги. Внезапно к ней подъехала машина, открылось окно с водительской стороны, и девочке назначили цену. Она села на кожаное сиденье, соглашаясь, и унеслась в никуда, чтобы подарить свое тело тому, кто также, как и он устал, хотел отвлечься и забыть обо всем. Мысленно пожелав мужику хорошего вечера, Коша втоптал докуренную сигарету в снег и побрел к машине.

За спиной открылась дверь клуба, и на улицу вывалилась знакомая компания. Парни уже пришли в себя, выглядя совершенно трезвыми: поправили одежду, умыли разгоряченные лица. — Ты что, старик, думал один будешь решать проблемы? — вдруг окрикнул его Гриб и, засунув руки в карманы штанов, остановился напротив. — Наверное, пора донести до тебя простую мысль. Мы тут все повязаны. И если у кого-то не порядок, мы за него горой. — Ребята, стоящие за его спиной, довольно закивали и ощерились, подкрепляя слова улыбками. — Но… — закончить ему не дали. К Грибу приблизился Талый в обнимку с девчонкой. Той самой, Ксюшей, вроде бы, щелкнул жвачкой и покрутил в пальцах ключи от машины. — Гора горой, а трупы развозить сегодня не буду. К кому загрузиться можно? — Кто-то позвал его с собой.

И вот уже три черных мощных автомобиля, как вороны, неслись по ночному городу. И будто бы в подтверждение этого в небе появилась птица, крикнула что-то, оглянувшись назад. И повела свой маленький птичий отряд к земле, ловко пикируя и резко набирая высоту с очередной добычей в зубах.

***

Я села в машину к подруге и тут же оказалась в ее объятиях. — Наконец-то! Я уже хотела идти на выручку! — Отстранившись, девушка оглядела меня придирчивым взглядом через призму очков и довольно ухмыльнулась. — Хорошо выглядишь, подруга! Я улыбнулась комплименту. — Ванечка, я так соскучилась! — девушка только фыркнула. — Давай, пожалуйста, без этих твоих закидонов. Что успела натворить, пока меня не было? — Я только поморщилась. — Да, ничего. Вадик признался Ксюхе. — Сложила руки на коленях, поправляя юбку и прикрыла усталые глаза рукой, откидывая голову на сиденье. — И что она? — Подруга метнула на меня ехидный взгляд. — А ничего. Зажигала сегодня в клубе вполне довольная жизнью. С парнями познакомилась. — Это один из них к тебе приставал? — Да. Как ты догадалась? — Элементарно, Ватсон, — девушка встряхнула пушистой гривой блондинистых волос и повернула, выворачивая руль, паркуясь в знакомом до мелочей дворе. — Приехали. Выметайся.

Выбравшись наружу, я вдохнула ночной запах, наслаждаясь поселившимся внутри спокойствием. Тут же в голове появился образ ехидных карих глаз того парня в женском туалете. Но он быстро испарился, скрываясь в глубинах подсознания.

— Чего встала? — Поторопила подруга в своей обычной манере. — Пойдем, холодно тут.

И впрямь. Ноги в тонких чулках быстро замерзли, а по позвоночнику проползли замученные мурашки. Очутившись в Ванькиной квартире, я тут же скинула каблуки и направилась в ванную, умылась, позвонила матери, предупреждая, что ночевать не буду, и направилась в сторону спальни. Там, на хозяйской кровати, уже лежал заботливо приготовленный ночной комплект из коротких шортиков и длинной футболки. Облачившись в чужую одежду, вздохнула и растрепала уставшие за вечер волосы, наслаждаясь покалыванием замученных резинкой корней. На кухне уже вовсю хозяйничала Ванесса. На плите грелся чайник, а на столе стояли тортик и бутылка вина.

— Ну что, Марин, тебе чего налить? — подруга повернулась ко мне, что-то тщательно пережевывая и отправляя чайник на другую конфорку. — Чай, пожалуй. — Я села за стол и оперлась руками о столешницу. Девушка быстро достала из шкафа цветную чашку и налила туда кипятка, затем опустила пакетик и поставила передо мной. — А я, пожалуй, выпью, что покрепче, — и она, как фокусник, вытащила откуда-то фигурный бокал на тонкой ножке, налила туда крепкий красный напиток и уселась напротив меня. — Вот теперь можно и поговорить. Ванька выглядела почти безобидно в своих очечках в тонкой оправе, объемной футболке и мягких тапочках с мордочками. Однако на ее счет не стоило ошибаться. Эта заноза всегда была очень активной и часто связывалась не с самыми лучшими компаниями. С ней в школе вообще никто старался не ссориться. Даже не дразнили. Наоборот, ребята как-то тянулись, стараясь оказаться как можно ближе к этой девчонке. А она выбрала меня. — Как Америка? — я с любопытством уставилась на подругу, но та лишь скривилась. — Грустно там, пасмурно. То льет, то жарит. Вообще, эта Америка, как баба с ПМС, — все у них не слава Богу. И люди под пальмами бродят с недовольными рожами. Представляешь? Пляжи пустые-пустые, как наши поликлиники в воскресенье. — Я усмехнулась, хлебнула горячего чая. — А еще, знаешь, негры с опахалами почему-то не ходят. Наверное, не культурно теперь это. А вот в Турции в прошлом году была, там сплошь и рядом, белые — на троне, белые — с обезьянами. Забавная она, культура эта. — Ну да, — я снова поежилась, к ноге прикоснулось что-то мягкое и ласково почесалось узкой мордочкой. Нагнувшись, я подняла фыркающего енотика на колени. Он выглядел заспанным, глазки-бусинки сонно щурились, рассматривая меня с любопытством. — О, проснулся гаденыш. Представляешь, приехала домой, а этого нигде нет. Где прятался? Фиг знает. — Я улыбнулась. Как можно злиться на такого милого полосатого пушистика? — Как на личном-то? — вдруг спросила Ванесса. — Как в тумане. Никого не видно, — решила отшутиться я, продолжая возиться с маленьким когтистым зверьком. — Ну да, ну да. Ты же всех отшиваешь. Какие тут парни, да? — она отпила из своего бокала и закинула ноги на соседний стул. Затем прищурилась, глотнула. — Я вот только одного не понимаю, ты что, собралась все время в одиночестве бродить? С матерью до старости что ли будешь жить? — Ваня! Я вообще-то карьеру строить буду! Какие парни? Заработаю и съеду. Сашку еще надо будет учить вообще-то. — Ну да, ну да, — издевательски протянула подруга. — Строительница хренова. Вот только судьба не дремлет. Столкнет тебя носом к носу, никуда не сбежишь. — И прозвучало это как предсказание, отчего я передернула плечами и усмехнулась. Улеглись мы только к утру. Однако время, проведенное с подругой, успокоило нервы и вернуло благодушие и привычное воодушевление. Эта девчонка в своем маленьком рюкзачке привезла перемены, и я не знала, к чему они приведут.

***- Мы подъехали, — Коша положил телефон на приборную панель и вгляделся в темный проем открытой подъездной двери. Рассаженные по сторонам кустики отлично оттеняли короткую тропинку, ведущую к ней. А поставленная под ними скамейка выглядела уютно. Летом. Сейчас же, в ту пору, когда снег покрывает все доступное ему пространство, а зеленое оголяется, это место казалось забытым и одиноким. От мыслей его отвлек толчок в плечо. Это Гриб так привлекал внимание. — Слушай, я тут подумал. Ты же раньше с нами так долго не зависал. Тебе, наверное, сейчас вообще не хочется нас видеть. Ведь мы — это как бы воплощение его, твоего отца. Только, брат, ты должен знать, что мы — твоя семья. Ты можешь попросить помощи, если захочешь. Или если возникнет желание просто напиться, то позвони Талому, он устроит все в лучшем виде. — Байкер поправил съехавшие очки и улыбнулся одной стороной рта. — Я понял, брат, я понял. — Коша потер подбородок, уставившись в темноту за окном. Из головы не лезли слова Гриба. Да, ему нужна была семья. Да, он хотел сблизиться с этими ребятами и почувствовать себя среди них своим. Но что, если он не свой? Что, если он вырос в доме с белыми стенами, картинами голых женщин на стенах, со статуями и канделябрами, со свечами на столах и салфетками на коленях? Разве он сможет отказаться от того себя? Эти два мира и раньше удавалось совмещать с трудом. А сейчас и подавно. Один должен остаться в стороне. Но какой? От размышлений отвлекла открывшаяся задняя дверь. Севший на сиденье парень скинул налипший на куртку снег и поздоровался со всеми. — Спасибо, брат, что приехал. — Тапок протянул руку и сжал его плечо.

В машине было тихо. Гриб то и дело кидал взгляды в сторону друга. Но тот не реагировал, забывшись в своих мыслях. К Катюхе в такую рань решили не заезжать. Не хотелось будить девчонку. Да и Тапок выглядел не так плохо и мог потерпеть. Когда три машины подъехали к клубу, занимался рассвет. Яркое солнце ослепило Кошу, отражаясь от сугробов налетевшего за ночь снега. Он сощурился, поднял руку козырьком и прошел внутрь темного здания. В темноте все пороки оставались тайной.

— Совет! — Это Талый ввалился в двери и остался стоять в проходе. Девчонку он, кстати, все так и продолжал таскать с собой. Хотя она и стояла на ногах кое как, но выглядела бодро. — Милая, сгоняй за выпивкой. Можешь даже остаться и перекинуться парой слов с барменом. Я сам тебя найду. — Она уходила неохотно, но все же не сопротивлялась, сама понимая, что за услышанное может быть наказана. — Итак, девочки, — Талый прошелся пьяной походкой к столу и уселся на ближайший свободный стул. — Пора обсудить дела.