Чтение онлайн

В самых первых книгах по истории космонавтики об этом нет ни слова. В книгах, написанных Константином Феоктистовым, сначала в соавторстве с Игорем Бубновым, знатоком истории отечественной космонавтики, потом уже и без него, об этом сообщается между прочим. К. П. Фектистов относит время появления этого названия ко времени написания отчета по объекту ОД-2. Известно, что отчет был составлен в августе 1958 года. Я просмотрел почти все издания книг, в которых излагается история создания корабля «Восток», где отражена точка зрения К. П. Феоктистова. Во всех изданиях об этом пишется примерно так: «Название корабля «Восток» возникло тогда же (речь идет о времени выпуска отчета по объекту ОД-2. – В. К.). Решено было придумать кораблю имя собственное. Выписали на листе несколько названий, проголосовали почти единогласно за «Восток» (1984 г.). Правда, позднее появились дополнения к этому рассказу: «Почему «Восток»? Не помню. Наверное, не мотивировали. Так же потом было с «Восходом», «Союзом». Королев, по-видимому, посмеивался про себя и позволял нам играть в эту детскую игру в названия» (2000 г.). «Так и осталось… Просто «Восток», «Восход», «Союз»… названия, к которым трудно подкопаться с идеологической точки зрения» (это уже 2005 г.). И ни слова больше.

Однако при чтении текста отчета по объекту ОД-2 (он был опубликован в 1991 г., к 30-й годовщине полета в космос Юрия Гагарина) нет упоминания ни о корабле-спутнике, ни о космическом корабле, ни о «Востоке». Везде речь идет лишь об объекте ОД-2, «спутнике для полета человека», и только. Видимо, что-то здесь не совсем так, как пишут мемуаристы. Если обратиться к книгам, написанным О. Г. Ивановским (сначала они издавались под псевдонимом А. Иванов), начиная с 1970 г., там этот вопрос вообще обойден молчанием.

В мемуарах ветерана космонавтики В. В. Молодцова, опубликованных в 2001 г., этому тоже уделено некоторое внимание – там приводится версия, близкая к тому, что писал ранее К. П. Феоктистов. Об этом написано так: «Как, например, появилось название корабля «Восток»? А вот как. Однажды состоялся неофициальный конкурс предложений по названию корабля. Предлагалось несколько вариантов. Я же предложил название «Восток». Подоплекой здесь был известный в то время афоризм «Ветер с Востока преобладает над ветром с Запада», а поскольку, создавая сам корабль, мы стремились опередить Запад, т. е. Америку, то слово «Восток» как раз подходило для названия корабля. Этот вариант был одобрен и принят руководством в качестве официального названия корабля». О времени появления названия В. В. Молодцов не пишет.

Борис Евсеевич Черток, известный своими мемуарами об истории создания космической и ракетной техники, тоже обходит молчанием все, что связано с выбором названия корабля, просто использует это название как данность.

Знаток всего, что связано с нашей ракетной техникой, журналист Ярослав Голованов в своей последней, практически «бесцензурной», книге о С. П. Королеве, изданной в 1994 г., пишет об этом очень немного: «…А вот кто придумал ему имя «Восток», установить так и не удалось. Объявили что-то вроде конкурса, и откуда-то само собой всплыло – «Восток». И всем сразу это название понравилось». Нет указаний и на время появления этого названия. Однако уже в решении НТС ОКБ-1 от августа 1959 г. в названии космических кораблей одновременно с наименованием 1К, ЗК употребляются названия «Восток-1», «Восток-2» и «Восток ЗК», которые относятся соответственно к объекту 1К, спутнику фоторазведки 2К и к пилотируемому космическому кораблю ЗК.

В документах правительственного уровня, исходящих от С. П. Королева, уже с датой 07 апреля 1960 г., говорится об аппаратах «Восток» – тяжелых ориентированных спутниках для отработки фотографирования поверхности Земли, спуска с орбиты и приземления, спутниках с человеком на борту.

Таким образом, к весне 1960 г. это название в определенном смысле стало общепринятым. И только в Постановлении ЦК КПСС и Совета Министров СССР № 587–238 от 04.06.1960 г. применительно к космическим кораблям, предназначенным для полета человека в космос, дается наименование «Восток-3» (объект ЗК).

Окончательно название «Восток» применительно к космическому кораблю, предназначенному для полета человека в космос, употребляется в записке «О подготовке к запуску космического корабля «Восток» с человеком на борту», направленной 10 сентября 1960 г. в ЦК КПСС. Оригинальный документ интересен тем, что, во-первых, порядок подписей соответствует иерархии, в которой приоритет отдавался партийно-хозяйственному статусу персон, во-вторых, в расшифровке подписей указаны только имена, без указания отчеств, в-третьих, руководители военно-промышленного комплекса называли человека на борту космического корабля «Восток» не космонавтом, а пилотом-астронавтом.

Однако совершенно неожиданно в книге, изданной в 2007 г. к 100-летию со дня рождения С. П. Королева, в которой приводится его переписка с супругой Ниной Ивановной Королевой (Ермолаевой-Котёнковой), вдруг случайно натыкаюсь на маленький листок бумаги, исписанный рукой Сергея Павловича. Размашистым почерком Королева на листке карандашом записано несколько возможных названий первого космического корабля. Листок без даты, но сам перечень названий очень уж характерен: «Восток» (отмечен жирным треугольником), «Восход» (отмечен «птичкой»), «Взлет» (перед названием стоит двоеточие), «Восхождение», «Выход» (перед этим названием стоит точка), «Встреча» (видно, что вписано позднее, но в этом же ряду названий), «Встречный», «Высота» (перед названием также стоит точка), в той же строке – «Высотный», ниже – «Возрождение», «Восхождение», «Волна», «Вулкан», рядом, в другом столбце, сверху вниз: «Воля», «Воодушевление», «Вечер», «Ветер» [27].

По воспоминаниям многих известно, что С. П. Королев придавал большое значение процедуре, ритуалу. Более того, он видел в этом особый смысл, который позволял ему показать участникам событий важность выполняемой ими работы. Поэтому представить себе, что он мог остаться в стороне от выбора названия первого в истории космического корабля для полета человека в космос, просто невозможно. И вот этот небольшой листок, найденный при разборе его архива, видимо, относительно недавно (в аналогичном издании, вышедшем пятью годами раньше, этот документа не приводится), проливает некоторый свет на истинный источник названия первого корабля.

Действительно, создается впечатление, что эти названия неслучайно написаны им в таком порядке. Очевидно, что за этим стоит особый смысл, ведь названия летавших в космос кораблей, которые упоминались потом в официальных сообщениях ТАСС, соответствуют названиям, выделенным С. П. Королевым в этом списке особо. Это «Восток» и «Восход», которые поставлены им в этом перечне на первое место. И не исключено, что именно Королев предложил эти названия для первых космических кораблей.

Конечно, это только предположение. Но с учетом открывшихся обстоятельств оно может считаться очень вероятным. Поскольку С. П. Королев, выясняя в беседах со своими сотрудниками их отношение к этим названиям, сумел представить дело так, как будто именно они предложили в итоге вариант названия космического корабля – «Восток».

Окончательное решение о запуске корабля-спутника «Восток» принимал Президиум ЦК КПСС. Учитывая важность вопроса, этим заседанием, которое состоялось 3 апреля 1961 г., руководил лично Н. С. Хрущев. Тройка космонавтов – Гагарин, Титов, Нелюбов – вместе с Каманиным по команде Главкома ВВС К. А. Вершинина находились «на всякий случай» в штабе ВВС, чтобы быть готовыми срочно выехать на заседание Президиума. Но этого не потребовалось.

Перед этим, утром 3 апреля, в 12.30 в свой кабинет в Звездном Н. П. Каманин пригласил Павла Романовича Поповича. Там уже находились Евгений Анатольевич Карпов и Василий Яковлевич Клоков.

– Павел Романович, думаю, что сегодня в ЦК будет принято решение о полете человека в космическое пространство, – сказал Каманин и на некоторое время умолк, о чем-то думая. Потом продолжил: – Я почти уверен, что такое решение примут. Сергей Павлович в ЦК. Надо готовиться к вылету на Байконур. Передайте всем товарищам: первая готовность [19].

В 16:00 позвонил СП. Королев и сообщил, что Президиум ЦК принял решение «одобрить предложение тт. Устинова, Руднева, Калмыкова, Дементьева, Бутомы, Москаленко, Вершинина, Келдыша, Ивашутина, Королева о запуске космического корабля-спутника «Восток-ЗА» с космонавтом на борту» [28], а также одобрил предложенные варианты сообщения ТАСС с предоставлением права Комиссии по запуску в случае необходимости вносить уточнения по результатам запуска, а Комиссии Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам опубликовать его. Этот документ имел гриф уже «Строго секретно», «Особая папка». Сравнение документов – первого, принятого на заседании Государственной комиссии, и второго, принятого Президиумом ЦК КПСС, выявляет один любопытный момент: при перечислении лиц, подписавших Записку в ЦК, из числа подписавших «выпал» только Каманин, по-видимому, потому, что он единственный из всех поставил свою подпись вместе с первым лицом своего ведомства.