Чтение онлайн

Через динамик гудело сильное дыхание Нумаргана, как у деда, и Ханар прихлопнул кнопку. Все прекратилось. Норовистая снежная метель уносила, всех, без исключения. Ей все равно, какую ты преследуешь цель. Она действует по неизвестному графику, поджидает.

Теперь и города не видно, стоило было лишь надеяться на лучшее.

Ханар сразу нажал на кнопку к генералу Дорбану и спросил:

– Зачем нам два генерала?

Бандор был не Захаром Нумарганом: он сразу отвечал, хоть и немного хриплым и неясным старым голосом.

– Ха, поверь, на такой батальон, как у нас, нужно и три генерала посылать. Я сделал вам большую поблажку! Так, что тут? Снег? Ха, поверь, с дрона мы засняли многие города Гурана – Обирвойск и еще несколько. Обирвойск оказался… крупнейшим. Эта планета… она большая, как и Холга-Горнагор.

И связь оборвалась, в энный раз. Ханар провел руку по кнопкам, маленький вытянутый кружок был зажат в приборе. Министр обороны даже не отключался. Нагда пробирался в снеговой залп и держался за все, что встречалось. Он – не исключение. Ханар обвел рукой высокую арматуру и остановился, взглянул в чуть озелененные стекла втянутого шлема. Министр обороны смотрел и сопротивлялся мощным толчкам, пока другие добирались до него. Оказалось, солдаты вместе с генералом Дорбаном и вице-президентом Захаром значительно отставали. Все были нагружены, но Ханар вдумался и сразу продвинулся далее.

Он рукой оторвался от штыка и, словно пловец, поплыл по воображаемому водоему. Снег был морем, в котором с министром обороны сражались волны. Сколько будет стоять ненавистная погодка, стоило только гадать. Гадать, идя наперекор атакам ветра и холода, и даже не додумываться, скоро тебе до зданий или нет. Если минутами ранее город отчетливо вырисовывался, то теперь снег занялся своим художеством и провел кистью непрошеные причудливые узоры, огородил ненаселенный пункт от чужих глаз.

Гул зимний был слабым за шлемом Нагды. Снежный вой вел его, а через динамик шел неприятный писк. За ухом зашумело – это вновь заговорил Бандор:

– Да, извините, ничего не работает. Мой костюм сносит…

Ханар обернулся. Все лежали в снегу. Солдаты попадали, а другие их подняли, вице-президент цеплялся за костюм генерала и вместе со стариком падал. Ханар зацепился за иную арматуру, еще ближе к городу. Огромный железобетонный блок лежал подле министра обороны и порошился снегами. Сила ветра была настолько могучей, что от огромного куска отлетали острые каменные кинжалы.

Министр обороны взялся за этот штырь и проделал сложный яростный рывок, чтоб прильнуть спиной к камню. Когда Ханар обернулся к засыпанному острому блоку, то сразу же зацепился за уступ. Взялся за одну выпирающую деталь, за другую, и по периметру обошел препятствие. Министр обороны пригнулся и спрятался под руинным укрытием. Нагда сел под защиту, и пожилой генерал задом продвинулся далее внутрь разбитого камня.

Солдаты, вице-президент и генерал Дорбан шли в наступление, знал Нагда. Или лежали, без возможности сразиться с защитным войском Обирвойска. Он нажал на кнопку и обратился ко всем без исключения:

– Идемте, идемте, вы сильные! Мы у города, я знаю это! Знаю!

Сердце министру обороны подсказывало, что исполины уже нависли над всем батальоном. Птицы улетели далее, чувствовал он, и оставили людей одних. Или их снесло к скалам, какой знает черт?

– Я понимаю, что у…

Связь обрывалась. Это говорил генерал Дорбан, который успел лишь заикнуться.

– Захар Нумарган, вы меня слышите?! – вновь спросил министр обороны. Сильный порыв выталкивал Ханара даже из укрытия. Планета Гуран была зла на них всех. – С вами все хорошо?

– С ним плохо, он потерял сознание, – за вице-президента отвечал генерал Дорбан.

Ханар отключил прибор и повторно зажал кнопки, но на этот раз теперь две. Первую и вторую, обращаясь лишь к вице-президенту и генералу Дорбану. Обреченные вздохи солдат глушили министра обороны, и поэтому он не вытерпел. В шлеме стало спокойнее, лишь

Бандор откашливался.

– А нет, он не потерял сознание.

– Посмотри, сколько у него кислорода! – умолял министр обороны. – В процентах!

Нагда вышел из укрытия. Точнее, снега выпихнули министра обороны и оставили его битым морозными руками и ногами. Ханар попытался подняться и удержаться за что-то подручное, но у него не вышло. Ему оставалось чуть-чуть – и он полетит, как птица, куда-нибудь: к морю, к другому городу или даже за орбиту планеты.

– Девяносто восемь процентов, – отозвался Дорбан.

Ханар не ответил на выполненную просьбу, просто принял. Жизнь становилась важнее слова престарелого генерала. Он ввязался в решающий спор со снегом, его унесло назад по дороге. Нагда быстро схватился за трещину. Вывернулся и всунул другую руку в асфальт, а после отпустил и все две. К счастью, перчатка не порвалась – до этого оставалось совсем немного. И Ханара ветер вновь пронес назад, по дороге. Министр видел немногих из батальона, беспомощных. Они прятались в руинах у входа к разрушенному городу, а некоторые выкарабкались, разводя руки. Его и солдат отделило значительное расстояние. Ханар успел в воздухе слегка повернуться – и Нагда под углом прилетел прямо в камень, ударился о гигантский обломок, а металлический штырь оказался за несколько сантиметров от шлема. Генерал покосил взгляд в сторону ржавого острия.

Министр выдохнул с углекислым газом и облегчение. Он оказался на грани со смертью.

Тем временем министру поступал звонок по рации. Он трубил, а палец замлел и медленно потянулся до кнопки. Это к нему обращался солдат. Ханар с трудом нажал на крайнюю левую кнопку на пульте, прикрепленном к костюму. Голос бойца, походивший на предсмертную просьбу, звучал жалостливо. Нагда упал у обломка под острую арматуру и закрыл глаза.

– Помогите, помогите! – стоном произнес солдат.

– Как я… тебе помогу? – Ханар попытался связать слова.

– Кому помочь? – посторонний голос вмешался в диалог.

Видать, министр обороны не отключился от связи с генералом Дорбаном и вице-президентом. Вопрос постороннего тихо повторился.

– Ветер успокаивается, Ханар Нагда. Я потерял дозиметр. Захар Нумарган способен идти.

– Тогда возьми у кого-то дозиметр, и подходите к городу, – Нагда лег в занесенный снегом асфальт. – Я отключаюсь.

Рука Ханара легла на кнопку и сдавила ее, оставив себя с тем самым солдатом. Ветра слабели, но снег не кончал вязать занавес от людей. Нагда немного поднялся, весь в снегу, и обернулся в противоположное от города направление. Один солдат вдали одной рукой бил по камню, а другая была пришпилена к обломку. Когда Ханар подходил к воину сквозь уходящие снежные ветра, крик от солдата из динамиков уничтожал Нагду. Рядовому было больно.

Нагда поднялся на ноги и, прихрамывая, приблизился к оставшемуся солдату. Из руки у него торчала арматура. Она пронзила ее насквозь и прорвала защитный костюм. На металлическом перхотном баллоне с кислородом разошлись трещины.

– Помогите!

Солдат скулил. Нагда и без рации услышал сожаление о происшедшем. Боль была неизбежной. Снег и ветер добился своего, смог отогнать врага. Ханар чувствовал себя беспомощныминтервентом, которые считают, что добьются всего. Перед ними нет преград. Вот только один солдат оказался на краю смертельной пропасти. А что с другими, на следующий день, на следующий гуранский месяц? Совсем ничего оставалось до погибели. Его рана кровоточила, а воин стоически стиснул зубы и не выплеснул ни одного более крика.