Чтение онлайн

Вернулся помощник с сигаретами и коньяком! Мне подкурили и воткнули в рот сигарету, отстегнули израненную руку и сунули в нее вскрытую бутылку. Я ее с трудом удержал, но все же изрядно приложился и почувствовал, как по моему телу расползается ОБЛЕГЧЕНИЕ…

— Теперь со мной можно договориться, коньяк — это более эффективное средство для налаживания коммуникации, чем наточенные спички и всякие устройства по раздавливанию мужского достоинства. Спрашивайте, злодеи…

— Хотя бы предположи, где Додик и Шлоссе, где они могут быть?

— Я предупредил их, когда за ними ехали комитетчики, очень надеюсь, что я не опоздал и что они в безопасности, мне хочется верить, что Иваныч и Герда улизнули.

— Мне тоже хочется в это верить, — сказал Похмелини. — Капитана Шило ты уделал?

— Я… а разве Дьябло вам не рассказал? Кстати, разве мне за это не положена медаль? За отвагу?

— Дьябло! — фыркнул док. — Расстрелял посреди улицы трех гебистов… кретин, вот кому надо медаль — за идиотизм, хорошо, что хоть к нам сразу прибежал…

— Он тоже полковник?

— Еще чего! Просто человек из нашей сферы интересов. Ян, ты хоть понимаешь, во что ввязался?

— Слегка. КГБ хочет абсолютной власти и рабства по Троцкому-Ленину-Горбачеву и подталкивает к этому общество, используя ревизионистов, а СМЕРШ хочет сохранить НЭП по Сталину. Я прав?

— Прав, но это самая вершина айсберга, весь механизм противостояния ты даже представить себе не можешь.

— Нет мне дела до ваших механизмов. Ваша цель вроде бы правая, но методы! — Я поглядел на свои полусодранные ногти. — Методы хреновые. Ты мне лучше скажи, зачем ты дал мне убить вашего ненаглядного Пронина? Тоже часть методы?

— Очень важная часть, — с нажимом произнес док.

— Гад ты и нет тебе другого имени, — сказал я и приложился к бутылке, стараясь выпить ее всю и сразу.

Распознав мое намерение, бутылку вырвали из моих рук, а руку снова пристегнули.

— Ну, продолжим, — сказал док. — Кто такая Герда и как вы это сделали?

— Что сделали?

— Отпечатки и ДНК! — рявкнул док. — Мы провели эксгумацию, ДНК идентичны. Как?! Целый институт бьется над этой проблемой, толпа академиков корпит, а понять, откуда взялась Герда, не могут. Как и кто это сделал? Нам нужна эта технология, это открывает величайшие перспективы, именно поэтому ты еще жив. А еще нам интересно, что это за «третья сила», которая ввела в игру Герду и тебя. Это не ГБ, это не ЦРУ и это не СС, мы все проверили.

— Я говорил: я и Герда — космиты, мы попали сюда случайно, на Колумбийском…

Похмелини самолично врезал мне по роже.

— Ты думаешь, я верю в эту туфту?!

— Я сам в нее не верю! Но это так! — гаркнул я.

Похмелини схватил меня за плечо и с силой надавил большим пальцем чуть повыше ключицы. Чертова боль!

— Зачем ты упираешься? Расскажи все и покончим с этим, получишь свою пулю в затылок и монетку для Харона.

— А можно пулю в лоб? И олимпийский рубль вместо монетки…

— Паяц! — док отпустил мое плечо и сильно ударил меня по голове локтем.

От этого удара я полностью дезориентировался и в ушах приятно зазвенело. Оказывается, когда по тебе звонит колокол, он звонит очень приятным тоном… Мне опять приложили кислородную маску и звон стих, но голова все еще кружилась, и я почти ничего не видел, все было, словно в тумане.

— Ничего, — уверенно сказал док, — расколешься, мы и не таких раскалывали.

— Расколоть человека легко, — слабо проговорил я. — Надо взять лом и что есть силы ударить человека по голове; голова расколется, желательно, чтоб этим человеком был ты…

— И главный вопрос, — сказал Похмелинский. — Кто ТЫ такой?

— Ян Подопригора, — прошептал я и уперся подбородком в свою грудь, потому что шея больше не держала голову, слишком крепко мне досталось, — 1973 года рождения, родился в благословенном древнем городе Киеве; мой Киев больше не в СССР — подох ваш кегебистский Союз, нет там СМЕРШа, нет КГБ, хотя гебистов, как грязи, но скоро они и геройские ветераны заградительных отрядов передохнут от старости, и, когда это произойдет, то это будет живительным очищением моей родины от унаследованной советской скверны и дышать станет легче… совсем легко... да пошли вы все на хрен…

Меня куда-то понесло, в ушах снова зазвенело, а в глазах начало темнеть. Однако отрубиться мне не дали, мне вкололи что-то тонизирующее, я почувствовал, как ко мне возвращаются силы, а жилы наливаются энергией.

— Ян Подопригора. Надо же такое? — сказал док. — И где только твои хозяева это имя обнаружили! Правильное имя, но не твое. Видишь ли, тебя и Герду я начал проверять сразу, как только с вами познакомился, особенно тебя, потому что и твое имя, и твое лицо мне очень хорошо знакомы. С Гердой поначалу прокол получился, а вот мои подозрения на твой счет подтвердились сразу. Урожденный Ян Олексович Подопригора — это не ты, и тебе это известно, не может быть не известно. ДНК и отпечатки мы только что перепроверили — стопроцентное соответствие, но зачем?! Не понятно, в чем смысл такого выбора? Какова твоя цель, что ты должен был сделать, используя эту внешность? Кто твои хозяева и как они создали тебя и Герду?

— Ты все усложняешь, — сказал я, — охотишься за фантомами, мыслишь слишком рационально. Я явился сюда из другого мира. Проверь эту версию. Вы отобрали у меня остатки курительной смеси а-ля Колумбийское метро, отдайте их Дьябло, найдите колумбийцев, пускай проведут анализ и испытания. Поговорите с ними…

— Туфта! И тут есть еще один опасный для нас момент — тебя опознали не только мы — люди на улицах тебя узнают, а это в данной ситуации недопустимо и влечет за собой непредвиденные сложности. Ведите этих двух сюда! — сказал Похмелинский, щелкнув пальцами.

В камеру ввели закованных в наручники перепуганных Светку и Антона…

— Ваше заявление? — зло спросил у них полковник, помахав в воздухе бумажкой.

— Наше, — испуганными голосами ответили они.

— Имя! Имя подозреваемого правильно указали?

— Да…

— Это он? — Помелини включил лампу с узким абажуром и направил луч света в мое лицо.

— Он! Это он…

— Извиняйте, ребятки, что втравил вас в эти неприятности, — сказал я. — Дура ты, Светка, послушала бы лучше Антошку, избежали бы многих проблем…

— Это действительно он, сообщите…

— Уже сообщили! — оборвал их Похмелинский. — Никто не обрадовался.

— Что с нами будет? — спросил Антон.

— Пристрелят вас, комсомольцы хре… — попытался сказать я, но полковник очень профессионально вбил мои слова обратно в глотку, я сплюнул кровью и продолжил сквозь зубы… — и правильно, стукачество никого не красит…

— Мы хотели помочь! — воскликнула Света.

— Идиоты… а вам кто теперь поможет?

Я опять получил по морде.