Чтение онлайн

— И где же та отважная букашка, которая строила из себя храбрую? Когда дело доходит до настоящего мужчины, ты только и умеешь, что убегать. Как четыре года назад. Ты просто капризный ребенок, который пытается казаться взрослым.

— Ты говоришь о зрелости, а сам только и делаешь, что демонстрируешь свое превосходство альфа-самца и ведешь себя как придурок! Ты просто жалок.

— Ах, да? Ты слишком много о себе возомнила. Через несколько месяцев мои друзья забудут о тебе. Ты игрушка, срок годности которой скоро истечет.

Острая боль пронзает сердце, и хотя я стараюсь не поддаваться его словам, боюсь, что в них слишком много правды. А что, если парни действительно устанут от меня, получив желаемое? Его слова ранят, и мне хочется ответить тем же, причинив ему такую же боль.

— А ты даже не видишь, что твоим друзьям нужно двигаться вперед! По сути, ты просто груз, который они тянут за собой. Ненужный балласт, который никак не хочет отцепиться!

Не раздумывая, я разворачиваюсь и бегу. Хочу просто уйти от него и от этой ситуации, которая вышла из-под контроля. Но Каст не сдается. Я слышу его тяжелые шаги позади, эхом отдающиеся на асфальте.

Я делаю резкий поворот и проскальзываю в узкий переулок, надеясь оторваться. Бесполезно — он прямо за мной. В одно мгновение он хватает меня и жестко прижимает к стене, мой позвоночник больно ударяется о шершавый кирпич рядом с мусорным баком.

Я отчаянно пытаюсь освободиться, тело движется инстинктивно. В порыве отчаяния я царапаю его лицо. Чувствую, как он содрогается от боли, и из его горла вырывается рык. Его глаза горят яростью, и я понимаю — он не намерен меня отпускать.

Его ответ беспощаден и жесток. Мощный толчок отбрасывает меня к стене, но я продолжаю сопротивляться. Борюсь изо всех сил, цепляясь за его руки и за его торс, пытаясь вырваться из железной хватки. Внезапно в тишине переулка раздается треск рвущейся ткани, и напряжение между нами достигает апогея — грубое и первобытное.

Мы словно два магнита с противоположными зарядами: нас одновременно влечет и отталкивает общая ярость, и мы не в силах разорвать эту связь. Наши тела сплетаются в танце, каждое движение становится все более страстным, все менее управляемым. Гнев накаляется — и вместе с ним пробуждается нечто иное, какое-то чувство, которое я не могу определить, но оно растет, питаясь нашим противостоянием.

Когда я уже приготовилась к очередному удару или оскорблению, он неожиданно наклоняется, и наши губы соприкасаются. Поцелуй яростный, пропитанный гневом, что поглощает нас обоих. Злоба и страсть сливаются воедино. Я отвечаю на его поцелуй без колебаний, словно это было предначертано. Будто нас вело к этому моменту.

Каст

Ярость сжигает меня изнутри. Она сметает все мысли и пронзает тело, словно мощный разряд электричества. Буря, уничтожающая все на своем пути.

Эта девчонка разрушает меня изнутри. Никогда в жизни я не был так зол. Она заставила меня причинить ей боль. Я загнал ее в угол, толкнул, даже порвал чертов футболку, от которой все еще пахло одеколоном моего друга. Кажется, именно этот запах свел меня с ума. Она крадет их у меня, и когда я увидел, как она выходит из комнаты, у меня было только одно желание — погрузить ее в этот хаос. Только я не ожидал, что наброшусь на нее так.

Ее язвительность в ответ на мои обвинения и пыл в голосе вывели меня из себя. А то, что я чувствую сейчас, погружаясь в ее дерзкие губы, только усиливает эту неконтролируемую страсть. Наши зубы стукаются, губы сражаются в чувственной и дикой игре. Мне так хочется причинить ей боль и мучить, пока она не сдастся.

Внезапно она кусает меня за язык, и я отступаю, рыча от боли:

— Блядь! Ты только что... — начинаю я, но она прерывает меня, хватая мое лицо обеими руками и целуя со всей своей яростью.

Я принимаю ее с пылом, мои руки сжимают ее бедра, а ногти впиваются в ткань. Я знаю, что оставлю следы, но меня это не волнует. Более того, мысль о том, что другие увидят эти следы, приносит особое удовольствие.

Ее тело прижимается ко мне, она стонет, чувствуя мой твердый член через джинсы. Этот звук пробуждает во мне новую волну возбуждения, и я быстро расстегиваю ее джинсы, спуская их вместе с нижним бельем и обнажая ее ягодицы. Затем дрожащими от неистового желания пальцами расстегиваю свои джинсы и высвобождаю член.

Не отрываясь от ее губ, я проникаю в нее с пылкостью, о которой даже не подозревал. Она вскрикивает и резко вырывается из моих объятий. На мгновение я ожидаю, что она оттолкнет меня. Но то, что я вижу в ее пылающих глазах, разгоняет чувство тревоги. Она спускает джинсы ниже, освобождая ногу. Кроссовок валяется на земле, но меня это не волнует. Все, что я вижу — ее бедро, которое ложится на мою талию. Я крепко обхватываю ее и снова вхожу в ее киску.

Мои движения резкие, и она стонет с каждым толчком. Чем сильнее накатывает наслаждение, тем меньше остается контроля. Ее самообладание тоже растворилось. Букашка царапает мои волосы, кусает за плечо и вцепляется в мою футболку, которая рвется под ее пальцами. Я зарываюсь лицом в ее шею, продолжая двигаться сильными толчками. При каждом движении ее кожа трется о бетонную стену. Ее стоны перерастают в крики, а мое рычание — в протяжные стоны, поскольку интенсивные ощущения затуманивают разум.

Это похоже на райский сад. Только она не Ева — она змей, который появился, чтобы искусить Адама.

Искушение, мучение, освобождение.

Я трахаю ее жестче и быстрее. Ее горячая и влажная киска принимает меня все глубже, и когда я нахожу чувствительную точку, она кусает мою челюсть так яростно, что я рычу, прежде чем кончить внутрь. Ее тело напрягается, и исступленный крик, вырывающийся из ее горла, показывает, что она тоже достигла пика.

Наше прерывистое дыхание эхом отдается в переулке, и я наконец осознаю, где мы находимся. Это одна из аллей недалеко от лофта, уже светло, и множество окон зданий, выходящих сюда, заставляют меня запаниковать.

Блядь!

Я отступаю и быстро одеваюсь, мышцы все еще болят после напряжения последних мгновений. К счастью, с улицы нас не было видно — мы были скрыты контейнером.

Отлично, Каст. Молодец.

Чем больше я прихожу в себя, тем лучше осознаю место, где мы находимся. Это было совершенно неосторожно. Более того, я не использовал защиту. Очевидно, поговорка о том, что мужчины думают только своим членом, как никогда правдива.

Глухой звук возвращает меня к реальности, напоминая, что я здесь не один. Я поднимаю взгляд и вижу, как Лили неуклюже застегивает джинсы. У нее потрясенный вид.

Да кого бы это не потрясло, придурок? Даже ты до сих пор не пришел в себя.

Я затыкаю свою совесть и подхожу к букашке.

— Лили?

Она выпрямляется, встречаясь со мной взглядом, и я замечаю слезы, стекающие по ее щекам.

Блядь, что я наделал?

Ошеломленный ее опустошенным видом, я застываю в переулке, пока она убегает прочь, прижимая к себе разорванную мной футболку. Убитый тем, что прочитал в ее глазах, опускаю голову и замечаю ее трусики, брошенные на асфальте.