Чтение онлайн

Мне стало нехорошо.

— Эй! Отвали! Пусти-и-и! — послышалось в стороне. Листва и ветки лиан скрывали, скрадывали голос Дэна, но было понятно, что он попал в переделку. — Пустота тебя поглоти-и-и…

Время тянулось невыразимо медленно, я поменяла положение уже сотни раз, но ноги все равно затекали от того, что сидела в три погибели под кустом.

Прошло уже несколько часов. Если тут менялись времена дня, держу пари, уже наступила глубокая ночь.

Все слезы, что были в моих глазах, вытекли, все страхи, что приходили в голову, надоели. От усталости и тупого состояния ожидания неизвестности мне казалось, что я могу смотреть на себя со стороны.

И то, что я могла наблюдать, катастрофически мне не нравилось.

Это была жалкая, запуганная девчонка. Никому не известная, без характера, без цели и жизненных ценностей. Какой-то слизняк, а не человек. Правильно Коробкова тогда меня перед всем университетом отчехвостила, а я обиделась, начала с ней спорить и пререкаться.

Как там она сказала? В тебе нет ничего примечательного, одна только трусость и неоправданные амбиции.

Все так и есть. Говорят, что стрессовые ситуации показывают, кто чего стоит. Я же, судя по всему - по тому, что дрожу зайцем, по тому, что боюсь вытащить нос, и по тому, что бросила своего напарника на произвол судьбы, не стою и гроша.

Какая известность? Если кто узнает, как я поступила – приобрету такую черную известность, до смерти не отмоешься.

И так мне стало больно от своих мыслей, всего того, что скопилось внутри, что я решила: довольно сидеть.

Да, я не храбрая. Да, не очень умная. Да, бестолковая.

Но мое положение сейчас намного лучше, чем положение Дэна. А вот он-то как раз и храбр, и умен, и очень даже толков.

Мне нужно попытаться его спасти, как-то вытащить из лап тех, кто захватил его в плен, какими бы желаниями они не руководствовались.

Я подхватила ветку с довольно острым наконечником, которая валялась поблизости, и мелкими перебежками, пригнувшись к земле, где росло меньше веток и был хоть какой-то мало-мальски похожий на коридор лаз, направилась обратно к капищу.

«В лесу родилась елочка, взяла она топор…» — от внутренних переживаний я устала гораздо больше, чем если бы мне пришлось сажать картофель, окучивать и собирать – и все это в один день, не разгибая спины. Но, несмотря на это, шла вперед, медленно, но верно.

Оказалось, что времени прошло действительно много – цвет на небе сменился на розовый, ближе к цвету темной фуксии. И от того джунгли становились все более зловещими.

А когда среди веток и лиан проявилась поляна с каменными старцами, стало и вовсе не по себе. Каменные идолы будто ожили, на их оболваненных лицах огромного размера плясали тени, словно кто-то бегал у костра, отражаясь в виде искаженных темных дьявольских фигур.

— Ой.

К божку, что стоял во главе треугольника, был привязан Дэн. Не увидеть его, не разглядеть, было невозможно. Они словно стали единым целым. Даже лицо парня стало таким же отрешенным, таким же странным, таким же страшным и пустым, как выражение лица божка, что высилось над его макушкой.

Он стоял солдатиком – руки и ноги были словно приклеены к старому камню, изъеденному временем. Глаза закрыты, но на губах гуляет отрешенная сумасшедшая улыбка, что явно свидетельствовало о том, что он еще жив.

Я осторожно высунула голову, поглядывая налево-направо и тут едва не закричала от страха.

Только сейчас, когда глаза привыкли к странному, непривычному освещению с неба, стало ясно, что Дэн на поляне не один. К другим божкам тоже были привязаны парни – в таких же комбинезонах, как Дэн. Такие же отрешенные, околдованные, одурманенные, но еще живые. Они стонали, но еле слышно, и поначалу эти звуки я приняла за гул ветра – такое бывает, когда на крыше он попадает в трубу. Глухо, безжизненно, безнадежно.

На глазах снова закипели слезы.

Не знаю, в чем заключается суть этого испытания, но факт остается фактом – каннибалы усыпили кадетов, обездвижили их и оставили мариноваться на капище.

И тут догадка буквально молнией осветила мой мозг.

Господи, да они же принесли их в жертву!

Видимо, парни сделали что-то не так, или действовали медленно, и поэтому останутся теперь на этой планете, а может быть, и попадут в желудки аборигенов, что проживают тут. А что, специи буквально растут под ногами – знай закусывай листочками.

Я выдохнула. Выходить из своего укрытия прямо сейчас, и идти за Дэном было бы неверно. Нужно обезопасить себя.

Думай, Аня, думай!

Страха больше не было. Была железная уверенность в том, что мне нужно попытаться спасти Дэна. И попробовать пробудить ребят, что попали в руки злых каннибалов.

И тут я решилась. Для того, чтобы расчистить себе пространство, и выманить тех, кто, скорее всего, скрывается в глубине зеленого леса, я прикрыла глаза, собрав всю свою волю, всю свою уверенность, всю свою энергию в кулак.

«Я бегу к космолету. Я вижу космолет. Я заберусь сейчас туда внутрь», — начала активно транслировать, в надежде, что каннибалы меня услышат.

Придать своим словам внутри, фактуру своим мыслям удалось не сразу, но чем больше я повторяла их, тем громче они звучали в голове. Еще немного –и сама поверю, что бегу, не разбирая дороги, к кораблю, чтобы смотаться с этой планеты.

И тут вдруг напротив кусты раздвинулись и через поле пробежало несколько черных теней, чуть ниже меня, круглее, но при этом гибких, быстрых, сильных.

Чтобы не завопить от страха на весь лес, я зажмурилась, стараясь не думать о том, что каннибалы бегут практически мимо меня, явно услышав и поверив в то, что я активно транслировала им, вынуждая расчистить пространство на поле.

Досчитав до десяти, я выбежала из укрытия из листьев, направляясь к Дэну.

Жуткий божок блеснул голубым глазом, прищурившись на меня пустой глазницей другого.

Черт тебя подери! Я дернула Дэна на себя, но он даже не пошевелился. Оглядевшись, я поняла, что мне совершенно ничего не подходит для того, чтобы разбудить его – нет ни воды, чтобы плеснуть в лицо, ни палки, чтобы ударить и вызвать жуткую боль.