Чтение онлайн

— Вы сами ничего не замечали? Вы не находите, что мисс Спрингер не нравилось ваше присутствие в павильоне?

Анна покачала головой.

— Я была там всего раз или два и то по поручению мисс Бульстрод.

— Вы знаете, что мисс Спрингер возражала против посещения павильона мисс Бланш?

— Нет, я ничего не слышала об этом. Но допускаю такую возможность. Некоторое время мисс Бланш была сердита, а она, как вы знаете, обидчива. У нее что-то произошло в классе рисования. И я думаю, что она очень назойлива.

— Не считаете ли вы, что она ходила в павильон рыться в шкафах?

— В шкафах? Не знаю…

— У мисс Спрингер был собственный шкаф?

— Да, конечно.

— Если бы мисс Бланш рылась в шкафу мисс Спрингер, то можно предположить, что мисс Спрингер это бы рассердило?

— Конечно.

— Вы знаете что-нибудь о ее жизни?

— Нет, — ответила Анна.

— И ничего относящегося к спортивному павильону вы сказать не можете?

— Ну… — Анна колебалась.

— Да, мисс Шапленд, я слушаю вас.

— Ничего особенного, — медленно проговорила Анна. — Но один из садовников, не Бриггс, а молодой, как-то подходил к павильону, хотя ему там делать нечего. Возможно, что его привело туда любопытство, возможно, желание отвлечься от работы — он чинил сетку на теннисном корте.

— Но почему вы вспомнили об этом?

— Потому, — нахмурилась Анна, — что он странно себя вел.

— Так…

— Я не уверена, что это что-нибудь значит.

— Возможно, но на всякий случай я запишу.

— Все вокруг до около, — сказал сержант Бонд, когда Анна ушла. — Может быть, от слуг что-нибудь узнаем?

Но от слуг они ничего не узнали.

— Не спрашивайте меня ни о чем, молодой человек, — сказала миссис Гиббоне, повариха. — Я ничего не знаю. Я, как обычно, пошла спать и ничего не слышала. Меня никто не будил. Я узнала обо всем только утром.

И миссис Гиббоне повторила то, что уже знал Келси.

Мисс Спрингер появилась в школе недавно, и она ей не нравилась, как и мисс Джонс, которая работала до нее. Мисс Шапленд здесь тоже новенькая, но она прекрасная молодая леди. Мадемуазель Бланш, как и все французы, думает, что все против нее, позволяет молодым леди развлекаться в классе, хотя и кричит на них.

— Во многих французских школах кричат на учеников, — добавила миссис Гиббоне.

Их беседу прервало появление мисс Бульстрод.

— Одна из девочек хочет поговорить с вами, инспектор Келси, — сказала она.

Инспектор резко повернулся к ней.

— Она что-нибудь знает?

— Я сомневаюсь в этом, но вам лучше поговорить с ней. Она — иностранка. Принцесса Шейста — племянница эмира Ибрагима.

Келси кивнул.

Мисс Бульстрод вышла и вернулась с темноволосой смуглой девушкой среднего роста, с миндалевидными глазами. Она казалась очень взволнованной.

— Вы из полиции?

— Да, — улыбнувшись, ответил Келси. — Садитесь, пожалуйста, и расскажите нам, что вы знаете о мисс Спрингер.

— Да, я расскажу вам.

Она села, наклонилась вперед и сказала драматическим шепотом:

— Здесь есть люди, которые следят за этим местом. Они не показываются, но они здесь, — и многозначительно посмотрела на инспектора.

Келси подумал, что мисс Бульстрод была права. Эта девочка с воображением, и это ей нравится.

— А почему они следят за школой?

— Потому что здесь я! Они хотят украсть меня.

Такого ответа инспектор не ожидал. Он был поражен.

— Почему же они должны желать украсть вас?

— Чтобы получить за меня выкуп, конечно. Они могут получить много денег от моих родственников.

— Э… ну, допустим, — сказал с сомнением Келси. — Но… э… если это так, то какое это отношение имеет к мисс Спрингер?

— Она могла застать их там, — ответила Шейста. — Возможно, она с ними разговаривала, возможно, она пригрозила им. Возможно, они обещали ей деньги, если она никому ничего не скажет. И она поверила им. Они могли сказать ей, что деньги положат в спортивном павильоне, а когда она пошла за ними, ее застрелили.

— Но мисс Спрингер, конечно, не согласилась бы участвовать в шантаже.

— Вы думаете, что лучше быть простой учительницей? — презрительно спросила Шейста. — Вы не думаете, что приятней иметь деньги, путешествовать, делать, что хочешь? Особенно таким, как мисс Спрингер, некрасивым, кого не любят мужчины? Вы не думаете, что таких людей больше, чем других прельщают деньги?

— Ну, ладно, — сказал Келси. — Я тоже не знаю, что сказать.

— Это ваша собственная мысль? — спросил он, помолчав. — Мисс Спрингер ничего не говорила вам об этом?

— Мисс Спрингер никогда ничего не говорила, кроме «согнуться», «быстрее» и «медленнее», — резко сказала Шейста.

— Допустим. Но почему вы решили, что вас хотят похитить?

Шейста с раздражением ответила:

— Неужели вы не понимаете? Мой кузен — принц Али Юсуф из Рамата. Он был убит во время революции или накануне ее. Мы должны были пожениться, когда я вырасту… Теперь вы понимаете? Возможно, меня тоже хотят убить…

Келси недоверчиво посмотрел на нее.

— Это очень увлекательно, не правда ли?

— Вы думаете, что этого не может случиться? А я говорю: может!

Видя, что он сомневается, она продолжала:

— Возможно, они думают, что я знаю, где драгоценности.

— Какие драгоценности?

— Моего кузена… В его семье они передавались по наследству.

— Но какое отношение это имеет к вам или мисс Спрингер?

— Но я ведь вам сказала! Они думают, что, возможно, я знаю, где драгоценности. Они сделают меня пленницей и силой заставят говорить.

— А вы знаете, где драгоценности?

— Нет, конечно, нет. Они исчезли во время революции. Возможно, их взяли враги Али Юсуфа. Может быть, и нет.

— Кому они принадлежат?

— Теперь, когда кузен мертв, они принадлежат мне. Его тетя, моя мать, умерла. Он хотел, чтобы они принадлежали мне. Если бы он не умер, мы бы поженились.

— Это было решено?

— Да.

— У вас есть собственные драгоценности?

— Да. Но они хранятся в Париже.

Келси промолчал. Шейста с воодушевлением продолжала:

— Я думаю, случится так. Если драгоценности взял хороший человек, он принесет их мне. Я вознагражу его. — Она сделала царственный жест. — Но если они находятся в руках плохого человека, он их продаст.