Чтение онлайн

– Но почему же в таком случае генерал Морли не использовал запасной передатчик? Уж этого-то добра там хватает!

– Попытайся связаться с истребителями-наблюдателями, Биддл, - приказал командир, не отвечая на вопрос.

Радист установил связь с командиром эскадрильи, который тут же назвал свой позывной и спросил без всяких предисловий:

– У вас есть связь с Хендриксоном? У нас она неожиданно прервалась…

– Я сам хотел задать вам этот же вопрос, Госман, - подал реплику О’Брайен.
– База онемела. Это даже как-то трудно представить себе, а?

– Чего они ждут, почему не воспользуются запасным передатчиком?

– Вот и мы себя спрашиваем - почему?

– Эй, не отключайтесь, - вдруг закричал командир эскадрильи.
– Я вижу какой-то странный летательный аппарат в…

– Госман! Алло, Госман!
– закричал О’Брайен.

Он обменялся встревоженным взглядом с товарищами и услышал, как радист тут же уточнил:

– Нет, командир, это не у меня…

– Черт его задери! Что он хотел сказать?
– В голосе Госмана явно звучало дикое изумление…

– Вижу остров Хендриксон, - подал голос Петер Хиггинс.

Бомбардировщик снизил скорость. Небольшой коралловый атолл выделялся темной точкой на зеркальной поверхности океана. Сдвинув Наушники, Хиггинс направил бинокль, пытаясь разглядеть ангары, бараки и посадочную полосу - плоды долгих месяцев работы, выполненной специалистами подразделения Королевских ВВС. В этот момент у смотревшего в том же направлении командира перехватило дыхание, он побледнел.

– Там… там же нет ничего! Атолл совершенно черный!

Не веря своим глазам, командир заложил крутой вираж, чтобы облететь остров. Широкая взлетная полоса, постройки базы, в прошлом окруженные кокосовыми пальмами и ибикусами с желто-шафранными цветами, все было покрыто черным налетом и вздулось. Островок напоминал теперь кусок шлака с глубокими черными блестками.

– Боже праведный!
– выдохнул О’Брайен.

– Похоже, что наша супербомба попала прямо сюда… - пробормотал бледный, с дрожащей нижней губой радист.
– Уголь! Черный камень!

– Камни покрыты блестящей глазурью, - прошептал Стив О’Брайен.
– Остекленевшая лава - вот что осталось от наших друзей, ученых и техников…

– И корабли тоже исчезли…

– Да. Не оставив ни малейшего следа, даже масляного пятна. Ничего не понимаю!

Хиггинс бросил взгляд на приборы.

– У нас осталось горючего всего на две тысячи километров.

– В Европе бы этого вполне хватило. Но здесь, в автономном полете… просто катастрофа. Мы не сможем долететь до аэродрома Бора-Бора, что в трехстах километрах от Таити. Туда - две с половиной тысячи километров. Другие места тоже недосягаемы. Самый близкий аэродром на острове Пасхи, где-то чуть меньше двух тысяч километров. Впрочем, он вряд ли заслуживает название аэродрома. Так что - это единственный путь к спасению… если, конечно, повезет…

Хиггинс сверился с бортовым хронометром.

– Если не просто повезет, а сильно повезет, то мы увидим Рапа-Нуи где-то к двадцати двум…

Этнограф Христиан Денуае и полинезийская учительница со все возрастающим беспокойством смотрели на необъяснимое бледное свечение, нимбом окружающее вершину Рано Као. Ореол становился все ярче и принял форму купола. Купол беззвучно поднялся и превратился в прозрачную сферу, которая медленно взлетела в небо. Она освещала местность странным сиреневым светом, хотя ее собственное свечение напоминало искрение электросварки.

– Крис, что это такое?
– пролепетала Маева.

– Только не оборотень, - попытался пошутить этнограф.
– Но если бы твои ученики и их родители увидели это “нечто”… то их явно бы пробрала дрожь! Пойдем-ка выйдем, - предложил он.

Выйдя на порог дома, они застыли. Рядом со стоящей на рейде “Мендозой” из-под воды поднималось смутное свечение, а через несколько секунд на поверхность выскочил и ушел в небо еще один шар. Он двинулся к острову и застыл неподвижно прямо над церковью, освещая спящее селение.

Третий вынырнул у островка Моту-Нуи [28] и полетел на северо-запад.

Хотя сфера была на высоте не менее ста метров, молодые люди инстинктивно пригнулись. Тем не менее, не желая упустить ни одной детали этого фантастического зрелища, они, взявшись за руки, побежали к церкви. На пороге ее стоял, подняв глаза к небу, падре Кинтана.

– Боги небесные!
– закричал он, узнав этнографа и Маеву.
– Свет льется оттуда, от… Эти шары разбудили меня! Вы…

– Нет, падре, - прервал его Христиан, чтобы не ляпнуть что-нибудь непристойное, поскольку никаких объяснений у него не было.
– Никогда не видел ничего подобного и даже не слышал.

Он заморгал и стал следить за застывшими над островом сферами. Но тут заполыхало на востоке, как и перед появлением предыдущих шаров.

Между тем селение стало пробуждаться. Замелькали огоньки в окнах, и вскоре многочисленные жители стояли, задрав головы к небесам, заливающим остров сиреневым светом. Скоро появился губернатор, в незаправленной в шорты белой рубахе, в сопровождении Бернара Леруа и Жанны Мансуа,

Дети хныкали и карабкались на колени к кое-как одетым родителям, которые понимали не больше своего потомства, что происходит. Самые трусливые быстренько разбежались по домам и забаррикадировались. Кое-кто бросился к своим “фамильным пещерам”, местам табу, где были погребены их предки еще со времен войн, заливавших в прошлом веке остров потоками крови.

Падре Кинтана пытался обратиться к толпе прихожан, но его никто не слушал. Крики и вопли заглушали слова увещевания. И вдруг все разом замолчали. В небесной выси в кружок выстроились все пять шаров. Их связала сверкающая молния. Блеск сфер усилился, и из их круга на землю опустился светящийся сиреневый конус. Шары медленно поднимались, конус расширялся, пока не охватил весь остров Сферы казались сверкающей короной. Конус стал шире, он уже полностью окружил остров и уходил в воду на расстояние где-то около двухсот метров от берега. Прозрачная “стена” пошла дальше и включила в конус луча “Мендозу”, стоявшую в заливе Ханга Роа. А сферы все поднимались и поднимались и уже казались снизу одной сверкающей точкой. Конус изолировал остров и прибрежные воды от морских просторов.

Люди были загипнотизированы. Те из них, кто стоял ближе к падре, начали молиться, но про себя, обращаясь к своим Аку-Аку. В оглушающей тишине изредка был слышен лишь редкий шепот. Смолк даже шелест прибоя на пляже, ибо ни одна даже самая маленькая волна не набегала на берег. И вот, в этой гробовой тиши, донесся отдаленный рокот. Жители насторожились, зашевелились. Все усиливающийся рокот приближался. Вдали океан засветился, поднялись и покатились огромные валы, вырастая уже до сорока метров высотой и с невообразимой яростью атакуя остров.